В бою обретёшь ты право своё... - Александр Михайловский

— Ясно! — Алексей погасил окурок и задвинул пепельницу в подлокотник, — Не волнуйся! — он взял её руки в свои ладони, — Мы вышибем дух из этих подонков, это наш долг и наша работа!

— Спасибо, капитан! — в уголке её глаза впервые сверкнула одинокая слеза.

— А, теперь, солдат, успокойся и проверь снаряжение, — он пристально взглянул в её небесно-голубые глаза. — Будь спокойна, Факел, всё будет, как положено!

Цепочка бойцов на горной тропе в серо-коричневом камуфляже, сливалась с каменистыми склонами. После высадки в пустынном ущелье они должны были перевалить через хребет по звериным тропам. Кое-где приходилось взбираться по тросам на отвесные стены, перепрыгивать через глубокие трещины…

Перемахнув через очередную трещину, капитан Павленко остановился, и вытер мокрый лоб. Справа и слева громоздились грандиозные громады гор, сзади и далеко внизу лежало узкое ущелье с тоненькой ниточкой пересохшего русла на дне. Эти реки оживают только в разгар весны, когда в горах тает снег, на большую же часть года они стоят пересыхают…

От этих размышлений его отвлёк звонкий возглас, — Поберегись! — рядом легко приземлилась Эслин, — Устал, капитан? — на её лице горел задорный румянец, а голубые глаза светились озорством.

— Нормально, Факел! Мы ещё и не такое видали! — Алексей поддернул ремень автомата и начал взбираться по каменистой осыпи, — А ты молодец, девушка, отлично держишься!

— Восемь лет тренировок не проходят даром, — Эслин так ловко перепрыгивала с камня на камень, что ни один из них даже не пошевелился, — «звезда» должна быть выносливой. — Продолжала она, не сбиваясь с дыхания, — гибкой, обладать безупречным равновесием… — она немного помолчала и добавила, — очень многое, что ей приходится делать весьма утомительно, сложно и унизительно, поэтому у тех, кто прошёл обучение очень крепкие нервы…

— Ничего, скоро мы повидаем твоих «педагогов», — Алексей вытянул руку и указал вперёд, — вон за тем гребнем спуск к лидер-посту… и, заметив недоумённый взгляд девушки, добавил, — вчера ночью здесь сбросили четырёх бойцов на парапланах, уже больше суток они сидят на обрыве над Храмом и наблюдают за всем «шуршанием» внизу…

Алексей взобрался на гребень и растянулся меж камней, чтобы не проецировать свой силуэт на фоне неба. Приложив к глазам электронный бинокль, он осмотрел склон, круто опускающийся вниз. Среди проносящихся через дальномерную сетку камней, вспыхнул крестик приводного маяка. Капитан остановил движение и подстроил резкость… — Вот они, — он опустил бинокль и указал рукой вниз, — между тех двух скал, у самого обрыва.

Эслин прикрыла глаза, — клыки Оранны, — немного подумав, сказала она, — так мы называли эти скалы, Храм должен находиться правее…

— Хорошо! — Алексей вбил в трещину валуна горный костыль и закрепил трос, — я первый, за мной «Факел», остальные в порядке номеров — шепнул он десантникам и перебросил своё тело через гребень.

После головокружительного спуска они оказались в узкой расщелине, которая после нескольких поворотов вывела их к лидер-посту. Один из десантников перекрывал расщелину, охраняя группу с тыла, один спал, завернувшись в плащ-накидку, ещё один прижался лицом к маске прибора визуальной разведки, а его напарница сидела в глубине расщелины, просматривая изображение на дисплее персонального блокнота и делая пометки на карте…

Она то и обернулась на тихий шелест шагов, — сержант «Файр», группа «Око», Дальняя разведка, — два пальца чётко взлетели к пятнистому берету, из-под которого непослушной волной вырывались чёрные с каштановым отливом волосы.

— Капитан «Гром», группа «Небесные ангелы» — капитан Павленко тоже отдал честь и опустился рядом с сержантом.

— Мы ждали вас, пан капитан! — девушка-сержант повернула к Алексею дисплей, — тут полные результаты наших наблюдений…

— Спасибо, сержант! — капитан бегло просмотрел схему, — слишком много вопросов! Хотя… — он замолчал на десяток секунд, — к счастью сейчас мы сможем дополнить ваши данные… Рядовая «Факел», с прибором визуальной разведки обращаться умеете? — обратился он к Эслин.

— Так точно, командир, этому нас учили…

— Займи место наблюдателя и сделай общий обзор объекта! — Павленко хитро улыбнулся в усы, — действуй, «Факел»!

— Её этому учили!? — вполголоса проворчала «Файр», — А мы то думали, это мы профессионалы…

На дисплее появилось изображение громоздкого круглого строения, примыкающего одной стороной к отвесной скале и целиком сложенного из чёрного камня. Сверху его венчал массивный чёрный купол, — Большой Храм Чёрной Оранны, — комментировала Эслин, — То, что вы видите, только наземная часть храма, там находится сокровищница и живут верховные жрицы. В Большом зале, под куполом, находится отлитая из золота статуя Оранны, — девушка немного запнулась, примерно пятнадцати метров высоты, именно там происходят торжественные богослужения… Подземные же галереи уходят глубоко в тело скалы, именно там проводятся мистерии чёрной любви… — она с минуту помолчала и добавила, — ни одна из девушек спустившихся туда не вернулась к свету солнца…

— Откуда она всё это знает? — поражённо пошептала «Файр».

— А у неё есть документ с печатью! — улыбка Алексея была совсем не весёлой.

— Какой документ? — не поняла сержант.

— А ты сходи с ней на пляж — там его и увидишь…

— Так это живая «звезда»? — удивлению «Файр» не было предела.

— Она самая, милый сержант, — Эслин терпеливо ждала, пока они закончат шептаться, — а теперь тихо!

Сержант не выдержала и подползла к бывшей «звезде», — Прости, сестра! — в её карих глазах показались слёзы, — Я совсем не хотела тебя обидеть!

— Ничего страшного, сержант! — девушка оторвалась от маски прибора, — Вы не сказали ничего обидного, просто вы не знали меня и это всё объясняет… И потом меня трудно обидеть — «звезда», если она хочет дожить до тридцати, должна иметь очень толстую кожу… — она указала на лежащий рядом автомат, — В конце концов, я здесь и знаю, что мне делать!

— Продолжай, «Факел», — Алексей посмотрел на часы, — примерно через час пора начинать!

— Бесчувственный болван! — выругалась «Файр», возвращаясь к дисплею.

Изображение дрогнуло и снова двинулось, показывая изогнутую черно-колонную галерею, — Правое крыло Оранны, — изображение остановилось на лестнице поднимающейся на галерею, — завтра по этой лестнице должны подняться десять сотен кандидаток в «звёзды». Для восьми сотен из них этот день станет последним днём жизни. — В перекрестии дальномерной сетки показался небольшой навес, вплотную приткнувшийся к скале, — Там, под навесом, вход в Пещеру Ужаса, в которой они ждут своего часа, там десять лет назад я провела самые страшные двадцать дней своей жизни… — немного помолчав, Эслин добавила, — Пещера Ужаса расположена прямо за Правым крылом…

— Подожди, «Факел», — сержант начала быстро нажимать на клавиши блокнота, — Вот смотрите, капитан, — почти прямо над навесом, расположена узкая расщелина в скале, вот здесь она выходит на поверхность уступа, на котором мы сейчас находимся… от её нижнего края до крыши навеса не более тридцати метров. Судя по фотографиям со спутника, она вполне проходима для экипированного бойца…

— Отлично, «Файр», — капитан прикинул в уме, — Вся группа пройдёт минут за десять — пятнадцать… Только как там с охраной?

— Насчёт охраны, капитан, — «Факел» увеличила изображение, толстого мужика, с неопрятной бородой неопределённого цвета, из одежды на нём были только замызганные сапоги, такие же грязные кожаные штаны, короткий изогнутый меч и круглый рогатый шлем. — Знакомьтесь, капитан, это Гро, по прозвищу «Палач», завтра ему предстоит тяжёлая работа, — камера остановилась на здоровой волосатой лапе, поигрывающей кнутом. — Этими руками, он должен будет задушить восемь сотен маленьких девочек, которым не суждено стать «звёздами».

— Спасибо, милая! — капитан Павленко проверил, как выходит из ножен его финка, — Я думаю, мы освободим его от этого труда! Продолжай, пожалуйста, обзор.

— Глотка Чёрной Оранны, — изображение перешло на большую круглую яму, прямо перед храмом. — Ещё это место называют Огненной Пастью. Во время храмового праздника на её дне разводят очень большой огонь и сбрасывают в него тела жертв, а тех девушек, которые не прошли Последнее Испытание, кидают в огонь живыми… В бараках, слева от Глотки, — камера показала восемь приземистых длинных строений без окон, с плоскими крышами, — живут ученицы Храма, на дальней стороне — самые младшие, на ближней — старшие. Чёрное трёхэтажное здание, напротив Храма — жилище жриц, на первом этаже трапезная, на втором и третьем находятся кельи, в полуподвале расположен трапезный зал для учениц. Справа от Глотки — казарма для охранников внутренней охраны и надсмотрщиков, сотня охранников и сорок надсмотрщиков, в подвале этого здания, для развлечения этих скотов, содержатся, в ожидании Праздника, девушки отсеявшиеся в течении года… За казармой охраны — тренировочные площадки для учениц, еще дальше находятся Сады Оранны, их земля удобрена пеплом из Огненной Пасти… Рабов в Храме нет — все работы выполняются ученицами…