Новый дом - Хайдарали Мирзоевич Усманов

Глава Секты тут же бросился к пульту, но удар импульсного резонатора парализовал его тело прежде, чем он коснулся рукоятки аварийного сброса. После чего Лор-Наар рухнул на пол. В этом состоянии он мог только шевелить губами, заикаясь в попытке произнести привычную ему мантру. Но Тьма уже не ответила ему. Тем более, что его сразу же спеленали и утащили в главный отсек содержания “Клинка Пустоты” напоминал не тюремный блок, а скорее психиатрический изолятор, совмещённый с лабораторией и информационной стойкой допроса. Стены – из самообучающегося наноматериала, глушащего вибрации и психоволны. Пол гасил шаги. Камеры наблюдения были скрыты, но работали в режиме тотального слежения, анализируя мимику, частоту моргания, ритм речи и даже уровень потоотделения.

Все сектанты, пленённые на борту повреждённого корабля, были оглушены, обезоружены и изолированы в индивидуальные капсулы. Эти капсулы не только удерживали тело, но и мягко подавляли ментальные импульсы, не позволяя даже способностям одарённых, если такие среди них имеются, в очередном приступе их псевдорелигиозной шизофрении пробиться наружу и как-то повлиять на других.

А потом наступило время для допрос того самого Гласа Тьмы. Глас Тьмы, он же архипроповедник Секты Лор-Наар, очнулся в прозрачной камере, наблюдаемой из всех возможных спектров. Его руки были свободны – но двигаться он не мог. Всё его тело оплетали почти невидимые капилляры гравиметрического поля, подстроенного под его нервные импульсы. Перед ним возник голографический интерфейс, на котором, как будто бы из ничего, сформировалась фигура Серга. И некоторое время тот стоял вполне спокойно, просто наблюдая за пленником.

– Ты говорил, что зовёшься Гласом Тьмы. Кого ты озвучивал, если теперь просто нем?

Лор-Наар хрипло усмехнулся, но рот его был пересохшим.

– Ты… не понимаешь. Мы были… очищением. Поглотителями иллюзии бытия. Мы были… Безграничным Возвратом к истоку!

– Интересно. Особенно когда началась торговля рабами и наркотиками.

Серг сделал едва заметный жест, и рядом с Лор-Наар зазвучала запись их собственных переговоров с лайнером. Это был его собственный голос, предлагающий “отпустить” заложников, уже зная, что всех обработают психотропами. Все факты были на лицо. Но Лор-Наар не отреагировал на подобное обвинение. Только откинул голову назад, закрывая глаза.

– Нас нельзя запереть. Тьма пройдёт сквозь всё.

Серг повернулся к Симе:

– Запускай модель “Отзеркаливания”. Пусть он сам услышит себя, как это слышат обычные люди.

Сима активировала аудиотактильную коррекцию восприятия, и теперь Лор-Наар слышал свой голос без внутренней эйфории. Только механическое, злое бормотание. Он поджал губы.

“Психоаналитическая петля запускается. Через девять часов возможен первый когнитивный сдвиг.” – Пришло от Симы.

Из более чем трёхсот захваченных сектантов, сто двадцать оказались в состоянии глубокой зависимости от веществ, а почти сотня—рецидивистами, ранее числившимися пропавшими в других секторах. Сима вскрыла все их биометрические архивы, обновив имена и статусы через внутренние каналы Республики. Удивительно, но шестьдесят пленников оказались уроженцами самой Республики Нубар – гражданами со статусом пропавших, числящимися мёртвыми. Их, после диагностики, временно перевели в восстановительный отсек.

Исходя из всех этих данных, Серг подготовил пакет данных, включающий в себя полные досье на всех пленников, доказательства нападения на гражданский лайнер, переписку и аудиодорожки культа;координаты остальных возможных логов.

Этот файл был зашифрован под формат “контакт-кризис” и передан по дипломатическому каналу Тайной службы Республики Нубар. Ответ пришёл быстро.

"Поступление подтверждено. Место для передачи пленников: станция “Нувар-6”. Ваша поддержка будет отражена на дипломатическом уровне. Служба Безопасности Республики выражает вам благодарность. Свяжемся позже для уточнения возможных соглашений по поводу возвращённых граждан."

Под усиленной охраной всех пленников погрузили в специальные адаптивные капсулы, которые можно было доставить в герметичных контейнерах, прикреплённых к одному из внешних модулей “Клинка Пустоты”. Каждый модуль был оборудован не только системой подавления, но и медицинским наблюдением. С пленниками с лайнера было куда проще. Их корабль был просто жёстко скреплён с корпусом “Клинка Пустоты”, все системы активированы, но находились под усиленным контролем Симы. И только потом они направились в указанную в сообщении Звёздную систему. И уже перед самым отлетом один из освобождённых граждан – пожилой мужчина с трясущимися руками – встал перед Сергом и, поклонившись, хрипло сказал:

– Я… не знаю, кто ты. Но когда я уснул под капельницей, то думал, что уже никогда не буду мыслить разумно. Спасибо. Спасибо, что “разбудил”.

Серг ничего не ответил. Только слегка кивнул в ответ.

……….

Станция Нувар-6 – одна из старейших орбитальных платформ Республики, окружённая сетью буксиров, перегрузочных рамп и швартовочных ворот, выглядела как исполинский улей, построенный на остове из стали и броневой керамики. Несмотря на возраст, станция жила – сновали дроны, гудели транспортные капсулы, а на дальних доках стояли тяжёлые фрегаты и медицинские шлюпки.

Когда “Клинок Пустоты“ медленно приблизился, его плавное, будто выточенное из чёрного обсидиана тело, вызвало заминку в действиях стыковочной службы. Некоторые из операторов буквально замерли, впервые увидев корабль с подобным силовым контуром и неизвестной архитектурой. Но сигнал, предварительно одобренный через дипломатический канал, уже поступил. И вскоре стыковочные манипуляторы бережно приняли капсулы, а сам “Клинок” остался на безопасной орбите.

К местной приёмной комиссии, в которой явно было достаточно много сотрудников Службы Безопасности, Серг не выходил лично. Он оставался в командном отсеке, но отправил с модулями медицинских и тактических дронов, с десятком “верных” абордажников, а также полный отчёт, оформленный по протоколу Службы Безопасности Республики. Документ содержал персональные досье на каждого сектанта, материалы прослушки переговоров и попыток подрыва, лог их финансовых операций, перехваченных Симой, координаты предполагаемых ячеек их Секты, и главное – распечатку записи, на которой глава Секты сам обещал обработать заложников психотропами.

Собственные сотрудники станции – врачи, представители Службы Внутреннего Контроля, и офицер той самой Службы Безопасности, мужчина с искусственным глазом и серым мундиром без знаков различия – ждали у одного из шлюзов. Когда открылись капсулы, из них начали выгружать пленников, а по соседним аппарелям уже спускались десятки освобождённых граждан. Некоторые из них плакали. Другие молчали, с недоверием озираясь, словно боялись, что это ловушка.

Офицер Службы Безопасности, быстро заглянув в переданное досье, резко побледнел, увидев, сколько разумных, ранее считались без вести пропавшими, а по официальной версии погибли в космосе, по неофициальной были списаны как дезертиры или сбежавшие преступники.

– Он нашёл их… – Выдохнул он, и резко отдал распоряжения. – Медики, на приём! Всех! Эти люди под психокоррекцией – срочно проверку на имплантированные суггесторы и остатки химии!

Один из освобождённых, пожилой мужчина, которого Сима уже диагностировала как высокопоставленного чиновника, числившегося пропавшим три года назад, узнал прибывших агентов и со слезами обнял ближайшего из