Черная кровь войны - Ингвар Эйферзухт

Расспросив меня о всех перипетиях моей жизни, Демидов на минутку задумался и перешел к сути разговора.

– Александр Тимофеевич, скажите, а Вас всем устраивает жизнь на Новой Земле и, в частности, в Москве?

К этому моменту я уже немного сообразил, куда дует ветер и ответил в том ключе, что вижу только четыре проблемы в новом мире: московскую спесь, местный бандитизм, дикую флору и фауну, и отсутствие доступных энергоносителей. Все переглянулись, а Марков усмехнулся, глянув на Демида с Аверьяновым, типа, ну я же говорил, что человек догадался, зачем позвали.

– Ну, с первыми тремя проблемами мы в меру своих сил боремся и будем бороться, а вот отсутствие нефти серьезно сдерживает все развитие. Бензин и дизельное топливо дороги и дефицитны, расстояния огромны. Возвращаться в недавнее прошлое к лошадкам и быкам это обрекать новый мир на вечное технологическое отставание. Единственный выход – найти нефть. И если получилось у арабов, то должно получиться и у нас.

– Мне конечно приятно, что нас так высоко ценят, но разве до сих пор у вас не было людей близких к нефтянке? У вас же здесь достаточно народа с Грозного, а там и добыча и нефтехимия.

– Все так, но вот полноценной бригады нет. Нет бурового мастера, нет оборудования и материалов. Да и в том же Грозном не так много было буровиков, месторождения старые уже разбуренные давным-давно. Те кто есть, им сейчас по 65–70 лет или профессия другая. К тому же места здесь опасные, а вы боевая бригада и с оружием не расстаетесь. Здесь по-иному и не прожить.

– Ну так-то да. Мы ребята боевые.

– Вот и попробуйте провести исследования и разведочное бурение, может и получиться. Места там опасные, дельта реки Амазонки, но с вами пойдет человек десять бойцов.

– Вы думаете, стоит искать именно там?

– А как Вы думаете?

Я надолго задумался, вспоминая то, что знал о геологии и теории возникновения нефти и газа. Взглянул на большую карту Новой Земли, висевшую на стене.

– Немного неожиданно, но все же попробую объяснить. В двух словах рассказать про нефть и газ тяжело. Существуют две теории возникновения нефти: биогенная и абиогенная. Причем даже сторонники абиогенной теории не отрицают того, что нефть это органическая жидкость, т. к. в ней присутствуют некоторые маркеры сложных углеводородов, которые могли быть получены только от живых организмов. Касаться абиогенной теории я не буду. А вот согласно биогенной теории должно было происходить накопление органического материала, а затем его дозревание в толще земных пород при необходимом давлении и температуре. Если посмотреть на карту, то видно, что вся дельта Амазонки, шельф и даже исток реки в предгорьях, могут быть перспективны для поисков. Здесь явно наблюдаются следы движения земной коры и образуются ловушки, места для зарождения нефти из накопленных остатков органических материалов, которые за миллионы лет накопились в мелких и теплых водах моря.

И если определить нефтеносный регион можно на глаз, то найти месторождения нефти все же не так просто, нужна техника и оборудование для геофизических работ, разведочного и эксплуатационного бурения. И это вам не так, чтобы приборчиком землю просветил и дырку в земле пробурил. Такого нет и на Земле-матушке. Вначале нефть искали методом тыка. На глаз бурили скважины, пешком ходили по лесам, горам и болотам. Искали следы нефтегазопроявлений. Только в середине этого века додумались до опорного бурения по сетке, суть которого – бурить опорные скважины и исследовать, как изменяются пласты на протяжении всей глубины скважины и как они меняются от одной скважины до другой. Составляется как-бы подземная карта, отражающая все необходимые геологические параметры. Вот по изменениям этих параметров, можно спрогнозировать, где могут быть месторождения нефти.

– И что, нам нужно будет бурить такие опорные скважины? – поинтересовался Аверьянов.

– Думаю это не осуществимо в текущих условиях. Для того, чтобы пробурить на 3000–3500 м скважину нужна серьезная техника, оборудование и материалы. А некоторые вещи просто нереально пропихнуть через портал из-за их габаритов. Далее необходима техника, чтобы перевезти это все в нужное место, а это ой как не просто; бригада вышкомонтажников, чтобы собрать на месте, и вообще куча специализированных специалистов и оборудования. Я думаю, таким путем нам идти не стоит. Нам необходима передвижная буровая установка.

– А она сможет пробурить скважину на глубину в три километра?

– Если нефть залегает на такой глубине, я думаю, стоит вообще отказаться от планов бурения. Это физически не возможно для нас. Как космические технологии для оленеводов. Максимум, что мы сможем осилить, это глубины до километра. И то я в большом сомнении. Более реально это метров 500–700. До километра максимум.

– И что, реально найти нефть так близко от поверхности?

– Ну а почему бы и нет. Например, в Оренбургской области нефть на глубине 250–300 м встречается, на Сахалине ее обнаружили на 200 м или вспомните азербайджанское Биби-Эйбат, там вообще из вручную выкопанных колодцев нефть черпали в начале века. Так что, тут уж как повезет, но попробовать стоит.

Большие боссы Новой Земли переглянулись между собой, явно задумавшись о будущих проблемах. Думали недолго, судя по всему, все уже было решено. Единственно, моя экспромтом произнесенная речь только скорректировала их планы.

– Александр Тимофеевич, мы хотим попросить Вас возглавить поисковую экспедицию. С нашей стороны мы постараемся обеспечить Вас всем необходимым для поиска, бурения и добычи нефти, – предложил Марков, – у нас критическая ситуация, если мы не найдем нефть, полетят все наши планы. Нас просто задавят.

Думал я недолго, основная мысль была, зачем мне это вообще нужно. У нас неплохой бизнес, надежная команда, своя база, идут хорошие деньги, большую часть из которых мы начали брать себе, как прибыль. Если раньше у нас был в команде закон военного времени, когда все деньги были общие и шли только на развитие бизнеса и необходимые вещи, то теперь можно сказать пришел капитализм. Мы словно партнеры в компании получаем долю своей прибыли и с учетом того, сколько мы зарабатываем на каждого, приходятся просто сумасшедшие деньги. Жилье у нас есть, а скоро вполне возможно каждый из нас захочет иметь свой дом и, чем черт не шутит, заведет семью. Бросить все и отправиться в экспедицию, как Иванушка дурачок за пером жар-птицы, это авантюризм и безрассудство.

– Да, я согласен и переговорю с ребятами. Мне надоело просто зарабатывать деньги, мне хочется сделать что-то такое, чем можно будет гордиться. Развал СССР опустил миллионы людей ниже плинтуса, мы вдруг мгновенно отказались от свершений своих героических предков, от мечтаний, от будущего. И единственное, что нас стало интересовать – это деньги. Надоело. Хочется большего, вы действительно правы насчет нефти, мой отец говорил, что нефть это черная кровь войны и без нее развалится самая мощная армия. Именно поэтому Гитлер всеми силами пытался захватить промыслы Краснодара и Кавказа. Вот только ничего ему не удалось, он не получил ни одной тонны нефти с захваченных промыслов. Наши специалисты постарались. И в мощном военном организме фашистов этой самой черной крови становилось все меньше и меньше. Думаю, это одна из причин, по которой мы их победили. Так что я прекрасно осознаю, что такое нефть для нас и как много она значит для развития нового мира.