В бою обретёшь ты право своё... - Александр Михайловский

— Говорят, в Вундерланде вообще нет рабов? — девушка пристально взглянула ему в глаза.

— Это правда! Видите ли… — капитан сделал вопросительную паузу.

— Эслин, меня зовут Эслин, — девушка напряжённо улыбнулась, — или если хотите «звезда» Эслин…

— Значит — Эслин Стар? — капитан провёл рукой по покрытому серой краской стволу орудия, — Видите ли, Эслин, мы знаем, что любой человек может работать значительно лучше, если делает это для себя и своих детей. Свободное общество — это сильное общество…

— Конечно, это может быть? — Эслин потёрла пальцем переносицу, — Только сила — это власть, а власть — это насилие, а насилие и свобода — несовместимы!

— Интересная мысль!? — Иван заинтересованно посмотрел на девушку, — Из тебя получится сильный философ… Только знаешь, всё наше насилие направлено в окружающий нас жестокий мир, который живёт по праву сильного… Иногда полезно напомнить зарвавшемуся мерзавцу, что… — его фраза была прервана писком вызывающего сигнала.

Иван поднёс «блокнот» к уху, — Капитан на связи?… — с минуту он молча слушал невидимого собеседника, потом резко бросил, — Мы этим займёмся! Курс на перехват! — повернувшись к Эслин, капитан добавил, — Вот и работёнка подвалила нам, непыльная… То ли пират, то ли работорговец, — клипер накренился на правый борт, поворачивая на полрумба, — вот поймаем и головы поотрываем, чтобы другим неповадно было людей продавать…

— Кажется, вы этому рады? — Эслин покачала головой, — Вы не похожи на человека, который может упиваться кровью…

— Я рад не этому, — Иван хлопнул ладонью по орудийной платформе, — Я рад тому, что эта «малышка», заставит некоторых мерзавцев, живущих по праву силы, ощутить его на своей шкуре. Как сказал один мудрец — «Да воздастся тебе по делам твоим! Аминь!» То есть ОГОНЬ! — девушка слушала его молча, — Хотя, я немного погорячился — если это действительно работорговец, придётся брать его на абордаж, другого выхода нет…

— Почему вы так думаете? — Эслин провела рукой по стволу, — может это просто мирный купец…

— Его засекли, когда он выходил из Жиалига…

— Тогда это точно работорговец, или занбарский пират, — лицо Эслин стало жёстким, — мирному купцу нечего делать в авалийском городе оккупированном Орденом!

— Умница, Эслин! — Иван сжал её руку, — Я тоже так думаю, потому что, с освобождением Солитана, это единственный порт, через который вывозят захваченных в рабство авалийцев… На днях его должен блокировать авалийский флот, уже отплывший из Солитана, так что лавочка будет закрыта…

— Почему вы освобождаете рабов, я не могу понять почему? — Эслин окинула взглядом корабль, — У вас есть сила, есть богатство, вы можете получить огромную власть…

— Сталь и золото!? — капитан мрачно усмехнулся, — Мысль старая как мир! Просто мы ненавидим само по себе рабство — это раз! И то, что те, ну кого мы освободили, как правило, встают в наши ряды, увеличивая их силу — это два! — он окинул внимательным взглядом крепкую фигуру Эслин, — Вот, например, ты, можешь вступить в армию Вундерланда, если захочешь…

— Я, в армию? — Эслин недоверчиво усмехнулась, — Вы надо мной смеётесь?

— Ничуть! — Иван взял её за руку, — Уже есть прецеденты…

— Хорошо, я подумаю над своей судьбой… — повернувшись, девушка направилась к трапу, — Тщательно подумаю! — бросила она через плечо напоследок.

— Только не слишком торопись! — проворчал Иван себе под нос, доставая «блокнот».

В командной рубке царила вечная полутьма, деловито попискивал эхолот, на тёмном экране радарного планшета мерцали цветные точки других кораблей, яркие — видимые на ближнем радаре и тусклые — наблюдаемые со спутника. Все они, кроме одной, были зелёного цвета, и только один корабль был отмечен ярко-красным бликом.

— Он в сфере визуального наблюдения, до точки перехвата сорок минут! — доклад дежурного офицера был сух, как сублимированный хлеб.

— Картинку на экран! — капитан подошёл к дисплею визуального наблюдения, на котором появился крошечный силуэт, похожего на галеру, остроносого корабля.

— Что скажешь, боцман? — капитан указал на изображение, — Узнаёшь что-нибудь?

— Можно увеличить? — Боцман внимательно вглядывался в растущее изображение, — Всё, стоп! — сказал он, когда корабль увеличился до размеров экрана, — Это наш «Старый Знакомый», капитан! Занбарский рейдер по прозвищу «Хрен поймаешь»… — палец Боцмана скользнул по дисплею, — Обратите внимание на удлинённый корпус и наклонную мачту… Очень быстрая посудина, она всегда легко уходила от наших патрулей. По слухам, раньше на нём плавал сам Бо Хаго, пиратский адмирал… Говорят, что теперь у него новый корабль, «Чёрная шутка», побольше и побыстрее этого…

— От нас ещё никто не уходил! — капитан молча вглядывался в изображение, — Боевая тревога! — он повернулся к Боцману, — Убрать гражданских с палубы, экипировать абордажную партию, расчехлить орудия и многостволки… — выходя из рубки, Иван напоследок посмотрел на изображение рейдера, — Ты приплыл, придурок!

Вой сирены всполошил клипер, послышался слитный топот ног, хриплая ругань, скрежет заработавших механизмов и лязг открываемых орудийных затворов. Повинуясь электрическому сигналу, хромотропные паруса налились ярко-алым цветом.

— Десять минут до перехвата! — носовое орудие, с грохотом, выбросило в предзакатное небо столб призрачного пламени. Метрах в ста перед носом рейдера взметнулся сверкающий водяной столб. Иван поднял к глазам бинокль, — Что он делает, хулиган? — пират резко развернулся навстречу рейдеру, о воду ударили длинные вёсла…

— На таран пошёл! — Боцман указал рукой на противника, — Смотрите, капитан, мачту убирают…

— Две пятьсот… Две… Тысяча пятьсот… — доносился голос наводчика, наблюдающего за целью через визир лазерного прицела, — Тысяча четыреста… Тысяча триста…

Напряжение нарастало, казалось, в воздухе потрескивали невидимые искры.

— Харрисон! Шорн! — в голосе капитана лязгнула сталь, — Обломайте ему вёсла!

— Тысяча сто… Тысяча… — продолжал бубнить наводчик.

Две носовых «спарки» выбросили длинные струи трассирующих очередей… полторы тысячи выстрелов в минуту на ствол, два урагана огня и свинца. По обе стороны от пиратского корабля, примерно в метре от корпуса, стеной встали фонтаны разрывов. Как будто два огненных кнута хлестнули по воде, во все стороны полетели водяные брызги и деревянная щепа.

— Девятьсот… восемьсот пятьдесят… — голос наводчика звенел торжеством, — Они останавливаются капитан!

— Куда он денется, когда разденется! — проворчал капитан, опуская бинокль, — Снайпера, на бак!

— Восемьсот… — четыре матроса в массивных чёрных бронежилетах, положили на поручни стволы снайперских винтовок.

— Семьсот пятьдесят… — хлопнул первый выстрел и голый по пояс пират, с бородой неопределённого цвета, покачнулся, выронил из руки тесак, и, схватившись за грудь, рухнул за борт. После второго выстрела, рулевой обнял штурвал и сполз по нему на палубу, заливая её кровью из пробитого лба… Ещё секунда третий с четвёртым прозвучали почти залпом, потом звуки выстрелов слились в сплошное стаккато. Снайпера выпускали пулю за пулей в непрерывно редеющую толпу мечущихся пиратов… Через минуту на залитой кровью палубе остались только прикованные к скамьям гребцы. В этот момент распахнулись двери капитанской каюты, и появился пиратский капитан собственной персоной, в правой руке он сжимал искривлённый тесак с волнистым клинком, а левой прижимал к себе юную брюнетку с искажённым от страха лицом.

— Триста пятьдесят… — Иван положил руку на оружие ближайшего снайпера, — Дай-ка я сам займусь этим, парень! — он отодвинул матроса в сторону и сам приник к прицелу. Капитан не видел, что Эслин проскользнула мимо матроса охраняющего трап и, встав за его спиной, затаила дыхание, наблюдая за происходящим.

Перекрестье прицела скользнуло по туго натянутому подолу короткого серого платья, на секунду замерло точно на три ладони ниже талии, глухо щёлкнул лазерный баллистический вычислитель, завершая наведение…

— Держись, малышка! — процедил Иван сквозь зубы и, затаив дыхание, плавно надавил на спуск. Глухой звук выстрела слился с облегчённым вздохом, синхронно вырвавшемся сразу у нескольких человек. Пират с диким воплем отпустил девушку и, корчась, повалился на палубу. По его белоснежным, шитым золотом шароварам быстро расползалось кровавое пятно.

— С последним оргазмом, тебя, сукин ты сын! — капитан оторвался от прицела и вытер со лба холодный пот, наблюдая, как изумлённая заложница ощупывает простреленный подол.

Двести пятьдесят… — клипер убрал паруса, и начал притормаживать водометами, готовясь ошвартоваться к пиратскому рейдеру…