Истории Выживших (сборник) - Александр Козин

Я провел взглядом по остаткам ржавой лестницы, обломанной на высоте трех метров над полом, – так сразу и не заберешься. Наша цель в параллельном здании, в пятидесяти метрах дальше, через внутренний двор.

Я посмотрел в черный пролом, из которого вытекала вода. Располагался он в нужном направлении.

– Попробуем? – Я посветил в темноту фонарем и не увидел ничего, кроме шершавых бетонных стен и обрывков кабелей на креплениях.

– А есть другой путь? – Весельчак кивнул на сломанную лестницу: – Слоны не карабкаются.

Мы зашли в темный зев тоннеля, и снова мне показалось, что за нами кто-то следит. Я обернулся, резко вскидывая автомат, – пусто. Никого и ничего, лишь ветер, дующий из трубы, гонял мелкий мусор.

– Ты чего? – буркнул Весельчак.

Он уже успел упасть на одно колено и вскинуть оружие – такая у хороших напарников складывается привычка – действовать совместно, а потом задавать вопросы.

– Не знаю, – ответил я. – Чувство такое, будто за нами следят всю дорогу от засады. Ты как, не ощущаешь?

– Есть маленько. – Напарник поморщился: – Место тут такое – муторное. Не нравится мне здесь. Чую, неспроста Лес на вояк обрушился, занимались они здесь чем-то… не тем.

Весельчак был немного суеверен. Не в том смысле, что верил в ведьм, духов и плохие приметы, а в том, что подозревал военных и ученых в проведении бесчеловечных экспериментов, приводящих к неожиданным последствиям. Впрочем, нынешний мир доказывал, что его подозрения не беспочвенны.

– Отходим! – Я дал знак Весельчаку, начиная потихоньку пятиться назад.

Через пять метров я погасил фонарь. Еще через три Весельчак погасил свой. Окружающее пространство провалилось во тьму, только выход из тоннеля одиноким пятаком выделялся на фоне беспроглядной черноты. Мы замерли, не выдавая присутствия ни звуком. Если что-то идет за нами, то с этим надо разобраться, а не ожидать, когда оно ударит в незащищенные спины. Кстати, сидеть и ждать тоже было очень не уютно – за спинами был неизведанный и непроглядный тоннель, в нем могло таиться все, что угодно.

Секунды тянулись вязким киселем, ничего не происходило, шумела вода, сквозняк выносил из трубы мелкие засохшие листья. Зрение обострилось в темноте, я уже стал различать полоски черных кабелей на фоне более светлых бетонных стен.

– Ничего. – Голос Весельчака был почти не слышен. – Идем.

– Да, – ответил я.

Если нас кто-то преследовал, то обязательно уже высунулся бы, боясь потерять, когда мы уйдем слишком далеко. Я последний раз кинул взгляд в дыру– плещется вода, качается ореховая ветка, рядом никого.

Мы снова включили фонари, настроив рефлектора на самый рассеянный свет – такой луч не виден с расстояния в пять метров, но дает пятно света достаточное, чтобы рассмотреть, что творится впереди. Нас скорей засекут по шипению химических батареек, чем по свету фонарей.

По тоннелю мы прошли чуть больше половины расстояния, когда впереди посветлело. Сначала в потолке стали появляться трещины. Они увеличивались, сливались и привели наконец к крупному пролому, сквозь который вниз спускалась стена толстых корней.

Весельчак ругнулся: на корнях были толстые каплевидные бутоны – сумки со спорами.

– Час от часу не легче, а к ночи так кошмар, – пробубнил Весельчак.

Путь оставался один – наверх. Вниз свешивались куски бетона, соединенные лапшой старой арматуры. Арматура была ржавой, но сколы на бетоне вполне свежими – растения проломили тоннель совсем недавно.

Неожиданно корни зашевелились, послышался шорох раздвигаемой земли. Как по команде, мы подскочили вверх, цепляясь за обломки бетонных конструкций, Весельчак у одной стены тоннеля, я у другой. Из-под корней показалась острая морда с рядом выступающих резцов и крохотными, налитыми кровью глазками. Морда была покрыта слизью, обильно стекающей с обвисших щек. Тварь рыкнула и дернулась вперед, заметив нас. Агрессивная пакость была крупнее взрослой овчарки. Скребя по бетону когтями, она шустро выползла из-под корней, за ней тянулась толстая розовая кишка. Неожиданно резво создание подпрыгнуло, зубы лязгнули, едва не отхватив кусок от моего ботинка.

– Наверх! – крикнул Весельчак, будто я и без него не догадался.

Убивать это существо сейчас крайне не рекомендовалось. Мы столкнулись с Крысиным королем. Смысл в названии был такой же, как и до катастрофы, только слегка наоборот. Сейчас Крысиный король не был сотней крыс, сросшихся хвостами и спинами в процессе жизни. В нынешнее время при размножении самка выдавливала из себя ком слизи, соединенный с ней пуповиной. Все, что жрала она, доставалось и детенышам. Когда ком созревал, из него выходило с полсотни таких тварей, которые расползались кто куда. Не знаю, что они там делали с частями тел, которыми были соединены, перегрызали наверное. Если крыса только отложила потомство, то нечего не будет. Но если крысы «созрели», то, убив мамашу, мы получим ораву агрессивных и желающих расправиться с обидчиками «деток». Пуповина не бывает очень длинной, метров десять, может, немногим больше, так что от Крысиного короля проще убежать.

Я поднялся чуть выше, забрасывая ноги на арматурную бахрому. Чертова крыса, явно не желая оставаться без добычи, подпрыгнула и повисла, вцепившись в арматуру зубами. Мне послышалось, как скрипит металл под давлением резцов. От нашего веса хлипкое железо прогнулось еще больше. Я почувствовал, что заваливаюсь на спину, и еще сильнее вцепился пальцами в бетон.

Весельчак уже выбрался наверх и стоял у провала, целясь в тварь из автомата, но не стрелял, оставив выстрел для крайнего случая. Я покосился за спину и увидел, как крыса перебирает лапами, подтягиваясь ко мне. Челюсти распахнуты, по острым зубам стекает розовая слизь. Пуповина за ее спиной натянулась, как струна, но это не останавливало мутанта. Корни на другом конце шевелились, из-под них высовывались морды поменьше, заинтересованные – чем это тут занимается мамаша. Сбывались худшие ожидания – выводок был достаточно взрослым, чтобы схарчить нас вместе с оружием и одеждой.

Крыса дернулась вперед, резцы лязгнули по арматуре там, где мгновение назад была моя нога. Я пнул крысу ногой в морду, надеясь сбить на пол. И вдруг случилось неожиданное – голова Крысиного короля взорвалась, разбрызгав вокруг веер красных брызг. Остатки челюсти так и остались висеть на арматуре. Обезглавленное тело на секунду зависло, по инерции хватаясь лапами за бетон, и рухнуло вниз. Черный поток подхватил тело и поволок, но натянувшаяся пуповина удерживала его, вытаскивая наружу все гнездо, скрытое под корнями. Стена растительности зашевелилась, пошла волнами. Каждую секунду новый голос присоединялся к общему визгу. Сумки со спорами заходили ходуном, когда что-то стало прорываться сквозь корни.

Мысленно чертыхнувшись, я стал шустро перебирать руками и ногами, выбираясь из опасного тоннеля, теперь стало не до осторожности. Детеныши твари, побольше и поменьше, прорывались сквозь занавеску из корней. Некоторые ползли медленно, другие выстреливали, словно пули, оставляя после себя дырки. Несколько уже качалось на арматуринах, карабкаясь вверх к вожделенной добыче. Повиснув на одной руке, я выпустил короткую очередь, сбивая наиболее ретивых. От моих движений арматура закачалась, заскрипела под весом тела. Оружие вильнуло, пули ушли в сторону, высекая искры из бетона. Эх, лишь бы не задеть корень, не попасть шальным рикошетом в растение – взрыв мешка со спорами в таком узком пространстве означал стопроцентную смерть.

Подскочивший Весельчак вцепился в мою руку и потянул вверх. Подземный колодец уже кишел тварями. Некоторые соскальзывали и исчезали в воде, а из-за корней выскакивали новые и новые. Я поднялся на ноги, попутно пинком отправив вниз не в меру резвую тварь, но на смену ей поднимались еще пятеро. Они были не в пример быстрее своей мамаши, видимо, сказывался меньший вес и неуемный голод.

– Бежим! – Весельчак уже успел оглядеться наверху и проложил нам маршрут.

Я побежал за ним. Не считая проржавевших остовов пары «УАЗов» и самосвала, двор был пуст. На плотной, потрескавшейся земле еще кое-где виднелись крохотные островки асфальта и куски бетона, выкрошившиеся из стен. Здесь были и непонятные черные полоски, похожие на сажу от сгоревшей бумаги. Они устилали весь двор, иногда свалявшись в целые кучи. Сквозь эти непонятные образования из земли уже пробивалась молодая поросль и неровные пучки травы. Еще пара дней, и двор станет полностью непроходим. По периметру двора росло несколько деревьев. Кривые, они все изгибались наружу, от центра двора, словно старались отдалиться от чего-то. У нужного нам здания росло самое большое дерево. Огромный узловатый ствол согнулся на уровне пары метров над землей и врезался в стену. Точнее, раньше там была стена. Ствол, разделяясь на пяток толстенных ветвей, направленных параллельно, проломил стены, выворотил оконные проемы и разрушил перекрытия с обратной стороны, почти полностью уничтожив угол дома. Теперь с обратной стороны торчали ветки, растопыренные во все стороны. А на площадке, из которой они вырастали, лежала бетонная плита, помятая и почти раздавленная. Корни именно этого дерева разворотили тоннель и дали устроить гнездышко Крысиному королю, как раз подходящее место – темное, влажное, сырое, и пища иногда приходит сама.