Доминион. Воссоединение - Игорь Марченко

— Эта игра обошлась нам слишком дорого. А сколько еще погибнет? — сузив глаза, яростно прошептал Стэн. — Я найду подставившую нас скотину и прикончу ее…

— Мертвым это не поможет. Думаешь, после такого ляпа она еще жива? Разделяю твое желание отомстить, но… — Я осекся, потому что чувство опасности буквально взвыло на всю катушку.

С хрустом костей один из солдат был отброшен в сторону, успев вскрикнуть, прежде чем захлебнуться собственной кровью. Еще двоих отбросило далеко в заросли — невидимая сила смела их, словно пушинки. Вокруг нас с отвратительными чавкающими звуками умирали легионеры и полицейские, не понимая, что происходит.

— Засада! — вскидывая автомат, закричал Стэн. — В круговую оборону…

Я в перекате ушел в сторону, наблюдая, как трава в том месте, где я только что сидел, вскипела и обуглилась. Непонятные силы сминали людей, как марионеток, ломая кости. Без видимых причин солдаты умирали в страшных тисках смерти, пока оставшиеся в живых стреляли во все стороны. Успев на мгновение перехватить чужую мыслепередачу, я коснулся холодного разума, который мог принадлежать только одним существам на свете. Деревья с хрустом валились, срезанные нашими залпами, в зарослях рвались снаряды, но все тщетно. Солдаты продолжали погибать, невидимая смерть выкашивала всех без разбора.

Перекатившись в небольшое углубление, я быстро пополз к ручью, который журчал в двадцати метрах от нас. За ним протянулся овраг, там можно было скрыться. Обернувшись, я увидел, что Стэн ползет за мной. Отступление было наиболее разумным решением, тем более что в живых остались только я и он. Все остальные уже полегли, и спасать было некого.

Стэн ухватил меня за щиколотку и дернул. Я резко обернулся. Мне не хотелось тратить время на болтовню.

— Знаю, что это глупость, но… я не могу бросить их… живых или мертвых. Я возвращаюсь…

Посмотрев в его расширенные зрачки, я прочитал в них холодную решимость. Он не шутил.

— Ты умрешь, не будь дураком! Им ничем не поможешь.

— Мы все умрем когда-нибудь, дружище. А я захвачу с собой парочку подонков. Выиграю тебе немного времени, а ты доведи дело до конца и закончи то, что начал, Ингвар! Тут я тебе больше не помощник. Ты ведь и сам когда-то смело шел в бой, когда нужно было все бросить и бежать без оглядки. Не подведи меня.

Развернувшись, он пополз обратно.

Остановить человека, сделавшего свой выбор, мне было не под силу. Я не мог принять его сторону и последовать за ним. Когда-то смог бы, но только не сейчас. Меня даже не сильно удивило, что он знает мое настоящее имя, которое на этой планете знал только Мэрчент. На Эпилоне у меня навсегда отбили охоту совершать глупые поступки, противоречащие закону выживания. Слишком многое мне предстояло сделать, чтобы умереть так просто.

Я короткими перебежками почти достиг оврага, когда прямо передо мной буквально из воздуха материализовался громила в спецкамуфляже «МАС-SOG». Его руки с чудовищной силой вздернули меня высоко в воздух, крепко сжав горло. Я тщетно старался освободиться от смертоносного захвата. Пот едкими струйками заливал глаза под шлемом. Нащупав свободной рукой у себя за поясом нож Блатова, я выдернул его из ножен.

— Не трепыхайся. Лучше скажи спасибо, что тебя выбрали пленным и ты еще не покойник! прошипел на ухо знакомый голос. — Тебе хотят задать пару вопросов…

Скосив глаза, я чуть не вскрикнул от удивления, но мощные руки так стиснули горло, что я не смог бы вымолвить ни единого звука, даже если бы очень захотел. Меня держал мой старый товарищ по Эпилону — Эндрю Брас. Глаза чернокожего Эндрю пылали такой нечеловеческой яростью и ненавистью, что мне сделалось жутко. Я ударил его ножом под ребра, но острие соскользнуло с бронежилета и застряло меж ремней. Подтянув ноги, я уперся ими в его грудь и с невероятным усилием стал отталкиваться, ощущая острую нехватку воздуха и звон в ушах. Суставы хрустели, а глаза застилала кровавая пелена. Я высвободил нож и попытался полоснуть его по горлу. Он презрительно отшвырнул меня в сторону.

— Брось свою зубочистку, ничтожество, ты проиграл, — без всяких эмоций сказал Брас, разминая руки, как перед нашими тренировками на татами. — Ну же…

— Это же я… лейтенант Грин. Ты меня не узнаешь? — прохрипел я, скинув шлем и выставив перед собой нож. — Это Ингвар. Ты помнишь лайнер «Пакс Магеланик» и прилет на Эпилон?

На секунду его глаза зацепились за мое лицо, но ни один мускул не дрогнул, лишь голова еле заметно дернулась, как от пощечины. Глаза сузились, а тело напряглось, как перед прыжком.

— Сдавайся. Тогда я не стану марать об тебя руки.

— Эндрю, это же я, твой друг, Ингвар Грин, черт тебя дери! Что они с тобой сделали?

Я изо всех сил сжал рукоять ножа. В его белесых глазах без зрачков я видел лишь неприкрытое желание убивать, но приказ сдерживал его.

— Мне плевать, кто ты. Если ты не бросишь нож, мне придется сломать тебе руку.

— Будь проклят тот, кто сделал это с тобой, — прорычал я и взял нож так, как учил мастер по холодному оружию Хирохито Асока.

Потом перебросил нож в другую руку и нанес ему неуловимый и сокрушительный удар снизу вверх, метя в живот. Попади я в цель, острие вошло бы под нижний край бронежилета, проткнуло диафрагму и поразило сердце. Но Брас ударил левым кулаком мне по запястью руки, сжимающей нож, а потом мощным ударом правого локтя попытался проломить висок. Я знал этот контрприем и успел увернуться. Брас хладнокровно наносил резкие удары руками и ногами, стараясь попасть в шоковые точки. Мы оба служили в одной конторе, и его действия мне были известны наперед. Я пытался нащупать мозг Браса, но его мысли были надежно укрыты ментальным шитом, а лицо не выражало совершенно никаких эмоций. Не похоже, что он устал, чего нельзя было сказать обо мне. Однозначно он пытался меня вымотать, прежде чем нанести один быстрый, но смертельный удар. Забавно. В этом ударе был и мой единственный шанс на спасение.

Изображая упадок сил, я внимательно следил за его выпадами и тоже выжидал, расставив свою ловушку. Теперь все зависело от того, кто первым обхитрит противника и исполнит задуманное. Проведя скупую серию смертоносных приемов, незаметным для глаза движением он распрямился, как пружина, и нанес сокрушительный удар носком сапога мне в живот. Я увернулся и вполоборота изо всех сил ударил его ребром ладони по переносице. Она с чавкающим звуком и хрустом прогнулась, но устояла, иначе кусок кости, пробив мозг, мгновенно умертвил бы его. Брас, закачавшись, потерял ориентацию в пространстве. Не тратя времени даром, я мгновенно ударил по открытому горлу ножом, который так и сжимал в левой руке. И с удивлением ощутил, как лезвие вошло словно в твердый пластилин, оставив зарубку на горле Браса. Оттуда не вытекло ни единой капли крови. Рана была смертельной для любого другого человека, но для Браса оказалась не страшнее царапины, и я понял, что обычным оружием его не достать. Я потерял несколько драгоценных минут. В любой момент стоило ждать появления его людей из команды «Альфа».  

Брас извлек из ножен узкий нож SOG, такой же, как и у меня, за исключением дымчатого лезвия и мелких зубчиков по типу пилы. Я знал, что если хоть один его фрагмент попадет в тело, наступит мгновенная смерть от действия ядовитых нейротоксинов, парализующих работу сердца. Всего одна царапина — и за твою жизнь никто не даст и ломаного риала.

— Теперь мне придется отрезать тебе уши! — зловеще пообещал Брас и шагнул вперед.

Сконцентрировав взгляд в одной точке, я направил в нее всю скопившуюся ярость, ощутив, как глазницы стали горячими. Под его камуфляжем что-то заискрило и полыхнуло, обволакивая фигуру Браса огненным смерчем. Его боезапас сдетонировал, выдрав из спины приличных размеров кусок мяса и осколки костей. Огненная фигура по-прежнему была жива, когда псионический щит, питаемый от скрытых батарей, отключился. Мозг лишился зашиты, и я послал смертельный импульс, заблокировав моторные функции и перекрыв кровоток к его головному мозгу. Брас утратил возможность дышать, двигаться, видеть, слышать и говорить. Последний холодящий душу хрип сорвался с его губ. Я даже разобрал слово, которое он прошептал: «Ингвар».

Я подхватил с земли его оружие и помчался в сторону, противоположную поляне, где давно уже никто не кричал и не стрелял. На бегу стер кулаком навернувшиеся на глаза слезы горечи и бессилия. Эндрю Браса там не было. Это был не он, а тварь, поработившая его тело, но не душу!

Два больших камня, заменяющих Калипсо полноценные луны, поднялись в звездное небо и тускло освещали холмы. Это довольно редкое зрелище. Обычно они появлялись по очереди — один на рассвете, другой на закате, и только раз в несколько лет ненадолго гуляли парочкой.

«Хороший знак», — подумал я.

Преследователи упрямо гнали меня в полную неизвестность, в глубь незнакомой местности, где не было цивилизации. На хвосте сидело трое следопытов, которые все время держали меня в гнетущем напряжении, не давая возможности передохнуть. Если и был шанс справиться с одним из них, то с тройкой не было ни одного. Так они могли гнать меня до Судного дня, если от них не оторваться и срочно что-то не придумать.