Пусть умрут наши враги - Александр Шакилов

Кто бы знал, как Зилу хотелось ударить Фелиса! За то, что он, Фелис, одной порченой крови с теми, кто захватил в плен Селену и Даринку. И за то, что не оставил Зилу и крупицы надежды, сказав правду, и за действительно добрые пожелания, потому что кому, как не полукровке знать, какие ужасы ждут женщин в Инкубаторе!..

– Фелис, мне нужна твоя помощь.

Тайгер отвернулся.

– Фелис, мне нужна твоя помощь, – повторил Зил. – Твоя помощь и помощь Хэби и Шершня.

Глядя в сторону, тайгер покачал косматой головой.

– Дорогой мой ученик, не проси того, о чем не знаешь, чего не понимаешь. Ты даже не представляешь…

– Фелис, ты слышишь меня? Мне нужна помощь.

– Зил, ты что, собрался в гости к полукровкам? – фиалковые глаза Лариссы сделались большими-пребольшими.

Траст нахмурился.

– Братец, не дури. – Он уже понял, что Зил всерьез намерен продолжить прогулку уже за границей земель чистяков. – Своих не спасешь, только себя загубишь. Все-все, братец, наше путешествие закончилось. Ничего уже не поделаешь, и живи дальше. И следопыт от тебя отстал, и вообще, так что жить да жить…

– Жить? Смешно такое слышать от некроманта, – Зил ударил по самому больному месту.

Траст так и замер с открытым ртом. Кожа вокруг веснушек на лице покраснела, превратив его чуть ли не в сплошной волдырь от ожога, будто кипятком на него плеснули.

– Ну ты и… – рыжий не договорил, только махнул рукой и отвернулся.

И хорошо, и отлично, ведь лешему было не до дружеских бесед с ним.

– Фелис, ты должен помочь мне пробраться в Минаполис. А уж там я сам проникну в Инкубатор и спасу маму и сестру.

– Нет! – прорычал тайгер.

Хэби зашипел, а Шершень взмахнул крыльями.

Бесконечность спустя, после обряда очищения, Сыч выбрался из Древа.

Увидев свой отряд, – то, что от него осталось, – он вздрогнул. А уж Сыч во многих сечах побывал. И мертвецов, почивших вовсе не в теплой постели в окружении правнуков, повидал бессчетное множество, целый город можно было населить теми мертвецами, а то и два.

Снежные сколы костей в прорывах кожи, сорванные скальпы, ожерелья из отрезанных ушей, изогнутые в обратную сторону колени, оторванные руки с причудливо сложенными поломанными пальцами, вспоротые так и эдак животы, пустые глазницы и глазницы, заполненные камнями, пучками травы и прочим мусором, открученные головы, засунутые в штаны их хозяевам… На трупы волчарок вообще смотреть невозможно было, их подвергли особо изощренному издевательству, будто убийца люто, до белых пятен в глазах, ненавидел псин.

Сыч едва сдержал рвотный позыв.

Кто-то изрядно повеселился тут, у подножия Древа. Этот кто-то – или что-то? – был настолько смел, что позволил себе поглумиться над самими жизнью и смертью. Этот кто-то, уверенный в своей победе, в своем полном превосходстве над опытными вооруженными воинами и слаженной сворой, покуражился тут, потешил свое безумие!..

И вдруг он спешно убрался, не дождавшись последнюю жертву, которая задержалась чуть в приемных покоях Древа.

Следопыта дрожь брала от вида кровавых отпечатков лап на стеклянной поверхности равнины.

– Может, и к лучшему, Кара, что мы остались одни? – спросил он у боевой секиры, единственной своей верной подруги. – Найдем мальчишку – и на покой?

Она не ответила ему.

Освобожденный от грибного плена файер все еще боялся стравить дым, которого скопилось в нем более чем достаточно, вон как живот раздуло. Сыч погладил огнедышащего, намекая, что можно уже расслабиться, и бегом, не теряя больше времени, двинул в обход Древа – туда, откуда должен был начать свой новый путь беглец, не повидавшись с которым Сычу никак нельзя было вернуться в Мос.

На равнине, когда огромный массив Древа скрылся из виду, Сыча догнал зог.

Всхрапнув и отворотив массивный череп, ящер замахал передними лапками, умоляя хозяина сесть в пристяжной карман у себя на спине.

Сыч не стал удерживать его от галопа.

Глава 11

Долина смерти

Позади – нагромождения мертвых скал, образованных выбросами породы при самых жутких взрывах, когда-либо ранивших планету. А за ними – бескрайняя равнина, оплавленная, гладкая и блестящая, как стекло. Глаза у Зила – он постоянно щурится – красные и слезятся из-за этого проклятого стекла. Когда столько дней подряд отраженный солнечный свет лезет тебе под веки, начинаются проблемы со зрением. Прочим союзникам не легче, а Шершню больше всех досталось – сейчас тот случай, когда размер очень даже имеет значение. Размер радужки.

Впереди – бурый, как мех медвежары, провал кратера. Он действительно казался меховым – из-за многослойного мха, покрывающего его от верхней кромки до самого дна.

– Дошли, – шевельнул треснувшими губами Траст. – Надо же, дошли.

Вода закончилась три дня назад, когда рыжий уронил последнюю тыкву-флягу, и та разбилась вдребезги, как яичная скорлупа. Ох и огреб же он от Лариссы! Любо-дорого вспомнить, – и так стыдно, что аж уши алеть начинают, – какими словами она объяснила Трасту, кто он такой есть, где его зачали родители, и куда ему следует отправиться вприпрыжку. Рыбацкое воспитание не прошло для нее зря.

– Чего лыбишься, кролик?

Легка на помине.

– Вспоминаю.

…Фелис поднял лапы, показывая, что устал от требований, громких звуков и доводов.

– Все! Хватит! Но учти, дорогой мой ученик, придется идти через тот участок границы, где точно нет наших блокпостов и минных полей.

– Это где же такое? – моргнув змеиными глазами, удивился Хэби.

Шершень тоже с недоумением уставился на полосатого вожака диверсионной группы. Похоже, пирос и представить себе не мог, что где-то есть такой участок границы, через который в земли полукровок может незаметно прошмыгнуть не то что враг, а даже самый мелкий жучара.

Недоверие соратников к словам Фелиса насторожило лешего. Он знал, что пробраться на ту сторону Разведанных Территорий будет очень непросто, но чтобы прямо вот так непросто… хм…

Улыбнувшись, Фелис окончательно всех добил:

– Мы пойдем через Долину Смерти.

– ЧТО?!! – воскликнули все, кроме тайгера.

Его предложение прогуляться по цепи радиоактивных кратеров-воронок, которую с давних времен зовут Долиной Смерти, и чистяки, и полукровки посчитали, мягко говоря, странным. Все дружно – а Зил так громче всех – заголосили, что, мол, котенок Фелис, видно, совсем рехнулся на старости лет. Соваться в Долину – чистое самоубийство! Никто туда не пойдет, будучи в трезвом уме! Даже груднички знают, что в Долине воронки располагаются одна возле другой, частенько накладываясь и объединяясь в еще большие дыры в земле. Нет, ни Зил, ни Траст с Лариссой в тех местах не бывали, но наслышаны от родителей, от соседей… И радиация в Долине высокая до сих пор, ведь кратеры образовались от ядерных взрывов. Там же все дохнет, только отдельные твари приспособились выживать в тех гиблых местах, вроде коз, что питаются бурым мхом.

– И не только коз, к сожалению, – с намеком подтвердил все сказанное Фелис.

– Вот именно! – сверкнула глазами Ларисса. – Даже если меня туда насильно понесут, я все равно вырвусь и убегу!

Тут уж впору было обидеться Зилу. Потому что, уговорив-таки Фелиса и полукровок провести его в Минаполис, он сразу сказал, что отправится в путь без блондинки и без рыжего. По ту сторону границы им делать нечего, пусть остаются и живут вместе долго и счастливо. Он даже хотел на прощание обняться с Лариссой, – так расчувствовался! – но она как услышала про «долго и счастливо», сразу заявила, что кролика одного не отпустит, а толстый пусть топает к мамаше, раз он друзьями не дорожит и забыл о своем предназначении. После этого Траст, понятно, ударил себя в грудь – типа, да я, да мы, да ух!..

– А не лучше ли нам пойти с Зилом через блокпосты? – подал мысль Хэби. – Скажем, что взяли чистяка в плен и ведем в Минаполис.

– Не лучше, дорогой мой Хэби. Он же не самка. Возникнут вопросы, зачем нам понадобился чистяк мужского пола. Нас задержат, начнется расследование… Нет, через блокпосты нельзя. Может, через минные кому-то хочется пойти?

Желающих не нашлось.

– Я бывал в Долине Смерти и знаю там один чистый кратер. Почти что чистый, – сказал Фелис враз умолкшим союзникам. – Он весь порос бурым мхом, толстым-толстым слоем бурого мха. А мох, как известно, вбирает в себя радиацию, так что воздух в том кратере и возле него годен для дыхания, пыли почти нет. Сразу никто не умрет.

Опять стало шумно. Даже молчаливый Шершень высказался:

– Сразу, может, и не подохнем. Но там, где бурый мох, всегда есть кратерные козы. Много мха – много коз.

Вместо него закончил Хэби:

– А где много коз, там и скальные драконы. Вот они нас и сожрут, если радиация раньше не доконает.