Вся Робин Хобб в одном томе - Робин Хобб

— В горячей воде драконы стали расти намного быстрее и она, похоже, устраняет их боль. Мы могли наблюдать, как цвета буквально растекались по их крыльям, а потом становились насыщенней. Они вытягивались, а их тела приобретали новые, более правильные очертания. И росли они с потрясающей скоростью. Тиндер из бледно-лавандового стал ярко-фиолетовым с золотистым узором. Хвост Спита всегда был слишком коротким, теперь же он кажется соответствующим длине его тела. После одного — двух дней с доступом к теплу и воде, практически все драконы научились взлетать с земли. А сейчас, разумеется, они все могут. С хранителями произошли такие же изменения: цвета стали ярче, конечности удлинились, а крылья Тимары выглядят просто бесподобно.

— Крылья?

Старшая женщина кивнула.

— Крылья, а у Сильве похоже на лбу растёт гребешок.

— А я изменилась? — тут же спросила Малта.

— Ну… мне кажется твоё мерцание стало ярче, но, возможно, этот вопрос лучше задать твоему мужу, который лучше знает, как ты обычно выглядишь.

Вежливость руководила Элис, она не сказала того, о чём Малта и так знала. Во время путешествия, после постоянного бдения над маленьким Эфроном, она стала выглядеть настолько неухожено, что Элис просто не могла сказать, являются ли изменения в её чешуе результатом принятия ванны, или её драконьи характеристики и правда усилились. Малта решила, что ей всё равно и устало улыбнулась. «Смотрите-ка, как быстро выветрились все эти девчачьи глупости — подумала она про себя. — Достаточно было поставить под угрозу жизнь моего сына, что бы всё остальное перестало иметь значение».

Она заглянула в его лицо. Он не плакал, хотя и не спал. Его лицо выглядело не так, как у детей которых она раньше видела. Его маленький рот был сжат так, как если бы он испытывал боль, а дыхание проходило со свистом сквозь узкие ноздри. Она попыталась судить беспристрастно, был ли он страшным ребёнком, обречённым на презрение других детей, когда подрастёт? Она поняла, что не может сказать. Он был Эфроном, её маленьким мальчиком, и все его отличия были частью его самого, а не характеристиками для сравнения с остальными. Указательным пальцем Малта обвела очаровательные чешуйки оттеняющие его брови, и он закрыл глаза. Она передала его Элис, которая тут же укутала его полотенцем, в то время пока она сама устало выбиралась из воды.

В тёплой комнате её кожа быстро высохла, и Элис предложила ей сверкающее розовое платье Элдерлингов. Этот цвет напоминал Малте внутреннюю сторону морской раковины. В другое время, она потратила бы значительно больше времени на осмотр себя в зеркале, восхищаясь великолепным покроем этой мягкой ткани. Но, стоя на краю бассейна, единственное чего она хотела это снова взять своего ребёнка на руки.

Она стояла тупо уставившись на холл с открытыми и закрытыми дверьми. Выбор, она должна выбрать одну и остальные варианты будут для неё навеки закрыты. Как человек может знать, что один единственным маленький выбор способен изменить его жизнь навсегда?

— Давай я покажу тебе комнату, которая тебе возможно понравится. Проведёшь там ночь, а утром отдохнувшая сможешь её поменять, если захочешь.

Малта поняла, что она уже несколько минут молчала и не двигалась. Может быть она уснула стоя?

— Да, пожалуйста — с трудом выдавила она, и сама не заметила, как Элис взяла её под руку и проводила вконец коридора.

Было неплохо оказаться вдали от шумных хранителей и их весёлых приветствий. Когда они представились некоторые выглядели поражёнными.

— Король и королева Элдерлингов! — прошептал кто-то.

Малта встряхнула головой, но не похоже, что это произвело впечатление. Хранители забрасывали их тысячей вопросов, и Рейн, понимая насколько она измотана, старался на них отвечать. Девочки, казалось были очарованы её ребёнком и даже парни в изумлении подошли посмотреть.

— Как Грефт, — воскликнул один из них, глядя на её мальчика. Самый высокий хранитель, юноша, на пороге зрелости шикнул на него и потянул покрытого алой чешуей парня в сторону. Рейн прочел её измученный взгляд, отодвинул хранителей и настойчиво попросил Элис помочь ей найти место где она сможет помыться и отдохнуть. И вот она здесь, едва способная осмыслить происходящее, а вечер близится к завершению. Она прошла весь этот путь в надежде, что её встретят драконы. Ни один не появился. Теперь все чего она хотела это возвращение Рейна, чтобы вся её маленькая семья собралась вместе.

В конце коридора Элис проводила её через дверь, которая широко распахнулась от прикосновения. В комнате было темно, но она осветилась как только они вошли, свет не имевший источника медленно разгорался, пока теплое мерцание не залило её полностью. Здесь нет очага, с испугом подумала Малта и словно услышав её мысль, Элис сказала: — В комнатах поддерживается комфортная температура. Мы не знаем как. Кровати и стулья становятся мягкими, когда ты садишься на них, и как это работает мы так же не знаем. Нам все ещё так многое нужно узнать о Кельсингре. Постельного белья здесь тоже нет. Возможно Элдерлингам оно не было нужно, раз комнаты остаются теплыми. В некоторых шкафах есть одежда, а в комодах и на полках остались личные вещи. Предназначение некоторых очевидно, таких например как ожерелья и щетки, а о других мы ничего не можем понять. Я попросила хранителей оставить непонятные предметы на своих местах, пока мы не узнаем больше.

— Но, — небольшой вздох, — они не слишком хорошо меня слушаются. Джерд хуже всех, она прочесывает дом за домом в поисках сокровищ собирая больше драгоценностей, чем женщина сможет использовать за всю жизнь, не задумываясь, откуда они взялись или кто носил их до неё. Золотые кубки, словно у нас есть достойное их вино. Зеркало, показывающее отражение того, что было перед ним минуту назад, так что она может рассмотреть свой затылок. Горшок, который согревает что-бы в него не положили. Чулки с прочными подошвами, которые приспосабливаются к ноге того, кто их наденет… Ой, прости, я тут болтаю а ты стоишь. Проходи. Только в этой комнате есть стол и стулья, чтобы люди могли собраться, как ты видишь. Но здесь и спальная комната и те две двери тоже ведут в спальни. Как только ты сядешь на одну из кроватей она станет мягче и примет форму твоего тела.

Малта молча кивнула. — Рейн? — Устало