Эльфы. Во власти тьмы - Джеймс Баркли

— Здесь что-то не так, — прошептал он. — Что они делают?

Сотни людей заполонили учебные полигоны и плацы казарм гвардии. Во всех окнах горел свет. Корсаар видел, как солдаты раз за разом повторяют упражнения, а маги отрабатывают взаимодействие с небольшими отрядами мечников. Оглянувшись назад, на Тропу Инисса, которая спускалась под гору, он заметил протянувшиеся вдоль нее цепочки огней. Там были видны сотни и тысячи факелов.

Огни тянулись до самой гавани, заворачивая и в каждый квартал города. Отсветы факелов дрожали на скатах крыш. А под факелами вдоль улиц и переулков выстраивались солдаты. Эльфы знали, что в городе введен комендантский час, но сейчас на их глазах происходило нечто совсем иное.

— Это похоже на тюрьму, — предположил Эвераш, заместитель Корсаара.

— Хуже. Похоже, что никто из них не спит и спать не собирается, а ведь уже полночь.

— Катиетт говорила, что они будут ждать нас.

— Но не до такой же степени, — возразил Корсаар. — Они готовы к отражению атаки, верно? Готовы все до единого.

На крутой скат крыши вместе со своими Тай поднялся Тринн. Корсаар заметил выражение его лица раньше, чем тот покачал головой.

— Дело плохо, Корсаар. Мы шли и по земле, и по крышам. Они повсюду. Все кварталы города обнесены кордонами. Мы полагаем, что где-то по периметру установлены и заклинания, но стражу солдаты несут вперемежку с магами. Мы не видели ни единого эльфа. И огни горят только те, которые зажгли люди. Что происходит?

— Не знаю. Но мы очень быстро можем вляпаться в крупные неприятности. Нужно предупредить Катиетт. Они…

Внизу, в доках, вдруг вспыхнуло яркое зарево. Во дворе казарм коротко зазвучали приказы. По меньшей мере сотня солдат с магами поспешно выбежали с плаца в направлении гавани. Корсаар выругался.

— Тринн, бегом к Эстоку. Скажи ему, пусть как можно быстрее уходит оттуда. Возвращайтесь в лес. Я иду на площадь. Все это может плохо кончиться.

На севере вспыхнуло зарево заклинания. Катиетт подала сигнал подтянуться. Позади раздался топот марширующих ног, а со стороны казарм, находящихся ниже по улице, донеслись крики. Впереди уже показался двойной проход на храмовую площадь. Тропа Инисса разветвлялась, огибая с обеих сторон храм Сефу, уходя налево мимо низких, выкрашенных в темный цвет стен Аппоса и направо, мимо красочных фресок и живого камня Туала.

Солдаты охраняли оба прохода, а на лужайках вокруг костров и походных котлов сгрудились остальные. Маги и мечники. Теперь пробраться мимо них к храму Шорта без боя было невозможно, и план изменился с тайного проникновения на стремительное. Если они сумеют убрать охрану до того, как поднимется общая тревога, то смогут попасть внутрь и убраться оттуда без особых проблем.

Сорок пять ТайГетен разделились на два отряда и двинулись налево и направо. Они подобрались к самым стенам храмов, держась в тени и оставаясь невидимыми для врагов. Расстегнули сумки с метательными полумесяцами. Вынули из ножен короткие мечи. Размяли руки и ноги. Вознесли молитвы и нанесли маскировочную краску.

— Идем быстро, пригибаясь, — прошептала Катиетт, — чтобы не представлять собой легкую цель для магов. Марак, не задерживайся здесь. Ты знаешь, что должна сделать.

С противоположной стороны улицы донесся треск цикад. Левый отряд готов. Катиетт подала стрекочущий сигнал в ответ. Выждала несколько мгновений. Люди не всполошились и не насторожились. Катиетт испустила трубный возглас паукообразной обезьяны, и ТайГетен с двух сторон хлынули на храмовую площадь.

Прямо перед ними в немом удивлении застыли мечники, но быстро опомнились, рассредоточившись и криками предупреждая товарищей об опасности. В воздухе прошелестели двадцать пять метательных полумесяцев. Убийственные лезвия мгновенно преодолели небольшое расстояние. Металл вгрызался в кожу и плоть, вспыхивал искрами, ударяясь о сталь. Люди завопили от боли.

Один попытался присесть, но оказался недостаточно проворен, и летящая смерть угодила ему прямо в лоб. Еще трое погибли на месте, когда клинки врубились им в шеи и лица. Полумесяцы высекали искры из стены, рикошетом отлетали от металлических доспехов, вонзались в живот, грудь и руки.

Ауум бросился вперед. Он прыгнул, сделал сальто и перелетел через разрозненную шеренгу людей. Марак и Такаар последовали его примеру. Еще в воздухе он взмахнул клинком, и тот врубился в шею незадачливого вояки. Приземлившись, Ауум перекатился и вскочил на ноги, слыша, как ТайГетен за его спиной смяли оборонительные порядки, а он устремился дальше, уводя товарищей к лужайкам, на которых вокруг костров грелись маги.

Со всех сторон к нему, от него и наперерез ему бежали люди. Зазвучали приказы. Он видел, как маги выстраиваются за спинами своих защитников и опускают головы на грудь, начиная составлять заклинания. Ауум побежал еще быстрее. Но Такаар промчался мимо него так, словно он стоял на месте. Скорость его была невероятной и невозможной. Он мчался к магам. Мастер перепрыгнул через костер и пропал из виду.

Ауум поспешил ему на помощь, обойдя пламя слева. Такаар прыгнул, перевернулся в воздухе и нанес страшный удар первому магу в висок. Тот рухнул, как подкошенный. Такаар приземлился на обе ноги и заработал кулаками. На землю повалился второй маг, лицо его было обезображено до неузнаваемости, а грудь пробита в нескольких местах.

Ауум скользнул по земле, целясь в ноги третьему магу, который уже поднял голову, готовясь пустить в ход заклинание. Выпрямляясь, Ауум ударил его ногой в лицо, кулак его врезался в челюсть четвертому магу, а клинок вонзился в его незащищенный живот. Справа от него мимо костра пробежали его воины.

— Луки, — приказал Ауум.

Впереди показались маги. Звенья, наступавшие на левом фланге, взяли их на прицел. К ним по лужайкам, от оборонительных постов по периметру площади, бежали мечники. Марак коснулась плеча Ауума.

— Храм.

Ауум последовал за ней. Позади них основные силы ТайГетен вступили в бой с людьми и магами на лужайках. В воздухе засвистели метательные полумесяцы. Прямо перед Ауумом стальное лезвие перебило лук и вошло в горло лучнику. С флангов на площадь ворвались остальные воины ТайГетен.

Слева маг ударил заклинанием. Оно оторвало троих ТайГетен от земли и с силой впечатало их в стены храма Орра на противоположной стороне площади. Маг вновь принялся выделывать пассы, но недостаточно быстро. Клинок кого-то из ТайГетен взлетел и опустился, отрубив ему руку по плечо, а обратным движением вскрыв грудь.

Ауум мчался вслед за Марак и Такааром к храму Шорта. Двери его прятались в глубокой тени, почти наверняка крепко запертые изнутри на засовы. Их охраняли стражники, готовые принять бой, но явно нервничающие. Впрочем, Марак не собиралась вступать с ними врукопашную. С ними разберутся другие. Она спрыгнула вниз, в утопленный нижний сад, и быстро полезла вверх по виноградным лозам, что обвивали боковые и заднюю стену сплошным ковром.

Аууму всегда хотелось взглянуть на храм сверху вниз. Увидеть голову статуи, лежащую лицом кверху, в макушке которой были устроены главные врата. Пробежаться по рукам, заканчивающимся кистями, пальцы которых как будто царапали землю. Храм заканчивался на уровне пояса статуи. Согласно первоначальному замыслу, фигура бога должна была иметь еще и ноги, но на площади для них попросту не хватило места.

Очередной причудливой архитектурной особенностью Шорта было почти полное отсутствие окон. Главные врата пропускали внутрь свет, которые рассеивался по храму с помощью системы зеркал и выкрашенных в белый цвет внутренних стен, но в остальном строители постарались как можно точнее придерживаться строения эльфийского тела. Так что помимо немногочисленных световых шахт, прорубленных над комнатами для размышления, лишь на кончиках пальцев под ногтями и, разумеется, в глазах наличествовали настоящие окна.

Ауум повернулся, чтобы взглянуть на лужайки и город за ними. Схватка почти закончилась, но в воздухе сверкали заклинания. Он нахмурился, чувствуя, как по телу его пробежала холодная дрожь.

— Они ждут, что мы атакуем двери, — обронила Марак.

Ауум опустился на колени и прижался лицом к оконному стеклу в левом глазу бога. По всему огромному залу Шорта были расставлены солдаты. Заметил он и нескольких жрецов. Они занимались своими повседневными делами. Аномалия нормальности. Он спросил себя, кому они придут на помощь, а кому станут препятствовать, если дело дойдет до этого.

— Готовы? — спросила Марак.

— Здесь высоко, — отозвался Такаар.

— Почти как прыгать с верхних ступеней шахты, — сказал Ауум. — Зато внизу ждет благословенное приземление.

— Где Катиетт? — поинтересовался Такаар.

— Производит генеральную уборку на площади, но скоро присоединится к нам, — ответил Ауум.