Весь Роберт Джордан в одном томе - Роберт Джордан

поклонился в седле. Ванин потянул за край шляпы, сильнее напяливая ее на глаза. Он по-прежнему старался не смотреть в сторону Мэта. Так-так. Похоже, парень уже разболтал Талманесу всю подноготную Туон.

С рыком Мэт свесился с седла и подхватил свою шляпу с копья и вытянул ашандерей из земли. Он нахлобучил шляпу на голову. – «Мы были готовы двигаться дальше. Веди нас к своим парням, и посмотрим, поможет ли нам удача выбраться из Алтары, избежав Шончан, как помогала до сих пор».

«Нам встретилось множество Шончан», – заявил Талманес, повернув гнедого, чтобы ехать рядом с Типуном. – «Хотя, большей частью это были алтарцы. Похоже, они повсюду разбили свои лагеря. К счастью, мы не заметили ни одного из тех летающих существ, о которых все рассказывают. Но есть проблема, Мэт. Был обвал. Я потерял свой арьергард и несколько вьючных лошадей обоза. А перевал теперь прочно и наглухо заблокирован, Мэт. Я отправил троих парней через скалы с приказом Отряду отправляться в Андор. Один сломал шею, второй – ногу».

Мэт придержал Типуна. – «Как я подозреваю, это была та самая тропа, о которой говорил Ванин?»

Талманес кивнул, а Ванин, не дожидаясь возможного продолжения, добавил из-за спины: «Чертовски верно – была. И тут в Дамонских горах проклятые тропы не растут на деревьях». – Ему всегда было наплевать на титулы.

«Значит, тебе придется отыскать другой путь», – сказал ему Мэт. – «Я слышал, ты можешь даже в полночь с завязанными глазами найти дорогу. Это задание для тебя легче легкого». – Немного лести не повредит. Кроме того, он и в самом деле слышал о парне нечто подобное.

Ванин издал звук, словно проглотил язык. – «Другой путь?» – пробурчал он. – «Этот человек говорит мне – найди другой путь. Да невозможно так вот запросто найти другой путь в новых горах, вроде Дамонских. Почему, ты думаешь, я знаю только про этот?» – Он был так потрясен, что слегка проговорился. До этого момента он настаивал на том, что всего лишь слышал о том, что подобная тропа имеется.

«О чем это ты?» – спросил Мэт, и Ванин пояснил. Для него довольно длинно.

«Однажды, мне это объяснила одна Айз Седай. Знаешь, есть старые горы, которые существовали еще до Разлома, и возможно даже находились на дне моря. В них есть много проходов на всем протяжении – широких и надежных. В таких горах ты можешь спокойно ехать прямо, пока можешь держать направление и у тебя хватает припасов. Рано или поздно, ты доберешься до выхода на другой стороне. А есть горы, которые появились во время Разлома». – Толстяк повернул голову и смачно сплюнул. – «В них проходы узкие, извилистые, и иногда их вообще нельзя называть проходами. Поезжай в один из них, и ты будешь блуждать в нем в поисках выхода, пока у тебя не кончится пища и вода. Если разведанная тропа разрушена, то это сильно повредит многим людям, которые занимаются тем, что ты назвал бы беспошлинной торговлей. И погибнет еще много людей, пока не найдут новую пригодную тропу. Даже если бы мы пошли в Дамонские горы по той старой тропе, и то сильно рисковали бы и могли умереть. Если пропустить нужный поворот, то можно забрести туда, откуда нет выхода».

Мэт обернулся, оглядев Туон, Айз Седай, Олвера. Их жизнь и безопасность зависела от его решения, но безопасной дороги из Алтары больше не существовало. – «Едем», – сказал он. – «Я должен подумать». Ему нужно было чертовски серьезно подумать о том, чего он стоил на самом деле.

Глава 26

Если бы Мир был туманом

Игрушка задал быстрый темп по лесу, но Туон постаралась держаться прямо за ним. Селусия конечно же ехала рядом, поэтому они могли слышать, о чем он беседует с Талманесом. Ее мысли смешались из-за услышанного ранее, мешая подслушивать. Стало быть, он рос вместе с Драконом Возрожденным, не так ли? И он еще отрицал, что знает о нем хоть что-то! Это была единственная ложь, в которой она не смогла его уличить, а она могла распознать – где ложь, где правда. В Синдаре ложь, не выявленная ложь может или убить, или отправить на площадь для продажи. Если бы она знала о его уловке раньше, то вместо разрешения ее поцеловать он бы заработал пощечину. А теперь она была в шоке, от которого до сих пор не сумела оправиться. Селусия рассказывала, каково это быть поцелованной мужчиной, но действительность заставила побледнеть все описания другой женщины. Нет, ей нужно слушать дальше.

«Ты оставил за главного Эстиати?» – завопил Игрушка, так громко, что вспугнул стайку серых голубей, которые шумно вспорхнули из подлеска с жалобным курлыканьем. – «Он же осел!»

«Он не настолько глуп, чтобы не прислушиваться к мнению Дайрида». – спокойно парировал Талманес. Он не был похож на человека, который сильно беспокоится. Он внимательно поглядывал по сторонам, постоянно вращая головой. С не меньшей частотой он поглядывал и в небо. Он только слышал про ракенов, но все равно следил, нет ли их в небе. Он говорил еще быстрее и невнятнее Игрушки, и за его словами было очень трудно уследить. Эти люди всегда говорили так быстро! – «Карломин и Реймон – не дураки, Мэт. По крайней мере, Реймон дурак только время от времени, но при этом они не станут слушать советы от простолюдина, несмотря на то, что он знает о войне больше, чем они вместе взятые. А Эдорион станет, но я хотел оставить его при себе».

Этот символ в виде красной руки, который носил Талманес, был весьма интригующим. И даже больше. Куда больше. Значит, он из древнего и славного рода, не так ли? Но Игрушка тоже. Он помнит лицо Ястребиного Крыла. Это казалось абсолютно невозможным, но все же все его попытки отвертеться были столь же ясно лживы, как пятна на леопарде. Возможно ли, что Красная Рука – герб Игрушки? Но если это так, то что же на счет его кольца? Она чуть не упала в обморок, когда увидела его впервые. Хорошо, она была настолько близка к этому, как никогда с детства.

«Скоро это изменится, Талманес», – прорычал Игрушка. – «Я слишком долго не обращал на это внимания. Если Реймон и остальные теперь командуют знаменами, то это превращает их в Генералов Знамени. А