Терской Фронт (продолжение от 13.07.2010) - Борис Громов

  - Ну, Курсант, как со стороны смотрится?

  - Почти нормально, только присядь еще чуть-чуть и левый ближний ко мне край накидки завернулся, ты его или разверни, или притопи малость.

  - Все, понял, давай, дуй на позицию и ушами там не хлопай.

  И вот она, ожидаемая нами группа: двигаются толково, можно даже сказать, красиво. Но это их не спасет - они как цель рассматривают кошару, на оставшееся слева болотце даже не взглянули. А зря... Толя, как и было условлено, молчит, огня не открывает, хотя, представляю, чего ему это стоит: четыре мишени, словно на стрельбище. Стреляй - не хочу. Но, что-то мне не нравится, снова мой 'вещун' свербит под крышкой черепа.

  - Толя, - чуть слышно шепчу я в микрофон станции. - Эти четверо - мои. На них не отвлекайся, паси тылы. Там подляна какая-то, задницей чую.

  Когда между четверкой боевиков и кошарой остается не больше полусотни метров, я, слегка приподнявшись, откидываю край 'лохматки' и открываю огонь. Ай, и правда, до чего же шустрые черти! И ведь бил по ним не то что с фланга, почти в спину, и дистанция короткая, и на точность стрельбы я никогда не жаловался... Однако, двое успели открыть ответный огонь. Правда, не прицельно, почти наугад, да и пострелять долго я им не дал. Но грязь вокруг меня взметнулась неслабым таким количеством фонтанчиков, причем, в непосредственной близости от меня. Но, слава богу, не зацепило.

  А вот позади кошары, явно то-то не так: сначала слышна какая-то команда, причем, если я не ослышался - на английском, потом несколько коротких очередей, хлопок подствольника, взрыв, длинная, на полмагазина очередь - и тишина.

  - Толян, ты там как?

  - Хреново, но живой...

  С чавканьем и хлюпаньем выскакиваю из болота и бросаюсь к кошаре. Видок у меня, наверное, в этот момент тот еще: облепленная грязью и гнилыми стеблями травы лохматая фигура, с которой потоком стекает бурая вонючая жижа. Просто водяной какой-то, ей-богу.

  Анатолий сидит на обломке бетонной балки, прислонившись спиной к стене. Лицо и грудь густо залиты кровью. Твою ж мать!!!

  - Толя, что такое?

  - А, херня, - вяло отмахивается тот. - Кусок кожи со лба содрало, осколком, похоже. Крови полно, а раны-то и нету. У тебя воды не осталось, рожу сполоснуть? А то я свою всю давно выхлебал.

  - Этих сколько было?

  - Двое, обоих наглухо.

  - Так, раз все хорошо - не тормози! Времени у нас в обрез! Держи воду. Стрептоцид и бинт есть?

  Толя кивает.

  - Тогда смоешь кровь, порошком рану засыплешь, повязку наложишь - и рвем когти. А я пока жмуров ошмонаю.

  Ой, мама дорогая, а покойнички-то не простые. У всех на рукавах вместо ставших уже привычными 'бошек' - очень хорошо выполненный шеврон: мускулистый мужик, с задранной к луне волчьей головой. И подпись на чеченском - 'Оборотни'. Да уж, вряд ли бандиты, скорее - группа по борьбе с диверсантами, вроде фашистских егерей или советского СМЕРШа. Похоже, пропавшие в последнее время группы разведки и ОсНаза - их рук дело. Режу шевроны и обнаруженные на шеях жетоны на кожаных ремешках, из подсумков вытаскиваю магазины и гранаты, сфотографировать тоже не помешает, но это уже Курсант пусть занимается, когда с перевязкой закончит.

  Обобрав 'своих', бегу вокруг кошары к Толиным. И замираю, как вкопанный. Нормальный такой сюрприз!

  - Толя, ты закончил?!

  - Угу.

  - Тогда мухой с фотоаппаратом сюда! Да шевелись ты, муха сонная!

  Фотографировать тут действительно есть что. Кроме трупа обычного, хотя и слишком хорошо экипированного для бандита, боевика лежит труп... Ну, даже не знаю... Афрочеченца, наверное. Одним словом, лежит на камушках самый что ни на есть обыкновенный негр. Возраст установить сложно - Толя пальнул из подствольника, не сообразив, что дистанция для постановки ВОГа на боевой взвод маловата. Зато попал удачно. Вот и лежит бедный негрила почти без головы - только шея да нижняя челюсть уцелели, остальное - в клочья. Но, судя по рукам - уже не молод был мужик, далеко не молод, лет пятидесяти, как минимум. Но, при этом сохранил очень приличную для своих лет физическую форму: плечи широкие, шея мощная. Да и бицепс, когда я отхватываю левый рукав, вполне внушительный. Да еще и татуировка USMC на плече никаких сомнений не оставляет. Инструктор, бывший американский морской пехотинец. Эх, родной, далековато тебя занесло от Форта Брэгг, или где там вас дрессировали[8]... Да и хрен с тобою, за что боролся, на то и напоролся! А вот автоматик у тебя, дружок, зачетный. Вернее, сам-то автомат - обычный АКМ, но вот 'обвес' на нем - песня с припевом: настоящий, еще довоенный, но в отличном состоянии TDI[9] - приклад, пистолетная рукоять, цевье со штурмовой рукояткой, даже оптический прицел имеется. Ну, да, для коллиматорных-то где батареек на тридцать лет напастись? А оптика, чего ей будет? Не роняй, гвозди ею не забивай, и будет все в ажуре! Нет, мимо такого пройти... 'На это я пойть не могу!' Значит - автомат забираю с собой. Тяжело, конечно, но оставить такое - 'жаба' точно не подпишет. Она мне до сих пор 'Лендровер' не простила! А чего у тебя, братское сердце, еще имеется? Я не то, что сильно жадный, просто любопытный до жути. Ага, на шее, кроме чеченского, еще и пара стандартных американских 'dog tags' из нержавейки. Можно почитать, и выяснит: кем ты был, да только времени нет, так что - потом, на досуге. На голени - заводские пластиковые ножны с торчащей из них наборной кожаной рукоятью и тяжелым навершием. Тяну рукоять вверх, обнажая клинок. Ух ты! Настоящий морпеховский Ка-Бар! Никогда бы не подумал, что доведется в руках подержать. Повезло...

  Толя быстро снимает мертвых 'оборотней', особенно подробно - их чернокожего 'чифа'[10] и его татуировку. А потом, распихав трофеи по подсумкам и РД, а все, что не можем унести: и автоматы, и пистолеты, и даже 'разгрузки' и РПС, не мудрствуя лукаво, разобрав или разрезав по частям зашвыриваем в болотце, если так сильно нужно - пусть лазят, да ищут. Сотворив Непримиримым очередную пакость, со всех ног бросаемся на восток в сторону Сержень-Юрта.

  - Мишаня, я что-то не въехал, на кой черт мы назад-то возвращаемся? Нам же Шали проскочить и на Аргун рвать надо.

  - Именно, Толя, именно. Ты видел, кто на нас охоту устроил? Думаю, они этот наш рывок к Аргуну уже давно просчитали. И выставили, или прямо сейчас выставляют у нас на пути заслоны. Так что в Белгатое, Шали и Герменчуге нас уже точно ждут, да и между ними, по-любому, 'секретов' понаставят. Ближе к Аргуну, конечно, не сунутся, можно и нашим патрулям на глаза попасться, а те, не будь дураки, минометы вызовут, и - пишите письма мелким почерком. Так что напролом, изображая танковую дивизию, мы с тобою не попрем. Как умные, обойдем по большой дуге, от Серженя по руслу Хулхулау спустимся аж до самого Цоцин-Юрта. А оттуда нас парни с КПП на своей 'броне' подхватят.

  - Думаешь, прокатит? - в голосе Толи звучат нотки сомнения.

  - Стопроцентную гарантию требуй в сберегательной кассе! - весело огрызнулся я. - Единственное сомнение у меня вызывают Автуры, но там, вроде, как и в Шали - никого нету, так что должны проскочить, особенно если дурить и наглеть не будем, а потихонечку, по зарослям в русле...

  - Ох, командир, твои бы слова, да Богу в уши!

   В очередной раз убеждаюсь в справедливости поговорки, гласящей, что разведчика, как и волка - кормят и спасают исключительно ноги. Не зря, ох не зря я и сам бегать начал, и Толю гонял, как проклятого. Только благодаря этим пробежкам мы еще и двигаемся: взмокшие, взмыленные, словно загнанные лошади, с хрипом и нитями слюны, повисшими на подбородках, но бежим, а не валяемся обессилевшими тушками. Судя по всему, нам опять повезло: противник, похоже, действительно решил, что мы напрямую рванули к Аргунскому КПП. Ну, и хорошо, можете нас там ждать до морковкина заговенья! А мы, как завещал великий Ленин, пойдем другим путем! Одно хреново, Аргунское КПП, как точку выхода, мы засветили по полной программе, надо искать другие варианты. Ладно, это когда вернемся, с Костылевым и Исмагиловым обсудим. Главное - вернуться.

  До Цоцин-Юрта добрели только к закату: уставшие, как сволочи, со сбитыми о камни ногами, Толя вообще здорово ослаб - рана на голове поначалу сильно кровила. Мимо Автуров пробирались с особой осторожностью, и не зря. Село хоть и оказалось брошенным, но сторожевой пост Непримиримых в нем был. На наше счастье - не из 'Оборотней', а из бойцов местного тейпа. Службу несли бдительно (еще бы, после всего того 'тарарама с блинами' что мы устроили), но опыта все равно не хватило. Проскользнули мы мимо них по зарослям разросшегося в русле реки орешника, осторожно и аккуратно, ни одна ветка не шелохнулась. Ну, а потом стало совсем просто - по глубокому руслу вышли прямо на окраины Цоцина, добрались до знакомых по началу пути развалин и стали вызывать 'эвакуационную группу'. Какой там у Сергея позывной-то?