Цель оправдывает средства. Том четвертый - Илья Сергеевич Модус

Внутреннее пространство звездолета оказалось наполнено какофонией звуков: гул световых мечей, прерывающийся на боевые кличи то одного, то другого противника. И ни разу за все время они не сбавили темп, лишь наращивая его.

Перед Вейдером словно бушевали два золотисто-желтых пятна энергии, но он твердо знал, что касаться этого буйства красок не стоит — смертельно опасно и угрожает уже членовредительством, чего не желает себе ни один разумный в галактике.

Он выставил вперед левую руку, и с кончиков его пальцев изверглись синие молнии. Извиваясь, линии энергии полетели вперед, чтобы подловить Доугана, но тот проворно выставил световой меч перед сполохами энергии. Но тот лишь перехватил энергию Темной Стороны своим оружием, не позволяя причинить себе хоть толику вреда.

Тут же Дарт Вейдер высоко подпрыгнул, благо высота потолка главной палубы этого корабля позволяла, увернувшись от перекрестного удара мужчины-оппонента, и приземлился на другой стороне искусственного «желоба» на главной палубе корабля, где размещался трап. Доуган не отставал. Попытка нанести ему телекинетичесий дар пошла прахом — то окружил себя энергетическим щитом, абсорбировавшим выпад Вейдера.

Это начинало раздражать.

Доуган продолжал наступать. Его клинки сновали повсюду, то и дело пробивая брешь в виртуозной защите, выстраиваемой Вейдером, но последний был слишком опытным мечником, чтобы позволить противнику причинить себе хоть какой-то серьезный ущерб.

Несколько глубоких порезов на кирасе, срезанная часть шлема — это ничто по сравнению с тем, что Дарт Вейдер припас для своего врага.

Их дуэль непростительно затягивалась, отчего он принял решение отступить с корабля. В конце концов, его цель — захватить скипетр, а не погибнуть здесь. Доуган хорош — этого нельзя не отнять. Превосходно подготовлен, чего Вейдер откровенно не ожидал, планируя отнять артефакт самого Марки Рагноса. И переходя к от плана «пленение» к плану «убийство», считал, что увидел все, что противник мог ему противопоставить.

Но ошибался. Доуган сильнее, чем кажется. А значит, в любой момент к нему может подойти подкрепление — те самые разумные, с которыми он высадился на борт «Квестора». И вот тогда у Повелителя ситов уж точно будут проблемы. Большие проблемы.

Необходимо отступить. По возможности — оторваться от Доугана и попытаться найти его спутников, завладеть скипетром, после чего произвести тактическое отступление для перегруппировки. Возможно к их следующей встрече он сможет улучшить свое мастерство под бдительным оком Квай-Гона Джинна. И тогда Доугану точно не уйти.

Жаль, конечно, корабль, но у него будет другой, намного лучше. Но много позже.

Сейчас же…

Вейдер буквально кожей ощущал, что на нижней палубе отчаянно горит пламенем жизни сгусток Светлой Стороны Силы. Кто-то из бывших джедаев. И этой ауры не было, когда он поднялся на борт звездолета.

Значит — она появилась одновременно с Доуганом.

Что, если отвлечь того, попытавшись прикончить носителя этой светлой ауры?

Дарт Вейдер ревел, его переполняла жажда боя. Он понимал, что узкое пространство крохотного кораблика не позволяло ему раскрыться полностью, но Доуган чувствовал себя вполне уверенно. Его куцый Макаши вновь сменился Ниманом и стоический стиль как нельзя кстати подходил под нынешние условия противостояния.

Он нырнул под меч наносившего удар Бессмертного Императора, ногой нащупав ступеньки, уходящие вниз, и принялся медленно, шаг за шагом, отступать, сдерживая возрастающий накал мощи Доугана.

Тот, словно дроид, не знал усталости и пощады, продолжая наступать и атаковать. Странная техника, вроде бы и похожая на Ниман, но слишком агрессивная, слишком сильно основанная на эмоциях. Нечто подобное, но куда как еще более наступательное, использовал в сражении в кабинете Верховного Канцлера, Дарт Сидиус, сражаясь с Мейсом Винду. И, как это не было странно признавать вновь, даже несовершенная яростная техника позволяла Доугану действовать наравне с его собственным Джем Со.

И это более чем странно. Ибо пятая Форма никогда не подводила его. Сейчас же, он словно оказался беспомощным. Как если бы против него сражался пресловутый Тролль, Цин Драллиг, джедай-инструктор боя на световых мечах. Возможно ли, что тот научил Доугана чему-то новому перед своей смертью?

Нет, исключено. Отношения между ними были настолько натянутыми, что дошло до отнюдь не шуточной дуэли прямо в Храме джедаев.

Значит, Доуган или сам разработал новый стиль боя, или же нашел, у кого почерпнуть полезных знаний. Наверняка это содержалось в каком-то из голокронов, похищенных из Храма джедаев в период Войн Клонов.

Древние знания ситов и джедаев…

Если Доуган и в самом деле владеет какой-то ультимативной техникой, то победить в этом сражении невозможно. Необходимо отступить!

Он уже добрался до нижней части ступеней, оказался напротив входа в медицинский центр, где чувствовалось присутствие Светлой Стороны. Одного взгляда хватило на то, чтобы понять — на медицинской койке лежала Эйла Секура, один из джедаев-перебежчиков, оказавшихся на стороне Доугана. Если обозначить угрозу ей…

Правый глаз словно обожгло вспышкой света.

Дарт Вейдер с ревом отринул от противника, высвободив накопленную мощь Темной Стороны, отбрасывая Доугана назад.

Ослепленный на один глаз, император ситов, удостоверившись, что Доуган на расстоянии нескольких метров от него, приземлился на спину на главной палубе и все еще не поднялся, вскинул правую руку, чтобы ударить Молнией Силы по Секуре…

Боль в обозначенной конечности и ощущение полета последовали практически одновременно.

Словно нашкодившего котенка, его выбросили через грузовой трюм в коридор «Квестора». Рухнув на усеянную телами палубу корабля, Вейдер, обращаясь к своей внутренней боли, разжигая пламя Темной Стороны, оставившей его в тот момент, когда Доуган метнул свой световой клинок, отрубив ему правую кисть.

Мгновение ему потребовалось для того, чтобы оказаться на ногах. Еще одно, чтобы положить здоровую кисть на пояс, дабы воспользоваться одним из трофейных клинков…

Но их там не оказалось.

— Не это ищешь? — поинтересовалась у него тви’лека-летанка, стоящая перед входом на корабль Доугана. У нее в руках оказались зажаты все три захваченных световых меча, в то