Бак Роджерс в 25 веке - Мелинда Мёрдок

— Это все может стать твоим, — сказал Кейн, нежно погладив девушку по шее.

Возникла пауза, во время которой Вильма призналась себе, что эти слова ей приятны.

— Мне ничего не нужно, — сказала она наконец. Рука Кейна, гладившая ее кожу, замерла.

— Как ты сказала? Подумай, я могу положить к твоим ногам Землю. Ты веришь моим словам?

— Да.

— И все-таки отказываешься?

— Вынуждена отказаться. — Глаза Вильмы слегка подернулись грустью. — Мы идем разными дорогами, Кейн, и они не пересекаются.

Кейн вздрогнул.

— Когда-нибудь ты поймешь, что совершила ошибку.

В это время сработал сигнал персональной линии связи Кейна, один из контактов которой находился на воротнике его костюма.

— Кейн слушает.

— Извините, что беспокою вас, но Проктору Лаулору срочно нужна полковник Диринг.

— Сообщите Проктору, что я сейчас буду у него, — сказала Вильма.

До офиса Лаулора они добирались довольно долго. Всю дорогу Вильма размышляла о причине столь неожиданного вызова.

— Это вы, Диринг! — проворчал Лаулор, когда Вильма и Кейн вошли в кабинет. — Я жду вас уже битый час!

Вильма едва сдержала закипавшее в ней раздражение.

— Зачем вы позвали меня, Проктор?

— Что за вопрос? — буркнул Лаулор. Он сильно нервничал — без остановки кругами ходил по кабинету.

— Вы чем-то взволнованы, Проктор, — спросила Вильма, садясь в кресло.

— Взволнован? Не то слово! На нас напали, понимаете? Планета под угрозой! А вы говорите — взволнован! Я взбешен!

Кейн плюхнулся в кресло, положил ногу на ногу и откинулся. Его непринужденная поза, видимо, еще больше взбесила Лаулора.

— Вы, — он ткнул пальцем в грудь Кейна, — вы принесли мне дурную весть.

— Если вы имеете в виду мой рапорт относительно покушения на полковника Диринг…

— А что еще я могу иметь в виду?! — перебил его Лаулор.

— …то я открыто заявил о своей непричастности к этому инциденту, — закончил фразу Кейн.

Лаулор перестал мерить кабинет шагами и повернулся к Вильме.

— Он с самого начала знал об этом убийце. Если вам интересно, у него есть свой источник информации.

— Это и в самом деле интересно, — сказала Вильма, повернувшись к Кейну.

— Хотите знать, что это за источник?

— Я вся внимание, — откликнулась Вильма.

— РАМ. Точнее, мелкая козявка по имени Драгос. Он отвечает за связи с Луной. Вы поняли меня? РАМ!

— Не кричите, Лаулор. Я хорошо слышу вас. То, что вы сказали, меня ничуть не удивляет.

— Вас-то не удивляет. Вы привыкли к таким вещам, потому что на вашей планете творится то, что творится. Но мы — Луна! Никто не смеет посягать на нашу безопасность. РАМ это так просто не сойдет с рук!

— Простите, Лаулор, что я доставила вам столько хлопот. — Вильма лицемерила; Лаулор и Кейн поняли это.

— Вы здесь абсолютно ни при чем, — сказал Лаулор, несколько успокоившись. — Напротив, вы помогли разоблачить преступные замыслы врага.

— «Тигр выпускает когти…» — небрежно процитировал Кейн.

— Придержите язык, Кейн! Вы сами — один из тигрят! Луна не держит на вас зла, полковник Диринг. На Новую Земную Организацию тоже. Наша техника и наши финансы всегда доступны всем, кто верит нам и уважает наш нейтралитет. Мы никогда не отступали от этого принципа — по крайней мере, до сих пор.

— Так каким же будет ваш ответ? — спросила Вильма.

— РАМ уже показала себя, — ответил Лаулор. — Они бросили перчатку нам в лицо. Мы не можем проигнорировать этот выпад…

— …и начнем войну, — насмешливо закончил Кейн.

— Вы находите это смешным? — сурово спросил Лаулор.

— Как вы знаете, сэр, — я воин-наемник. Война дает мне средства к существованию. Вот я и смотрю на нее просто — как на возможность подзаработать.

— Будьте осторожны, Кейн. Вам есть что терять.

Кейн махнул рукой.

— За меня можете не беспокоиться.

Лаулор повернулся к Вильме.

— Полковник Диринг, вы прибыли на Луну с просьбой о невмешательстве нашей стороны в конфликт между Новой Земной Организацией и РАМ, боюсь, мы не удовлетворим эту просьбу. Нас подло предали. И мы не собираемся прощать. Решение Совета Луны было единогласным: мы официально объявляем войну вооруженным силам РАМ и планете Марс!

— Простите меня, Проктор, что не скорблю по поводу потери вами нейтралитета, — сказала Вильма. — Мы и не мечтали о таком повороте событий.

— Не думайте, что мы с вами заодно, Диринг. Луна будет биться не с общим, а со своим собственным врагом.

— Я понимаю, — ответила Вильма. — И все-таки, на всякий случай, держите свою линию связи открытой. Это может всем нам пригодиться.

— Согласен с вами, полковник.

Вильма протянула ему руку.

— Примите мои личные заверения, Проктор, в том, что НЗО приложит все усилия, чтобы остановить вторжение Марса.

Проктор пожал ее маленькую ладонь. Его улыбка была уничтожающей.

— Считайте, что вы заключили сделку, — сказал он.

Корабль Аделы осторожно приближался к Венере. Личина торгового судна позволила ему беспрепятственно преодолеть все контрольно-пропускные пункты и границы. Автопилот вывел его на траектории сближения. Скоро Рей и Икар займутся делом, ради которого отправлены на планету.

Икар наблюдал за тем, как его двойник манипулирует датчиками пульта управления, стараясь увидеть поверхность Венеры, которую закрывало скопление облаков. Когда корабль нырнул в их пушистую массу, Икар ощутил дрожь во всем теле. Он плохо чувствовал себя вне привычной обстановки, и ему было не по нутру то, что предстояло сделать.

— Что с тобой? — спросил Рей, видя состояние Икара.

— Все эти дни мне не по себе, — ответил Икар.

— Я заметил твою меланхолию.

— Ты проницателен. — В голосе Икара звучала горечь.

— Мы выполняем общее задание и не должны ссориться.

— Из-за Аделы?

— Конечно, из-за Аделы.

— Когда-нибудь твоя преданность начнет раздражать ее. Появится новая модель, и Адела легко откажется от тебя, — сказал Икар, избегая взгляда Рея.

— Но ведь мое появление не лишило тебя места при ней.

— Я теперь просто слуга. Своим вниманием Адела меня больше не удостаивает.

— Вот почему ты вызвался пойти на дело вместе со мной! Хочешь вернуть ее благосклонность.

— Я люблю ее, — ответил Икар. — Такова наша с тобой природа. Мы оба созданы, чтобы любить ее.

— Ты ожесточен.

— Я отвергнут. И это рождает ожесточение.

— Из-за меня?

— Да. Но это не твоя вина.

— Тогда не надо злиться на меня. Мы вместе должны работать во имя госпожи, — настаивал Рей.

— Я пытаюсь думать так же, — кротко ответил Икар.

Компьютер показал, что корабль достигнет поверхности планеты ровно через десять минут.

— Не будем злиться друг на друга, — серьезно сказал Рей. — Мы братья. У нас одни цели.

— Мы делим одну женщину. — Горечь в голосе Икара переросла в какую-то муку.

— Не делим, а любим, — поправил Рей. — И у нас нет выбора.

— Ты прав. — Икар криво усмехнулся: — Прости, я не сдержался.

— Я постараюсь понять тебя, — сказал Рей.

Икар внимательно посмотрел на него.

— Мне жаль тебя, — сказал он. — Настанет день, когда тебе будет так же больно, как и мне. Однажды у Аделы появится новый фаворит, и ты испытаешь то же самое, что и я.

Корабль находился в двух градусах к востоку от экватора. Корабль начал приземление. Рей посмотрел на Икара.

— Удачной охоты, — сказал он.

ГЛАВА 13

— Гр-р-р…

По коже маклера пробежал мороз. Будучи вполне интеллигентным человеком, он не привык общаться с такой рычащей грудой мускулов и кибернетических штучек, поэтому с готовностью убрал палец с кнопки тревоги предупреждения.

Черный Барни потряс своей лазерной пушкой, направленной прямо в голову маклера.

— Ступай! — приказал он.

— Куда? — дрожащим голосом спросил маклер.

— К кассе, — ответил Барни.

Зная, что в случае отказа это чудовище не замедлит послать ему в голову смертоносный луч, маклер подчинился требованию пилота.

Визит Барни в «Сияющую Звезду» был вызван разговором между Турабианом и Вашингтоном, из которого пират понял, что ресурсы НЗО исчерпаны. Земля нуждалась в оружии, оборудовании, новых кораблях. Барни не понимал пассивного отношения Турабиана к этой проблеме. Если Новой Земной Организации что-то нужно, он, Черный Барни, добудет это.

— Пират бессовестный! — Таковы были напутственные слова Турабиана, который категорически возражал против подобных действий. Он произнес их перед тем, как «Деляга» покинул «Спаситель». Барни лишь ухмыльнулся…

Надежды маклера на чудо разбились в пух и прах, когда они вошли в кабину, где находилась касса. Трейнор, единственный в казино контролер человеческого происхождения, стоял в углу. На его месте сидел какой-то незнакомец.