Собор - Роман Злотников

На базу они приехали в шестом часу. Начиная от поворота на трехкилометровый аппендикс дороги, ведущей к базе от шоссе, все работало на создание имиджа школы. Мимо проезжавших проносились вкопанные на обочине каменные скульптурные изображения тотемных животных, вырезанные из дерева идолы, а у самых ворот стояли трехметровые статуи дружинников Святослава, в полном вооружении и кольчугах, с обнаженными мечами и в меховых плащах. Этакая звероподобная, боевая, седая старина. Иностранцы вертели головами, цокали языками и тыкали пальцами, бормоча что-то по-своему. Все было как обычно. Когда микроавтобус, в котором с трудом уместились все посетители, в том числе и мохнатые, въехал за ограду, Порфирий Исакович с гордостью раскрыл дверцу и отступил назад. Гости ахнули. С небольшого пригорка, у самой вершины которого было устроено что-то вроде святилища с идолами древних славянских богов, открывался изумительный вид. Стена дремучего леса сбегала к небольшому светлому озерцу. А у озера на обширной поляне в особых загонах с прозрачными стенами и вольерами, спроектированными под логовища и овражки, бегали собаки. У самого озера пятеро инструкторов, облаченные в расшитые рубахи и порты, картинно обменивались ударами мечей. Полированные лезвия сверкали на солнышке. Такие представления Порфирий Исакович требовал устраивать при каждом своем приезде на базу. Как только камера на съезде с шоссе фиксировала приближение машины, кто бы на ней ни ехал, инструкторы развивали бурную деятельность. Четырежды журналисты, оставившие машины метров за триста от ворот базы, пытались поймать какие-нибудь пикантные моменты, но все кончалось хвалебной статьей, в которой заявлялось, что на базе идет постоянная, неустанная работа над восстановлением и совершенствованием древнейшего вида национального, самобытного, исконно русского боевого искусства. Хозяин был абсолютно прав, когда заставил его завести на базе такие порядки.

— Мистер Сноурт выражает свое восхищение таким серьезным и продуманным подходом к столь благородному делу.

Порфирий Исакович с самодовольным видом указал на дом, служивший крытым спортзалом, офисом и складом:

— Пойдемте, подберем снаряжение и окончательно урегулируем все неясные вопросы.

После того как Порфирий Исакович заботливо спрятал чек в роскошное кожаное портмоне, они обменялись довольными улыбками и вышли на воздух. Порфирий Исакович, переполненный радужными перспективами, не удержался и воскликнул:

— Я думаю, для искусства Собора наступает время истинного возрождения!

Воины опять переглянулись. Этот обрюзгший, жадный, переполненный амбициями человек даже не подозревал, НАСКОЛЬКО он был прав.

8

Серая Смерть летел в Россию. Через неделю после последней драки его нашел здоровенный тип с длинными волосами, собранными сзади в хвост, и передал билет на самолет и деньги на дорогу.

— Я лечу с вами и позабочусь, чтобы не было проблем.

Зверь прыгнул и попытался высунуться сквозь зрачки, но Серая Смерть был наготове. И вот он в самолете. В памяти всплывали картины того, как он бежал по лесу, преследуемый тяжело нависшими черными тучами. Где-то сзади был могущественный волхв, впереди неизвестность, младший брат валялся мертвым, зажав в пасти клок кожи с руки волхва. Да, впереди была неизвестность и… тоска. Но о последней он еще тогда не знал. Это было сорок лет назад. С тех пор он прошел все континенты, десятки стран и сотни городов. С каждым разом он дрался все лучше, и противники просто гасли перед ним, как свечи на ветру. И вот он летел в Россию. Сосед, здоровенный мужик со стриженым затылком, повернулся к нему и, брезгливо морща нос, спросил, растягивая слова:

— Ты че, дядька, с помойки, что ль, вылез?

Зверь рванулся вперед, но Серая Смерть удержался — не здесь, не сейчас. Сосед, заметивший, как дернулось его тело, насмешливо искривил губы:

— Че ты дергаешься, фуфло, лучше б помылся перед полетом, несет от тебя…

Зверь рванулся, и Серая Смерть уже не смог, да и не захотел его удерживать. Сосед захрипел и начал судорожно сучить ногами. Но сопровождающий, сидевший в кресле через проход, вдруг повернулся и брызнул ему в лицо какого-то аэрозоля. Когда прошла резь в глазах, Серая Смерть почувствовал, как вокруг все стало каким-то замедленным, расплывчатым. Он обвел салон налитыми кровью глазами и потянул руку к сопровождающему. Тот испуганно надавил клапан еще несколько раз. Серая Смерть обмяк, однако кровавые глаза все так же неотрывно смотрели на сопровождающего. Парень украдкой перекрестился. Он был свидетелем, как одна десятая такой дозы препарата вырубала на несколько часов здоровенного мужика весом килограммов за сто. А этот полудохлик даже не до конца потерял сознание.

К моменту посадки самолета он извел уже два баллончика. Дважды за полет ему приходилось спасаться бегством, а стюарду и троим добровольным помощникам из числа пассажиров пришлось вызывать в Шереметьево «Скорую помощь».

У самолета их встретил наряд милиции и карета «скорой помощи» из психиатрической лечебницы. Но когда носилки с предварительно обработанным Серой Смертью приготовились загрузить в машину, откуда-то появилась еще одна «скорая помощь», и высокий мужчина с мелкими «акульими» зубами, предъявив старшему милицейского патруля какой-то документ, дал команду грузить носилки в нее. В машине «акула» расстегнул ремни и наклонился над носилками:

— Я знаю, что вы нестерпимо хотите кого-нибудь убить. Потерпите. Через два часа вы снова встретитесь со своим соседом по креслу.

Включив мигалку, они помчались в сторону Твери. Через полтора часа свернули с шоссе и, попетляв по прекрасно заасфальтированной, но узкой дороге, остановились у высоких двустворчатых ворот, перекрывавших дорогу. «Акула» переговорил по мобильнику, и ворота открылись. Они проехали еще около пяти километров. Серая Смерть призадумался, в его время такие поместья могли себе позволить только КГБ и Управление делами ЦК. Он почти пришел в норму, только голова немного кружилась. Потом дорога вильнула и выпрыгнула к дому. Дом, относительно размеров поместья, оказался небольшим, всего два этажа. Хозяин ждал его на пороге.

— Добрый день. — Он протянул руку, но Серая Смерть остался стоять, опустив руки.

«Акула» застыл, Серая Смерть понял, что тот тоже знает о НАСТОЯЩЕМ Соборе. Поскольку из него так и перло желание поставить Серую Смерть на место. Серая Смерть вновь сосредоточил внимание на хозяине:

— Что вы от меня хотите? Хозяин несколько минут разглядывал его, потом кивнул, будто соглашаясь с чьим-то мнением:

— О деле побеседуем позже, сейчас я предлагаю пройти перекусить. Я слабо осведомлен о ваших кулинарных пристрастиях, но если вас что-то не удовлетворит, мой повар в вашем распоряжении.

Для Серой Смерти ничего не значила эта чепуха, он жил только для одного — боя. Но то, что его так принимали на ЭТОЙ земле, радовало.

Ужин был великолепен. Он давно уже не ел столько мяса за один раз, а после нескольких бокалов почувствовал себя несколько осоловевшим. Желание убивать ослабло. Серая Смерть удивленно отметил, что его тянет растянуться на мягкой постели и подремать. Но это было настолько необычно, что само по себе отбивало сон. Когда они допивали чай из маленьких чашек, ему вдруг припомнилось, что волхв любил в заварку подмешивать зверобоя, и впервые он осознал, что наконец-то дома. В этот момент хозяин поставил чашку на поднос.

— Что ж, теперь последний подарок. — Он поднялся и, сделав приглашающий жест, направился к выходу на открытую террасу. Там стояли его сопровождающий и еще трое крепких парней, в одном из которых Серая Смерть узнал своего соседа из самолета. Зверь радостно взревел.

— Господа, — заговорил хозяин, — прошу меня извинить, но есть одно неотложное дело, которое не может состояться без вашего участия. — Он указал на Серую Смерть. — Этот человек захотел с вами повидаться, а поскольку я добровольно принял на себя обязательство удовлетворять, насколько это в моих силах, его желания, я был вынужден настойчиво попросить вас посетить мою скромную обитель. Сосед настороженно вгляделся в лица хозяина и Серой Смерти, скользнул взглядом по лицу «акулы», но, по-видимому, он был плохим физиономистом, потому что начал хамить:

— Я не знаю, что вы за дерьмо, но если вы думаете, что это сойдет вам с рук, вы крупно ошибаетесь.

Серая Смерть почувствовал, как зверь люто взвыл. Хозяин покачал головой:

— Прошу вас, не волнуйтесь, мы возместим вам любой моральный ущерб и затраты времени. Просто мой друг захотел увидеть вас еще раз.

— Ну и какого черта ему надо? Хозяин развел руками:

— Я думаю, что надо спросить у него.

Серая Смерть с трудом сумел искривить губы так, чтобы с них слетела человеческая речь, с его губ рвался звериный рев.