Точка невозврата - Юрий Александрович Уленгов

— Это не идеал! — Плесецкий грохнул кулаком по столу. — Это безопасность! Это минимальный порог, ниже которого…

— Любой прогресс требует жертв, — отрезал Кудасов. — Войлов этого не понимал. И кончил соответственно.

Он перевел дыхание и продолжил.

— Если ради спасения миллиардов погибнут тысячи, — Кудасов говорил размеренно, четко, чеканя слова, — это допустимая цена. Это единственная возможность сохранить цивилизацию, и я не позволю…

— А не выйдет так, — я снова услышал собственный голос раньше, чем успел себя остановить, — что ради спасения тысяч погибнут миллиарды?

Кудасов осекся и медленно повернулся ко мне. Лицо у него начало наливаться краской — от шеи вверх, к скулам, к вискам. Я на секунду подумал: ну все. Сейчас его хватит удар, и проблема решится сама собой…

Не хватил.

Кудасова прорвало.

— Ты!.. — Он задохнулся, шагнул ко мне, сжимая кулаки. — Ты вообще кто такой⁈ Охранник! Твое дело — выполнять приказы и молчать!

— А ты! — Кудасов развернулся к Плесецкому. — Ты! Годами! Годами тянешь, саботируешь, прячешься в лаборатории! Выдумываешь проблемы, чтобы оправдать собственную неспособность довести хоть что-то до конца! А когда совет принимает решение — притаскиваешь сюда своего холуя, потому что даже не имеешь смелости говорить со мной самостоятельно!

Плесецкий молчал. Стоял у стола, побледневший, постаревший, с серым, осунувшимся лицом, и не мог выговорить ни слова.

— Дата утверждена! — Кудасов грохнул ладонью по столу. Бокал Плесецкого подпрыгнул, коньяк плеснул через край, потек по темному дереву. — Семнадцатое ноября! И я не потерплю на пути никого! Ни-ко-го! Даже тебя, Володя! И уж тем более…

Он ткнул пальцем в мою сторону.

— … твоего щенка! И если я еще хоть раз услышу от него нечто подобное….

В кабинете стало тихо. Только коньяк тихо капал со стола на ковер.

Я встал. Медленно, спокойно. Одернул куртку, посмотрел на Кудасова — красная физиономия, бегающие глаза, капля пота на виске. Человек, который через два месяца нажмет кнопку, будучи твердо уверенным в том, что спасает мир…

Самые страшные люди — те, которые искренне веруют…

— Что, — проговорил я негромко, — меня тоже собьет беспилотная фура?

Кудасов побагровел еще сильнее — я бы не поверил, что это физически возможно, если бы не видел собственными глазами, а потом схватил со стола стакан и с размаху запустил в меня. Я чуть повернул голову, и стакан просвистел возле уха, обдал меня терпкими брызгами и с грохотом разбился о стену позади.

— Пошел вон, — выдавил он сквозь зубы. — Вон!

Я перевел взгляд на Плесецкого. Профессор опустился в кресло и уставился в бокал с остатками коньяка. Он не сказал ни слова. Ни мне, ни Кудасову. Просто сидел и молчал.

Понятно.

— Слушаюсь, — сказал я ровно.

Я развернулся и прошел через кабинет. Спокойно, не торопясь. По пути не удержался, и бросил взгляд на стену. Тяжелый стакан прилетел точно в центр стеклянного логотипа «ГенТек» и расколол его на две части. В месте раскола, прямо по стилизованному стеблю, вплетенному в микросхему, стекала густая темная капля.

Как символично…

Я потянул за ручку, открыл двери и вышел, спокойно закрыв ее за собой.

Идя к лифту я достал телефон и разблокировал экран. Я получил от визита то, что хотел — холодную уверенность, которая только крепла во мне с каждой секундой. Открыв секретный чат, я отбил абоненту с пустым аватаром и бессмысленным набором символов вместо имени короткое сообщение.

«Нужно встретиться. Срочно».

Нажав на кнопку «Отправить», я убрал телефон в карман и вызвал лифт.

Почему-то мне казалось, что сейчас я принял правильное решение.

Единственное правильное из всех возможных.

Глава 24

В ангаре стоял плотный запах солярки, сырого бетона и, внезапно, падали — как будто где-то в углу сдохла гигантская крыса. Или несколько. Два промышленных прожектора лупили с потолка, превращая помещение в черно-белую фотографию: резкий белый свет, длинные тени, каждая складка на одежде — как под софитами. Уютненько, ничего не скажешь.

Посреди ангара стоял белый микроавтобус с логотипом «ТехноСервис Плюс» на борту. Одна из сотен мелких подрядных контор, обслуживающих объекты «ГенТек» по всей Москве и области — сервис, монтаж, плановое ТО. Логотип наклеили свежий, поверх заводской краски, и при близком рассмотрении было заметно, что края пленки слегка топорщатся. Но при близком рассмотрении его, надеюсь, никто разглядывать не будет. Потому что если кто-то полезет рассматривать — весь этот цирк закончится, не начавшись. И закончится он, скорее всего, не в нашу пользу.

Рядом с автобусом расположились восемь человек. Кто стоял, привалившись к борту, кто сидел на деревянных ящиках, деловито проверяя снаряжение. Без нервной суеты, без болтовни, без предбоевого трепа — вообще без эмоций. Как роботы на сборочной линии: каждый занят своим делом и в окружающих не нуждается. Черная тактическая одежда, разгрузки, электрошоковые комплексы — здоровенные штуковины, похожие на укороченные дробовики, только вместо ствола — толстый раструб, стреляющий направленным электрическим разрядом. Эффективная дрянь на короткой дистанции: вырубает человека моментально. Это если попасть в корпус. Если в голову — последствия непредсказуемые. У каждого, помимо электрошока, на ремнях висели короткие автоматы. На всякий пожарный, как полагаю. Хотя определение «всякого пожарного» в данных обстоятельствах казалось мне довольно размытым.

Ли стоял у раскладного стола, на который был брошен планшет с картой объекта. Выглядел он ровно так же, как при нашей последней встрече в забегаловке — неприметная темная одежда, спокойное, ничего не выражающее лицо и часы на запястье, которые стоили побольше, чем весь этот ангар вместе с содержимым. Даже очки снимать не стал. Пижон.

— Внимание, — произнес он негромко, и все бойцы тут же повернулись к нему. Дисциплина. И, что характерно, дисциплина не армейская, не показушная, а та, которая вбивается годами реальной работы. Интересные у вас ребята, господин Ли. Где таких берут?

— Итак, слушаем вводные. Цель — дата-центр корпорации «ГенТек», промышленная зона «Северная». Задача — проникновение и уничтожение серверной инфраструктуры объекта. Приоритет — нелетальные методы. Охрана объекта — живые люди, которые просто делают свою работу. По возможности не убивать. По невозможности — решайте на месте, но потом объясните мне лично, почему не получилось иначе.

Пауза. Никто не шевельнулся, не переглянулся. Приняли к сведению.

— Это, — Ли кивнул в мою сторону, — Антей. Он — действующий начальник охраны данного объекта. Он проведет вас внутрь, обеспечит проход и вырубит системы безопасности. Слушайте его и делайте,