Цель оправдывает средства. Том четвертый - Илья Сергеевич Модус

Сбросив со спины рюкзак, Хельниор открыл главный отдел. Вынув оттуда аварийный отопитель — небольшое устройство с долговечным запасом топлива — запустил механизм. Сразу стало светлее и теплее.

Оранжевые блики от работающего механизма разогнали сумрак пещеры. Да, тут не густо — тоннель, уходящий куда-то вглубь скалы. Неприятненько. Но жить можно.

Спустя несколько минут, когда нога окончательно стала слушаться, снял пакет, перелив скопившуюся в нем воду в пустую емкость. Просушив штанину, ботинок и саму ногу, в несколько приемов задрапировал вход в пещеру непромокаемым и ветронепроницаемым полотном золотисто-красного цвета. На вершине сугроба воткнул в снег аварийный проблесковый маяк. Конструкция предельно простая. Штырь, он же — якорь элетромагнита. Лопасти, вращаемые ветром. Все это и небольшие механические премудрости вырабатывают ток, питающий мигающую красную лампу. Такой свет можно будет увидеть даже в буран.

Кто бы ни обратил внимание на пещеру, несвойственные этому месту цвета привлекут внимание. Друзья или враги, но его найдут. А дальше разберемся.

Установив с помощью троса и подручных средств несколько примитивных сигнальных ловушек, полукровка наконец позволил себе разбить не продуваемую палатку, разогрел небольшую часть сублимированного разового пайка, частично восстановив силы. Проверил еще раз ловушки и сигналки, обследовав тоннель еще на пару сотен метров вглубь, но так и не нашел чего-то нового.

Вернувшись к своему лагерю, проверил герметичность палатки, проверил исправность своего оружия. На планету опускалась темнота. Сутки здесь не особо длинные, выходит.

Обустроив ночлег, пригасив огонь отопителя внутри палатки, вооружившись ножами, обустроился в неприметной каверне в стене пещеры. Глаза полукровки прекрасно различали все, что ему было необходимо, в темноте. Поэтому, кто бы не тушил его сигнальные огни, они найдут его лампочку. Дальше все просто…

Многие хищники охотятся по ночам. И в этой ситуации он — не исключение.

Хельниор устроился поудобнее, приготовившись ждать столько, сколько придется.

По его душу пришли ближе рассвету, когда сон наиболее крепок.

— Это уже ни в какие ворота! — гневно заявил я. — Сорок пять тысяч за императорскую девственность! Да это издевательство!

Старстоун довольно хихикала, усиленно зажимая рот так, чтобы не разгоготаться во все горло.

Сири Тачи, пунцовая от стыда, не знала куда себя деть. Надия Грелл, несмотря на белоснежную кожу (однако… когда она успела вернуть себе лицевые татуировки? Похоже, что во время полета девушка времени зря не теряла. Собственно, как и Дарт Атрокса, на чьем лице и лекку также красовались татуировки, которые я помнил на ней еще до визита на планету Гарм), тоже заливалась румянцем.

Как? Скажите мне, как две самые скромные и стыдливые (не считая Рачи Ситру) девушки могли победить в аукционе разврата и аморальности?! Вот тебе и подчистил бухгалтерию…

— Вот она, цена близости с вами, Император, — доверительно похлопала меня по плечу Асока. — Нет, если вы не против, то я могу перебить цену… Но я коплю на звездный разрушитель типа «Ромул», который производят на верфях «Тяжелого машиностроения Ротаны»…

— Да я сам свою девственность выкуплю! — зло бросил я, одарив присутствующих гневным взглядом. Нет, чего они ржут?! — Это какой-то плевок в душу!

— У нас больше не было, — пискнула Сири Тачи, словно пытаясь извиниться.

— Какого хрена вообще Старстоун получила восемьсот пятьдесят пять тысяч кредитов как организатор аукциона, на который я ничего не выставлял!? — ученица, сообразив, что сейчас может быть «бо-бо» буквально испарилась с моих глаз, стоило только подняться с кресла.

— Правила хаттского аукциона, — процедила сквозь зубы, оказавшаяся рядом Кира Карсен. — Организатор получает девяносто пять процентов от стоимости лота…

— В жопу ваши торги! — ткнул пальцем в нее я. — В жопу ваши правила. Вы бы еще мою задницу разыграли…

— Это должен был быть следующий лот! — донесся смешок Зул Ксисс.

— Но так как мы знаем, что вы строго гетеросексуал, то задница ваша никому не нужна, — пояснила подошедшая Луминара Ундули. — Император, простите, что не поучаствовала, но аукцион дерьмо, да мне тоже деньги нужны…

— Молчи, женщина, — сурово произнес, просверлив мириаланку взглядом. — Я в печали…

— А чего печалиться-то? — спросила Ади Галлия. — Секс вы же любите, да еще и подзаработаете…

— Твой оклад — триста тысяч кредитов в месяц, — припомнил я. — В должности ты почти год… Ади, копать-хоронить, ты что, не могла хотя бы миллион поставить?!

— Так аукцион по хаттским правилам, Твой оклад — три сотни кредитов в месяцизобразила удивление толотианка. — Почему я должна отдавать честно заработанное Оли? Да и не особо меня привлекают девственные мальчики…

— Его действенность — формальна, — со знанием дела заявила Стасс Аллие. — Мы как бы уже не раз и не два…

— Вы все, — я быстро ткнул пальцем в каждую присутствующую, — алчные вредные стервы, которые не имеют ни капельки уважения к своему мужчине…

— А вот это — обидно, — заявила Б’инк Утрила. — Знаете, если бы не уважали, то стоимость лота оставалась бы все те же сто кредитов, а не…

— Вы разыграли меня со ста кредитов?! — нет, я сейчас точно перейду на Темную Сторону!

— У меня больше не было! — объяснила Кайли. — Знаете, мне зарплату не начисляли со времен смерти. Что осталось на счету, то и поставила!

— ОЛИ!!!!! — заорал я, выискивая глазами свою нагловатую ученицу.

— Да нет ее уже здесь, — вздохнула Обри Уин. — Она давно уже на полпути к «Квестору»…

— Вот что, — решительно произнес я. — Аукцион — аннулирован! Как хотите — забирайте деньги у Старстоун, но предупреждаю: еще раз что-то подобное повторится — вам всем несдобровать.

— Да что началось-то? — обиженно заявила Ветт. — Ну, пошутили маленько… Хотите, мою девственность разыграем? Или вот, Джейсы…

— О, святой бескар, — взмолилась Шей Виизла. — Я попала в какой-то алчный публичный дом…

В ярости пнув свое кресло так, что оно влепилось в панорамное транспаристалевое окно, оставив на нем огромные трещины,