Весь Роберт Джордан в одном томе - Роберт Джордан

Оно упало. Голам позволил поймать себя и теперь плавно отступал. Как только оно встало на ноги, Мэт полоснул ашандареем по ногам. Он ловко рассек сухожилия твари, и если бы оно было человеком, то рухнуло бы вниз. Вместо этого, оно приземлилось, даже не морщась от боли, и из раны не сочилась кровь.

Он крутанулся и бросился на Мэта замахнувшись когтями. Мэт был вынужден отскочить назад, размахивая ашандареем, чтобы удержать его на расстоянии. Тварь улыбнулась ему.

После чего, как ни странно, Голам развернулся и побежал.

Проклятье. Что-же отпугнуло это? Но нет, он не убегал, эта тварь направилась к его людям!

"Вернись!" закричал Мэт ему. "Назад! Чтоб ты сгорел, кровавое чудище. Я здесь! Дерись со мной!"

Члены отряда рассеялись, выполняя его приказ, хотя Талманесс вернулся обратно, с мрачным выражением на лице. Голам засмеялся, но не бросился за солдатами. Вместо этого существо, бросился к ближайшему фонарю, и погасило его. Оно побежало по кругу гася фонари и погружая улицу в мрак.

Кровь и пепел! Мэт погнался за существом. Если ему удастся погасить все фонари, то темнота окутает его. Мэту придется бороться с ним, не видя его!

Талманес, пренебрегая своей безопасностью, прыгнул вперед, защищая фонарь. И побежал вниз по улице, на которой Мэт преследовал проклятую тварь.

Мэт бежал за ними, Талманес был хорошим бегуном, но голам был так быстр. Он почти догнал его, и дворянин бросился в сторону, стремясь достичь ближайшего здания. Монстр бросился за ним, но Талманес обернулся, в то время как Мэт подбежал, к тому месту.

Фонарь в руках Талманеса открылся и горящее масло из него выплеснулось на здание. Сухое дерево моментально загорелось, языки пламени побежали по маслу из лампы, освещая голама. Оно бросилось к Талманесу.

Мэт бросил в него ашандарей.

Копье с широким лезвием не было предназначено для метания, но у Мэта не было ножа под рукой. Он целился в голову голама. Но знал, что не попадет. К счастью, оружие ушло вниз, и проскользнуло между ног голама.

Монстр споткнулся, глухо упав на брусчатку. Это позволило Талманесу выиграть немного времени, и он смог отбежать от уже пылающего здания.

Спасибо моей удаче, подумал Мэт.

Голам встал и продолжил было преследовать Талманеса, но взгляд его упал на то, что опрокинуло его. Тварь посмотрела на Мэта с грязной ухмылкой, половина ее лица озарялась светом горящего здания. Тварь подняла Ашандарей Мэта и резко отбросила оружие прочь - так как медальон с лисьими головами, был все еще привязан к лезвию. Ашандарей попутно разбив окно, влетел в горящее здание. Свет зажегся в домах, как будто жившие там люди, только теперь заметили борьбу, происходящую поблизости. Талманес и Мэт, встретились глазами. Кайрииэнец бросился к двери горящего здания и ворвался вовнутрь. Голам повернулся к Мэту, освещенному растущими языками пламени. Они сверкали быстро, и сердце Мэта колотилось в такт им, поскольку существо приближалось, неестественно быстро. Мэт засунул потные руки в карманы своей куртки. И прямо перед тем, как голам добрался своими руками до его шеи, Мэт вынул руки и держа что-то каждой рукой, и хлопнул этими предметами по ладоням голама. В воздухе послышалось шипение, как будто мясо положили на раскаленную сковороду, и голам завизжал от боли. Тварь запнулась, смотря на Мэта широко раскрытыми глазами.

Он держал, по одному лисьему медальону в каждой руке.

Он отпустил их раскручивая, каждый был на толстой длинной цепочке. Медальоны отразили свет фонаря и как будто запылали, Мэт начал хлестать ими голама, ударил его по руке.

Существо выло, отступая еще на шаг. "Почему?" кричало оно. "Как!"

"Я знаю, что это нечестно." Илэйн сказала, что ее копии, были несовершенны, но они, казалось делали свое дело хорошо. До тех пор, пока голаму больно, его не заботили другие способности медальонов. Мэт усмехнулся, бросая в него второй медальон. "Мне просто повезло."

Голам зыркнул на него, затем бросился по ступенькам в сторону горящего здания. Существо помчалось внутрь, похоже в надежде уйти. Но Мэт не собирался позволить ему сбежать. Не в этот раз. Он преследовал существо вверх по ступенькам и нырнул в горящий проём, вытягивая руку, чтобы схватить ашандарей, кинутый Талманесом из бокового прохода

Мэт поймал оружие, оставляя медальоны обёрнутые вокруг предплечий. Голам крутнулся к нему, зал уже горел, жар от стен и потолка был удушающим. Дым стелился по полу. Талманес кашлянул, прижимая платок к лицу.

Голам, атакуя с рыком бросился на Мэта. Мэт встретил зверя посредине широкого зала, выставив ашандарей так, чтобы блокировать похожие на когти, руки голама. Древко ашандарея, побывавшее в огне, дымилось. За ним тянулся шлейф дыма.

Он атаковал изо всех сил, крутя ашандарей, древко которого оставляло дымные спирали вокруг него. Голам попробовал напасть, но Мэт перехватил ашандарей одной рукой, а второй бросил один из медальонов, как нож, ударив существо в лицо. Оно завыло и отпрянуло, с обожженной и дымящейся мордой. Мэт сделал шаг вперёд, прижав медальон другим концом ашандарея к полу, а затем вновь бросил его в существо.

Он кинулся вперёд, делая режущие движения ашандареем и несколько пальцев существа отлетели. Конечно оно не кровоточило и похоже не чувствовало боли от обычных ран, но это его несколько замедлит. Голам восстановился, шипя и глаза его были полны злости. Улыбка исчезла с морды. Оно прыгнуло, смазавших в движении, но Мэт крутнулся и разрезал кожаную рубаху существа, открыв его грудь. Потом хлестнул вторым медальоном в сторону, ударяя голама, дотянувшегося когтями до его руки, и срезавшего кусок кожи, так, что кровь оросила стену.

Мэт заворчал. Голам завыл и спотыкаясь бросился назад, в глубину горящего зала. Мэт потел от жары и от напряжения. Он не мог драться с этим существом. Не так долго. Это было не важно. Он двинулся вперёд, ашандарей вихрем крутился в руках. Он ударил плоской его частью, с медальном по голаму. Когда зверь оправился, кинул второй тому в морду, заставляя пригнуться. А затем пнул третий, так, чтобы попасть в шею. Ашандерей, вновь вращаемый двумя руками оставлял следы дыма в воздухе. Кончик оружия тлел и дымился. Мэт обнаружил, что орёт на Старом Наречии.

"Ал дивал, ал кисерай, ал маши!" Во имя света, славы и любви!

Голам отступил назад, рыча на огонь. Он обернулся через плечо, как бы заметив, что-то позади, но атакуемый Мэтом, опять сосредоточился на нем.

"Тай'Дашар!" Истинная Кровь Битвы!

Мэт гнал существо в сторону открытой двери в конце коридора. Внутри