Западня - Андрей Стрелко

Один из сектантов, находившихся на нижнем этаже и доступных зрению сквозь завесу, отлетел назад и, ударившись о кар, за которым он прятался, скатился на пол, еще один выронил «гаусс», хоть и остался стоять на ногах. Остальные быстро приняли новые правила игры и, развернувшись, открыли огонь по открывшемуся коридору. Макс и Долл за это время успели выскочить в узкое пространство балкона. Макс сразу же открыл огонь в левое от себя крыло, где должен был располагаться последний, не засеченный камерами боец «братства», и, выпустив очередь, побежал к цели, как и было задумано. Сразу после этого Серый сделал шаг вперед и, выглянув из-за угла, послал в том же направлении гранату из подствольника. Еще один боец «братства» свалился замертво.

Долл тем временем сделал хороший рывок и преодолел почти половину дистанции, так и оставшись не замеченным противником. На краю дымовой завесы он вынул чеку из следующей дымовой гранаты и бросил ее на третий этаж.

Но сектанты тоже не дремали. Пули, выпущенные ими наугад, со свистом врезались в закрывающуюся дверь центра управления, оставив на ней глубокие вмятины, но не причинив никакого вреда укрывшимся за ней старателям. Выстрелов со стороны лифта не последовало, и «братья Зоны» поняли, что весь этот театр, учиненный с той стороны – это не более чем отвлекающий маневр, и уже через долю секунды ход старателей был ими распознан.

Крюк с сожалением отметил, что боец с «гауссом» на третьем этаже успел поднять к шлему руку, а значит, он сообразил включить ПНВ, и теперь преимущество Долла и Макса потеряно. В приборы ночного видения, которые сектанты хоть и с опозданием, активировали, им удалось различить в дымном облаке две прорывающиеся по балкону фигуры и моментально среагировать на это массированным огнем и передислокацией отряда. Беглецы находились в пределах видимости четверых адептов, двое из которых были вооружены «гауссами», а один тяжелым ручным пулеметом, остальные же ринулись в погоню, пытаясь перерезать беглецам путь. Долл к этому времени преодолел три четверти пути и уже был готов ворваться в открытую для него дверь, а вот Макс, притормозивший из-за перестрелки на выходе, оказался слишком далеко от заветной двери, чтобы добраться до нее на одном дыхании. Поэтому он резко кувыркнулся назад, уходя от пуль, предупреждающих его прежнее движение. Свинцовые осы со свистом плюхнулись рядом, высекая искры из металлических решеток и давая понять, что дальше ход закрыт.

Доллу пришлось не легче: снаряд от «гаусса» разорвал металлический столб, на котором покоилось перекрытие перил, а пулеметная очередь прочертила линию прямо над его головой – Долла спасло только то, что хорошо прицелиться боец «братства» не сумел из-за тяжести и неповоротливости орудия, а последующие выстрелы потеряли меткость из-за отдачи.

Долл выпрыгнул на лестницу, но передохнуть ему не удалось – он скорее почувствовал, чем увидел, как рядом волчком завертелось что-то полукруглое, отлетев от стены прямо к его ногам.

Макс меж тем застрял в пяти метрах от двери и укрылся за небольшим металлическим ящиком, оказавшимся здесь очень кстати. Но теперь его планомерно обходили бойцы «братства», чтобы расстрелять почти в упор, а на лестничной клетке, ведущей в лаборатории, дождавшись своего часа, взорвалась граната.

Все события, начиная с открытия дверей между разгрузочной и лифтовым залом, уложились за десять с небольшим секунд, наполненных грохотом взрывов и свистом пуль, поэтому в те мгновения, когда стрельба и разрывы гранат смолкли, тишина показалась оглушающей. Макс сидел между двумя стальными ящиками, до спасительного коридора оставалось каких-то пять метров, но в его ситуации это было непозволительно много. Он даже слышал, как подкрадывается снизу фигура в черном старательском комбинезоне, вооруженная «гауссом», но ему было не развернуться в тесном пространстве между коробками, а вывалиться из укрытия означало подставиться под пули пулеметчика, обходившего его позицию по балкону.

Дым, выпущенный из дымовой гранаты, постепенно рассеивался, поэтому Макс не стал облегчать противнику задачу и бросил еще одну дымовуху, последнюю, а затем достал из контейнера «огненную сферу». Эти артефакты, рождаемые аномалией «печка», находят относительно часто, поэтому стоят они не особенно дорого. На вид это плотный теплый комок оранжевого цвета. Скорлупа артефакта не является монолитной, а состоит из нескольких более мелких «листьев» – пластин, соединенных между собой. В местах соединения пластин сквозь скорлупу из спекшейся животной органики проглядывают мутные потоки жидкой лавы, горячей, как раскаленный металл. Скорлупа «огненной сферы» тонкая, но прочная, как броня, и поэтому даже прямое попадание пули из автомата не причиняет артефакту вреда, этим и пользуются старатели, когда нужно достать его из недоступного места рядом с породившей артефакт аномалией. Но в то же время на его поверхности существуют уязвимые места – места сочленения пластин, тонкие швы, которые при желании можно расшевелить.

При подготовке к прорыву Макс лезвием ножа вошел в каждое сочленение и легкими короткими движениями надсек их по всему периметру. Здесь было очень важно не переборщить, потому что стоит только углубиться чуть больше положенного, как лава устремится в проделанное отверстие и сожжет все на своем пути. Но и перестраховываться тоже было нельзя, иначе в нужный момент артефакт не сработает так, как должен. Во время подготовки к прорыву Макс справился с этой ювелирной работой за шесть минут, и теперь ему предстояло проверить ее качество.

Размахнувшись, он со всей силы ударил артефактом о стену как раз посередине между ящиками, ставшими для него защитой и выходом на лестницу. «Огненная сфера» с треском раскололась по заранее прорезанным швам на несколько более мелких кусочков, и раскаленная лава брызнула во все стороны, поднимая температуру вокруг на сотни градусов. В первые секунды горячая жидкость бурлила, расплавляя металл балкона и обжигая краску на стене, а потом тяжело закапала вниз сквозь прорехи пола.

Теперь на фоне горячего облака, образованного разлившейся лавой, разглядеть Макса через ПНВ стало невозможно. Внизу сектант, матерясь, отскочил от падающих на него смертельно горячих капель, напрочь забыв о спрятавшемся противнике. Максу осталось всего лишь преодолеть балкон и оказаться на лестничной клетке так, чтобы никто из адептов «братства» его не подстрелил по пути. В этом плане наибольшую опасность представлял боец, который обходил Макса по балкону третьего этажа. Макс теперь тоже как бы ослеп, однако он прекрасно понимал, в какую точку выходил пулеметчик, и бросил в эту область сначала РГД-5, а после и оборонительную гранату «Ф-1». Уверенности, что оные достигнут цели и убьют врага, у Макса не было, но в том, что пулеметчик попытается укрыться от них, сомневаться не приходилось. Как только гранаты сделали свое дело, дважды нарушив тишину грохотом, Макс со всех ног бросился к лестнице.

Оставшиеся в кабине управления старатели, столпившись у мониторов, наблюдали за происходящим. Макса не было видно из-за дыма, а приборами ночного видения камеры оборудованы не были. Приходилось считывать ситуацию по перемещениям сектантов, которые брали облако дыма в тиски с двух сторон. Они не хуже Макса понимали, что путь к спасению у него лежит только в одном направлении – туда, куда он и стремился изначально, к лестнице. Пробежать пятнадцать метров назад под обстрелом ему не удастся, а вот проскочить пять метров вперед вполне реально. Поэтому один из них, с пулеметом в руках, вышел на балкон третьего этажа и, находясь в двадцати пяти метрах от Макса, взял всю ширину балкона под прицел. Через ПНВ он все прекрасно видел сквозь дымовую завесу и ждал, когда Макс высунется.

Сначала из-за укрытия полетела граната, со звоном округлый металлический объект проскакал вдоль балкона как раз к ногам пулеметчика, облаченного в экзоскелет, прочную защиту, делающую, однако, своего хозяина менее мобильным. Все, что удалось сделать бойцу «братства», это отскочить чуть назад, чтобы получить как можно меньше осколков. К счастью для него, граната оказалась не оборонительной «Ф-1», а всего лишь РГД-5 с малым диаметром поражения, и защитный костюм сгладил основные последствия взрыва. Одновременно со взрывом гранаты, недалеко от того места, где засел Макс, хлопнулась о стену оранжевая сфера, заливая пространство вокруг горячим паром. Спустя еще секунду около пулеметчика хлопнуло еще раз, на этот раз куда громче и эффективнее, теперь это была «Ф-1», и осколков от нее было куда больше, чем от предыдущей. Сразу три ствола бойцов «братства» открыли шквальный огонь по верхнему балкону в надежде помешать Максу достичь цели, но пулемет подорванного гранатами сектанта в экзоскелете в этом уже не участвовал. Сектант, несмотря на обширные повреждения брони, остался жив и даже удержался на ногах, но его главное орудие – тяжелый ручной пулемет – выпало из его рук и улетело вниз, на пол первого этажа. Начало движения Макса никто из наблюдателей в комнате управления не увидел, скорее всего, Макс просто переждал первый залп и, дождавшись, когда сектанты начнут перезаряжать оружие, сделал рывок. Во всяком случае, когда залп «гаусса» снизу разнес железные решетки пола аккурат между ящиками, Макса там уже не было, он появился спустя секунду на лестнице, ведущей в лаборатории. Сюда тоже наволокло дыма, но Крюк и его команда отчетливо разглядели ворвавшуюся на лестницу фигуру Макса. Теперь Макс увидел то, что уже минуту наблюдали его товарищи: тело Долла лежало в самом низу лестничного пролета, разорванная осколком нога вывернута, а под головой – огромная лужа крови. Долл был еще жив и даже, кажется, находился в сознании, его пальцы судорожно скребли бетонное покрытие пола…