Весь Роберт Джордан в одном томе - Роберт Джордан

Он ахнул. И.., она могла чувствовать его эмоции, и его боль, как если бы они были ее собственные. И, в свою очередь, она знала, что он мог чувствовать истинность ее слов.

Перрин открыл глаза и глубоко вздохнул. Он плакал. Плачут ли спящие люди, когда видят обычные сны?

- Хвала Свету, - сказала Фэйли. Когда он открыл глаза, то увидел ее и кого-то еще, стоявших на коленях рядом с ним. Масури?

Айз Седай схватила голову Перрина руками, и он почувствовал ледяной холод Исцеления по всему телу. Раны на его ноге и поперек груди затянулись.

- Мы пытались Исцелять тебя, пока ты спал, - сказала Фэйли, баюкая голову Перрина на своих коленях. - Но Эдарра остановила нас.

- Нельзя так делать. Да и не сработало бы, в любом случае. - Это был голос Хранительницы Мудрости. Перрин мог слышать ее где-то в палатке. Он заморгал. Он лежал на своей койке. Снаружи было темно.

- Прошло больше часа, - сказал он. - Вы уже должны были уйти.

- Тише, - ответила Фэйли. - Переходные врата снова заработали, и почти все Переместились. Остались только несколько тысяч солдат - Айил и двуреченцы, в основном. Думаешь, они могли уйти, думаешь, я могла бы уйти без тебя?

Он сел, вытирая лоб. Тот был влажным от пота. Он попытался заставить его исчезнуть, как в волчьем сне. Разумеется, безуспешно. Эдарра стояла у дальней стены за его спиной. Она смотрела на него оценивающим взглядом.

Он повернулся к Фэйли.

- Мы должны уходить, - сказал хриплым голосом. - Губитель не стал бы работать в одиночку. Тут будет ловушка, может быть, армия. Кто-нибудь с армией. Они могут попытаться нанести удар в любой момент.

- Ты можешь встать? - спросила Фэйли.

- Да.

Он чувствовал слабость, но справился с помощью Фэйли. Зашуршала откидная дверь, и вошла Чиад, несущая кожаный мех с водой. Перрин с благодарностью принял его и начал пить. Это утолило его жажду, но боль все еще горела внутри него.

Прыгун...Он опустил мех с водой. В волчьем сне смерть была окончательной. Куда могла пойти душа Прыгуна?

"Я должен продолжать двигаться вперед, - подумал Перрин. - Увидеть, что мои люди в безопасности." Он подошел к выходу из палатки. Его ноги становились более твердыми.

- Я вижу твою скорбь, муж мой, - сказала Фэйли, идя рядом с ним и держа его за руку. - Что случилось?

- Я потерял друга, - тихо ответил Перрин. - Во второй раз.

- Прыгуна? - От нее пахло страхом.

- Да.

- Ох, Перрин, мне очень жаль. - Ее голос был полон нежности, когда они вышли из палатки. Она одиноко стояла на лугу, который когда-то занимали его войска. Коричневая и зеленая трава все еще хранила отпечатки от палаток, дорожки, вытоптанные до грязи, образовывали крестообразный узор. Это походило на макет города, здания объединялись в кварталы, разделявшие их линии превращались в мостовые. Но теперь, в отсутствие людей, тут было практически пусто.

Грохочущее небо было темным. Чиад зажгла лампу, чтобы осветить траву перед ними. Несколько отрядов солдат ожидали. Девы вскинули свои копья, когда увидели его, а затем ударили ими по щитам. В знак одобрения.

Дуреченцы тоже были там, собираясь вокруг как только прошел слух. Сколь многое они понимали из того, что он сделал сегодня вечером? Двуреченцы приветствовали его, и Перрин кивнул им, чувствуя себя, однако, как на иголках.Тут все еще оставалась неправильность, витая в воздухе. Он предполагал, что ее вызывал Шип Снов, но, очевидно, ошибся. Воздух пах как Запустение.

Аша'маны стояли там, где раньше находился центр лагеря. Они повернулись, когда Перрин подошел, и отсалютовали ему, прижав руки к груди. Кажется, они были в хорошей форме, несмотря на то, что Переместили практически весь лагерь совсем недавно.

- Вытаскивайте нас отсюда, парни, - сказал им Перрин. - Я не хочу задерживаться ни на минуту в этом месте.

- Да, милорд, - ответил Грэйди с нетерпением в голосе. Сосредоточенность отразилась на его лице, и небольшие переходные врата открылись рядом с ним.

- Вперед, - сказал Перрин, махнув двуреченцам. Они преодолели врата быстрым шагом. Девы и Гаул ожидали с Перрином, как и Илайас.

"Свет, - думал Перрин, изучая поле, где они стали лагерем. - Я чувствую себя как мышь под пристальным взглядом ястреба."

- Я так полагаю, что ты мог бы создать для нас какой-нибудь свет, - обратился Перрин к Неалду, стоявшему рядом с вратами.

Аша'ман склонил голову, и около него появилась группа светящихся шаров. Они молниями разлетелись по всему лугу.

Они ничего не высветили. Только покинутый лагерь. Наконец, последние из войск прошли колонной сквозь переход. Перрин и Фэйли пересекли врата, Гаул, Илайас и Девы последовали за ними. Последними оставили это место Аша'маны, ушедшие вместе.

Воздух по другую сторону врат был прохладным и освежающе чисто пах. Перрин даже не представлял, как сильно запах зла беспокоил его. Он глубоко вдохнул. Они находились на возвышенности недалеко от россыпи огней около реки, которые, вероятно, обозначали Беломостье.

Его войска приветствовали его, когда он шагнул сквозь врата. Большой лагерь уже был практически развернут, стража стояла на своих постах. Переход вел на широкую площадку, отмеченную столбами точно по краям.

Они вырвались. Цена была велика, но они вырвались.

Грендаль откинулась на спинку стула. Кожаная подушка внизу была обита молодым каллиром, особи в эту Эпоху, жили только в Шаре. Она едва обратила внимание на роскошь.

Слуга – единственный, которого дал ей на время Моридин – стоял преклонив одно колено перед ней. Глаза его были живыми, и только наполовину опущены. Этот был под контролем, но не полностью. Он знал, что он уникален.

Кроме того, он, казалось, знал, что его отказ может обернуться против Грендаль. Грендаль не потела. Она была слишком сконцентрирована для этого. Жалюзи на широком окне, красные в кирпичной комнате внезапно распахнулись, холодный морской ветер пронесся по комнате, и задул несколько ламп. Щупальца дыма поднялись с их фителей.

Она не может проиграть.

"В любом случае, пустите в ход ловушку", отдала приказ она.

"Но - " сказал слуга.

"Сделай это, и не говорю никому из избранных об этом, собака."

Слуга опустил глаза, хотя в них по прежнему были мятежные искры.

Неважно. У нее все еще был один инструмент в запасе, тот, который она так аккуратно разместила. Тот, который она приготовила