Меньше, чем смерть - Наталья Шегало

Заходя на финишную позицию, Сова не удержалась и мстительно сшибла ни в чем не повинную антенну. Диспетчер перенес эту утрату со смирением великомученика и не проронил ни слова. Зато на финише ей достался отдаленный тридцать второй причал, откуда до здания штаба было тащиться в два раза дольше, чем обычно, и это без всяких слов свидетельствовало об отношении диспетчера к ее выходке.

Бросив короткий взгляд на вошедшую Сову, Магистр с удовольствием отметил, что любой характер поддается умеренной дрессировке. Даже такой упрямый, как у нее. Года три назад она влетела бы в кабинет, как на сцену: с драматичными жестами и отрепетированным монологом о праве человека на отдых. Трехлетний срок оказался вполне достаточным, чтобы понять: театральные способности подчиненных начальству не интересны. Так что сегодняшняя Сова – Сова на службе, не чета вчерашней разгильдяйке, а собранная и подтянутая, облаченная в серую форму Ордена и оттого похожая на курсанта-новобранца, вошла спокойно, козырнула без позерства, уселась молчком, куда было указано, и даже легкую обреченность во взгляде продемонстрировала больше по старой памяти, ради поддержания имиджа страдалицы, лишенной половины отпуска. Магистр сделал вид, что он страшно занят. Сова сделала вид, что она страшно огорчена.

Ей не часто приходилось получать приказы лично от главы Ордена. Единственной причиной, по которой Магистр приглашал сотрудника к себе в кабинет, была лишь важность поручаемого дела. Если подчиненному довелось выслушать распоряжение верховного главнокомандующего от него самого, это означало только одно: дело находится под личным контролем Магистра, исполнители утверждаются им же.

Вводная была краткой: ей приказали отправиться в подчинение полковника Мезозойского (Сова с трудом удержалась от неуместной улыбки), дабы формально выполнять при нем обязанности помощника. На самом же деле следовало установить связь по телепатическому каналу с Командором и вести скрытую координацию действий полковника и специалистов Ордена во время переговоров о выдаче заложников. Командору надлежало остаться на центральной базе в качестве живого передатчика, Сове – немедленно прибыть на военный борт номер такой-то для отправки на Тонатос. Сова козырнула и кинулась назад, в порт.

Однако с налета попасть на военный крейсер не удалось: пропускные системы Ордена с биометрической идентификацией недолюбливали Сову еще больше, чем «домовые» дорогих гостиниц Киферона. Как биологический объект они ее воспринимать отказывались, начисто отрицая наличие нормального человеческого биополя, а энцефалограмма мозга традиционно выдавала враждебные намерения владелицы до злого умысла включительно. Биометрия, конечно, не ошибалась. Пришлось ждать у внешнего люка, пока дежурный по кораблю лично убедится в правоте техники и разрешит старшему лейтенанту Лаэрте Эвери подняться на борт. Несмотря на физические аномалии.

Старший лейтенант Лаэрта Эвери презрительно покосилась на левое плечо. Нет, новые погоны совсем не радовали. Особым шиком в Ордене считались как раз старые, потрепанные, выгоревшие под лучами чужих солнц ветеранские погоны, безотносительно к числу звездочек на них. Ей же новые звездочки и новое звание достались в кабинете Магистра авансом, да и то лишь потому, что начальство сочло несолидным посылать на важные переговоры офицера с таким низким чином, как у нее.

На борту оказалось, что надобности в «немедленном прибытии» не было никакой. Старт крейсера был назначен лишь через пару часов. Пришествие полковника Мезозойского задерживалось. В поисках, чем бы себя занять, Сова отправилась в истребительный отсек, чтобы лично проконтролировать, как техническая служба погрузила на борт крейсера ее «Водолей». Сейчас большинство отсеков пустовало – крейсер шел не на боевое задание, а налегке, оставив в порту две трети своих истребителей и все десантные боты. Но даже с таким неполным боекомплектом нечего было и думать о посадке в порту Тонатоса. В нейтральных пространствах Орден волен был ходить на любых судах, но в территориальную зону орбиты независимого государства надлежало попадать на гражданском корабле. Ничем не защищенные посадочные капсулы для этой миссии не годились. И предложение Совы прихватить в рейс «Водолей» было принято без возражений. Однако отсеки крейсера проектировались не под двухместный туристический корабль, и при старте судно могло пострадать. Сова лично проверила все крепления, нашла одно плохо затянутое и со скрытым удовольствием сделала выговор инженеру технической безопасности, компенсируя моральный вред, полученный ею сначала в кабинете Магистра, а потом и у внешнего люка крейсера.

Затем на правах первого завоевателя она заняла ближайшую к рубке просторную офицерскую каюту с удобным рабочим пространством и, чтобы скоротать ожидание, по давней штурманской привычке затребовала у базы данных Ордена информацию о планете, на которую ей предстояло ступить в ближайшие часы. С той лишь разницей, что теперь ее интересовали не навигационные данные. Кто-то из обслуживающего персонала, ошибочно приняв ее за высокое начальство, принес кофе. Резонно рассудив, что крейсер без полковника все равно никуда не полетит, Сова углубилась в секретный «путеводитель» по Тонатосу так, что пропустила не только прибытие на борт своего непосредственного начальства, но и старт крейсера.

Государство Тонатос было образовано сто двенадцать лет назад. До этого на планете земного типа, располагавшейся на пересечении нескольких важных торговых трасс, были лишь большой перевалочный грузовой порт да рудники по добыче делящихся материалов, в основном урана. Строить обогатительные заводы было дорого, поэтому дешевое сырье грузили на баржи и отправляли на экспорт. После опустошения небогатых недр и отравления атмосферы стартами грузовых судов планету ждала обычная судьба выпотрошенного мирка. Ее купил по дешевке какой-то банк, потом банк уступил за долги кому-то еще… В итоге цепочки сделок владельцем планеты стал некий гражданин Льюис Зелла, которого в реальности не существовало. И только через пятнадцать лет после окончательной продажи, когда Парламент Федерации получил официальное уведомление о создании нового государства Тонатос под управлением некоего лорда Симаргла, Орден нашел время проверить, кто и зачем приобрел никому не нужную недвижимость. Появление на политической карте независимого государства вызвало в Парламенте бурю негодования. В то время как крупнейшие миры, признавая выгоды интеграции, добровольно жертвовали своими правами ради общего блага, прямо под носом у федерального правительства вдруг вызрел и прорвался, как опасный нарыв, нагло демонстрируемый сепаратизм. И неизвестно, откуда взялась на планете верховная власть, архаичная, как кости земного динозавра. Собрав сведения о ней, эксперты обескураженно развели руками: на Тонатосе монархическая диктатура Открытие это имело только одно положительное следствие: Парламент углубился в изучение древних форм правления и посвятил им целых три заседания. Орден начал было готовить план вторжения, со дня на день ожидая резолюции Парламента, но тут разведка преподнесла еще один сюрприз. Наряд} с архаичной монархией на планете обнаружились и последние технические достижения современной цивилизации: мощнейший орбитальный щит против кораблей-чужаков и система противоракетной обороны.

Сова усмехнулась. Со стороны все акции Ордена казались триумфально успешными и вызывали уважительное благоговение. Но при взгляде изнутри выяснялось, что процент провалов, ошибок и просто откровенной глупости в Ордене был ничуть не ниже, чем у всего остального человечества. То, что ее код доступа позволял изучать неофициальную историю этих просчетов, должно было, наверно, внушать Сове чувство причастности к общему делу.

Она вернулась к изучению истории Тонатоса.

Официальной религией планеты было огнепоклонство. Оставалось только гадать, как после столетий религиозных войн и атеистических революций, после массовых истреблений неверных и охоты на сектантов, после всех этих метаний, исканий, просветлений и разочарований уцелела эта древняя вера – осколок религии, охватывавшей некогда половину старушки Земли. Да и уцелела ли она – или была заново выдумана теми, кто затосковал по божеству? Главой церкви огнепоклонников числился сам монарх.

Между тем личность правителя считалась скорее легендарной, чем реальной. И его символическое имя[2], и его почтенный возраст (по официальным данным он единолично правил планетой все эти сто двенадцать лет) давали основания криминологам Ордена настаивать на том, что под именем Симаргла, лорда Тонатоса, скрывается разветвленная преступная организация, давно опутавшая своей сетью старые миры Федерации. Тонатос был ее официальной резиденцией. Ее столицей, вотчиной и крепостью. Сервер центрального разведуправления Ордена выдал Сове ссылку на доклад криминалистов о деятельности этой организации со всеми ссылками и приложениями. Сова затребовала было вербального воспроизведения, но равнодушный голос вокализора способен был усыпить кого угодно. Тогда с немалой долей уныния она принялась читать, выхватывая начало и конец абзаца, пропуская строки, минуя страницы с графиками, словно торопясь добраться до неизвестной развязки этого скучного детектива. Однако неожиданно сюжет начал ее увлекать. Сухие фразы приобрели смысл. Из таблиц, испещренных цифрами, вдруг выплыла реальная картина сложившейся вокруг Тонатоса ситуации, и эта картина оказалась совсем не такой, какую Сова самоуверенно нарисовала в своем воображении.