Весь Роберт Джордан в одном томе - Роберт Джордан

он открыл глаза. Свет исходил лишь от ущербной луны, – недавно было полнолуние, – низко висящей в небе. Костер мог бы выдать их тем, кого они выслеживали. Тихий рокот – во сне забормотал Лойал. Одна из лошадей топнула копытом. Первым на страже стоял Хурин – у скального обнажения немного выше по склону; скоро он уже должен прийти разбудить Ранда на смену.

Ранд перекатился на бок… и замер. В лунном сиянии он разглядел фигуру Селин, склонившейся над его переметными сумами, пальцы ее расстегивали пряжки. Белое платье будто впитало в себя весь свет.

— Вам что-то нужно?

Селин вздрогнула и повернулась к Ранду:

— Вы… вы испугали меня.

Ранд рывком поднялся на ноги, сбрасывая одеяло и заворачиваясь в плащ, и направился к ней. Он был уверен, что, ложась спать, положил сумки себе под бок; он всегда держал их рядом. Ранд взял сумки из рук Селин. Все пряжки были расстегнуты, даже на том кармане, где лежало то проклятое знамя. Как моя жизнь зависит от того, что я буду хранить его? Если кто-то увидит его и поймет, что это такое, я умру из-за того, что его найдут у меня. Он подозрительно посмотрел на Селин.

Та не сдвинулась с места, глядя на Ранда снизу вверх. В ее темных глазах мерцала луна.

— Мне подумалось, – сказала Селин, – что я слишком долго носила это платье. Я хотя бы могла вычистить его, если б у меня было во что переодеться на время. Например, в одну из ваших рубашек.

Ранд кивнул, внезапно почувствовав облегчение. Платье ее выглядело таким же чистым, как и тогда, когда он впервые увидел ее, но он знал: если на платье у Эгвейн появилось пятнышко, она не успокоится, пока не ототрет его немедленно.

— Конечно.

Ранд открыл вместительный карман, в который запихал все, кроме свертка со знаменем, и вытащил одну из своих белых шелковых рубашек.

— Спасибо.

Она отвела руки за спину. К пуговицам, вдруг дошло до Ранда.

С округлившимися глазами он отвернулся от нее.

— Если вы поможете мне, будет много проще. Ранд прочистил горло.

— Это… м-м… было бы неприлично. Мы же не нареченные и не… – Перестань думать об этом! Тебе нельзя ни на ком жениться. – Просто это было бы неприлично.

От ее негромкого смешка по спине пробежала дрожь, словно она провела ему пальцем по позвоночнику. Ранд старался не прислушиваться к шуршанию позади. Он сказал:

— Э-э… завтра… завтра мы отправимся в Кайриэн.

— А как же Рог Валир?

— Может, мы ошибаемся. Может, они сюда вообще не придут. Хурин говорит, через Кинжал Убийцы столько перевалов, что и не счесть. Если они заберут немного западнее, они вообще пройдут мимо гор.

— Но след, по которому мы шли, вел сюда. Они будут здесь. Рог будет здесь. Теперь можно повернуться.

— Это вы так говорите, но мы-то не знаем… – Он повернулся, и слова замерли у него на языке. Платье перекинуто через согнутую руку, а Селин надела его рубашку, свисавшую на ней мешковатыми складками. Это была длиннополая рубашка, сшитая на его рост, но для женщины Селин была высока. Подол рубашки едва доходил до середины ее бедер. Нельзя сказать, что Ранд никогда прежде не видел ног девушек; в Двуречье девушки всегда подтыкали юбки, переходя вброд пруды в Мокром Лесу. Но сейчас все было по-другому, да и девушки переставали так делать задолго до того, как становились настолько взрослыми, что им заплетали волосы в косу. К тому же сейчас все происходило в полумраке. От лунного сияния кожа Селин словно светилась.

— Чего ты не знаешь, Ранд?

Звук ее голоса разморозил его. Громко закашлявшись, он резко и быстро развернулся прочь от нее.

— А-а… я думаю… э-э… думаю… э-э…

— Думайте о славе, Ранд. – Ее рука легла ему на спину,, и Ранд едва позорно не пискнул. – Думайте о славе, которая придет к тому, кто найдет Рог Валир. Как горда я буду, стоя рядом с ним, держащим в своих руках Рог. Вы и представить не можете тех высот, которых мы достигнем вместе, вы и я. С Рогом в вашей руке вы станете королем. Вторым Артуром Ястребиное Крыло. Вы…

— Лорд Ранд! – В лагерь, пыхтя, влетел Хурин. – Милорд, они… – Он остановился, чуть не споткнувшись, вдруг издав горлом булькающий звук. Потом уткнулся взглядом в землю и стоял, сжимая кулаки. – Простите, миледи. Я и не думал… э-э… я… Простите меня.

Резко поднялся Лойал, с него спали одеяло и плащ.

— Что случилось? Моя очередь караулить? – Он посмотрел на Ранда и Селин, и даже в лунном свете было заметно, как у него расширились глаза.

Ранд услышал за спиной вздох Селин. Он отступил от нее, по-прежнему не глядя на женщину. Ноги у нее такие белые, такие гладкие.

— Что такое, Хурин? – Он постарался смягчить голос, не понимая, на Хурина сердится, на себя или на Селин? На нее-то за что сердиться? – Ты что-нибудь заметил, Хурин?

Нюхач заговорил, не поднимая глаз:

— Костер, милорд. Внизу, в холмах. Вначале я его не видел. Он у них маленький и спрятан, но они скрывают его от тех, кто идет за ними, а не от тех, кто впереди и наверху. Две мили, Лорд Ранд. Определенно меньше трех.

— Фейн, – сказал Ранд. – Ингтар не стал бы таиться ни от кого, идущего следом. Это должен быть Фейн. – И сейчас он вдруг сообразил, что не знает, как поступать дальше. Они ждали Фейна, и вот теперь тот всего где-то в миле, а Ранд – в растерянности. – Утром… Утром мы пойдем за ними следом. Когда нагонят Ингтар и другие, мы сможем точно указать, где они.

— Ну вот, – сказала Селин. – Вы позволите забрать Рог этому Ингтару. И слава тоже ему достанется.

— Я не хочу… – Не подумав, он повернулся, и там стояла она, ноги светлели в лунном сиянии, а Селин и дела нет, что она полуодета, словно она тут одна. Словно мы тут одни, мелькнула мысль. Ей нужен мужчина, который найдет Рог.

— Втроем нам у них Рог не отобрать. А у Ингтара – двадцать конников.

— Вы не знаете, можете отобрать или нет. Сколько у этого человека приверженцев? Этого вы тоже не знаете. – Голос Селин был тихим, но настойчивым. – Вы даже не знаете, есть ли Рог у тех людей, что разбили там, внизу, свой лагерь. Единственный способ все узнать