Хозяин оков II - Павел Матисов

и у него не всегда получалось уничтожить монстра. Только если попасть в уязвимую часть тела. Брюхо, глаза и шеи вполне пробивались водными стрелами тех же Рен и Рам, но пойди выцели эти места в возникшей суматохе на покачивающемся на волнах корабле. Один Ибал мог вынести гоблина практически в любую часть тела. Пробивал их жалкие тушки, отрывал конечности, пронзал черепа. Вот только щиты и ему не покорялись сходу. По крайней мере водная стрела эльфа желтого ранга могла отбросить гоблина в сторону и открыть его для смертельного удара.

Лиетарис не сидела сложа уши. Высокая сформировала лесного духа из досок и хлама, который ей накидали матросы. Вот только мертвая древесина, судя по всему, плохо подходила для создания миньона. Получился вялый комок из перекрученных досок, прутьев веника, жердей и черенков от разного уборочного инвентаря. В замкнутом пространстве на узкой палубе лесному комку было сложно развернуться. Не знаю, фикус с колючками с собой что ли возить, чтобы у Высокой всегда под рукой имелся материал для миньона? Тем не менее дух отвлекал на себя внимание противника. Им требовалось время, чтобы разрубить его на куски.

Морские гоблины с улюлюканьем и дикими воплями бросались на членов экипажа, орудуя своими костяными лезвиями. Матросы отбивались, шинкуя морских уродцев, но при этом и сами получали увечья и раны. Одному незадачливому моряку ушлый гоблин умудрился целую ногу отрубить. Матрос заорал как резаный, а гоблин схватил ногу острыми зубами и прыгнул с ней за борт словно с самым главным трофеем в своей никчемной жизни.

Некоторые даже метали копья. Одно такое копье воткнулось в деревянный щит в считанных сантиметрах от места, откуда я выглядывал и чуть не пробило доску насквозь.

На палубу выбралось двое крупных морских гоблинов, от которых исходила мощная аура. Оба были облачены в костяные доспехи, так что сходу их уничтожить не получилось. Твари обладали водным даром, благодаря котором могли насылать на врага режущие водные волны. Одного бедолагу разрубило таким ударом напополам.

Матросы тем временем начали пятиться, отступая к кормовой надстройке и дверям к каютам, где было бы проще обороняться. Прикрывать весь корабль у них не выходило. Гоблинов было слишком много, так что их давили числом.

— Вы куда пятитесь, салаги трусливые⁈ — возопил я.

— А вы чего засели наверху⁈ Помогай, брехливый торгаш! — не остался в долгу Гранко.

Совместные тренировки не пошли нам на пользу. Думал, что матросы сработались с моими эльфами, однако дружбой тут и не пахло. Нас бросили на произвол судьбы. Мы могли бы попытаться прорваться к надстройке или спрыгнуть в трюм, но на небольшом судне все равно не скроешься. Лучше держать удобную позицию до конца.

Твари достигли наших двух фургонов и принялись копошиться внизу, издавая жуткие вопли и зловещий каркающий смех.

— Еда! Наверху!

Лия с Ниуру заняли оборону на другом фургоне, оставив меня с Рен, Рам, одним эльфом красного ранга, Лейной и Ибалом. Последний активно раздавал оплеухи по наступающим монстрам, но всех прибить он не мог при всем желании. Эббот мало что могла сделать против толпы гадов. Изредка она насылала во врага молниевый сгусток, но не всегда у нее получалось обезвредить гоблина. Заряд то промажет, то о щит стукнется и не особо достанет противника.

Монстры принялись забираться по стенкам фургона прямо к нам! Я вдруг резко осознал одну крайне неприятную вещь: у нас, мать его, не осталось бойцов ближнего боя! Решение взять одних одаренных в поход мне сразу разонравилось. Если бы в отряде имелись неодаренные эльфы, их можно было бы поставить в качестве передового заслона. Из Рен с Рам так себе воительницы. Много шумят, постоянно мажут и не могут нормально добить опрокинутого гоблина. Водник красного ранга переключился на копье, поскольку он быстро истощил свой резерв, да и его удары почти не наносили вреда гоблинам.

Лия с Ниуру с трудом отбивались на другом фургоне, а матросы держали оборону на корме, так что звать на помощь некого.

— Если хочешь сделать хорошо — сделай это сам! — прорычал я и метнулся к показавшейся уродливой башке.

Зачарованный клинок прорезал воздух, а вместе с ним и шею неосторожного гоблина. Брызнул фонтанчик вонючей крови, и монстр рухнул с фургона обратно на палубу.

— Мастер! — прокричала испуганно Лейна.

С ее стороны на крышу фургона тоже карабкался гоблин, размахивающий костяным клинком. Я бросился к борту и схлестнулся с поганцем. Костяное лезвие выдержало несколько ударов, но затем я перерубил его у основания мощным выпадом. Все как учил Гро-Бак: удар шел от ноги, передавался по корпусу и проходил по руке. Затем просто кольнул в шею, и монстр свалился вниз, фонтанируя кровью.

Следом меня полоснули по ноге. Один из засранцев подкрался с другой стороны. Ибал с остальными пытались отбиться, но гады все равно просачивались. Я переключился на второго противника, теперь уже прихрамывая. Затем подоспел третий, четвертый, пятый. Я сбился со счета и просто крутился на крыше фургона словно юла, отбиваясь от нападок со всех сторон. Мне порезали другую ногу, левую руку, ударили от шлему, отбив ухо, один из гадов вцепился в мой щит и повис, чуть не скинув меня вниз. Пришлось бросить щит, но я успел отсечь поганцу руку.

И почти сразу в меня прилетело костяное копье. В последний миг я ощутил всплеск силы и каким-то чудом умудрился отклониться в сторону. Копье пробило стеганку и вонзилось в левое плечо. Боль ударила с новой силой. Я и так получил множество ранений, а тут меня накрыло конкретно.

— Черти морские! — осел я на крышу. — Лейна, вытащи копье!

— Я не могу…

— Можешь. Это приказ. Дергай изо всех сил!

По крайней мере костяной наконечник не имел зазубрин и утолщений. Эббот дернула за копье, повинуясь команде, и оружие вышло из плеча с доспехом. Я поморщился от адской боли, однако в пылу схватки на удивление голова сохранялась относительно ясной. Наверное, в моей крови плескался такой коктейль из разных гормонов, что я не обращал внимание на всякие мелочи. Главное — это отбиться!

— Хозяин, я почти пуст! — заявил Ибал.

А вот это скверно. Как бы я ни храбрился, но основную лепту вносил наш желтый ранг, благодаря которому гоблины не могли взять фургон штурмом. Я не стал медлить. Кряхтя, перевернул одного обезглавленного мной ранее гоблина, валяющегося в ногах, после чего вонзил зачарованный клинок ему в грудину и выковырял