Цель оправдывает средства. Том четвертый - Илья Сергеевич Модус

Но автор этой баталии не дал экипажу обреченного корабля такого шанса.

— «Дух Огня», — сказал Ниал, облизнув пересохшие губы. Привкус пота дал ему понять, что лицо, онемевшее, как и все тело, от использования Боевой Медитации, покрыто потом. — Держаться на прежнем курсе. Батареи с семьдесят пятой по девяностую — наведение на «Бунтарь» с левого траверза. Огонь!

Двадцать пять батарей тяжелых турболазерных орудий одновременно озарили борт исполинского корабля, устремившись к цели. Не было необходимости отслеживать попадания: за секунды волна зеленого огня пересекла расстояние, разделяющее корабли.

«Бунтарь» мгновенно утратил свою былую красоту. Теперь на месте некогда изящного корабля бесконтрольно кружила лишь обезображенная груда металлолома, кружащаяся вокруг своей оси, выбрасывая в безвоздушное пространство безобразные обломки, куски обшивки и силового набора. Если уделить время и навести аппаратуру, то можно было заметить и многочисленные гейзеры утекающего воздуха, в вихрях которых наружу вылетали тела членов экипажа атрисианского корабля.

Декланн чувствовал сквозь Силу, как задыхаются в безвоздушном пространстве артисианцы. Как меркнут их искры жизни, как паника и боль захлестывают этих разумных перед тем, как их сознания сольются с Силой.

Его сознание резануло близкой опасностью: еще один «Барышник» шел наперерез курса «Духа Огня». И целенаправленно опускал нос, приподнимая корму, дабы его турболазерные батареи, сконцентрированные в верхней полусфере, могли вести огонь по носовой части звездного суперразрушителя. Той самой, где уже отказали дефлекторы, и броня почернела от многочисленных попаданий.

— Приготовиться к маневрированию, — сказал Декланн. — Смещение вправо, увеличить мощность левых маневровых по моему приказу.

— Мы намерены повернуть на виду у этого корабля? — задал вопрос вахтенный офицер, подразумевая внезапно вылезшее препятствие на пути «Духа Огня».

— Да, — произнес Ниал. — И решим сразу две проблемы.

Ураганный огонь, который открыл «Барышник» на контркурсах, не мог бы причинить такому кораблю как «Платан» серьезного ущерба. Но проблема в том, что, зацепив притягивающими лучами предыдущий корабль Торговой Федерации, «Дух Огня» все же сбавил скорость. И противник успел подтянуть ему наперерез достаточно весомые силы — две орбитальные платформы типа «Голан», на которые атрисианцы каким-то образом умудрились приделать двигатели и системы управления, превратив их пусть и в тихоходные, но все же самоходные орбитальные оборонительные платформы. Обе уже держались по бокам от вставшего на пути корабля атрисианцев, и вносили свою лепту в обстрел «Духа Огня».

Шесть «Провидений» в нижней полусфере монотонно продавливали дефлекторный щит, намереваясь добраться до потрохов исполина. И нельзя сказать, что у них на это не было ни малейшего шанса.

С правого борта настырно рвались в бой еще с десяток «Бунтарей». И пусть их суммарный огонь всего-то схлопнул щиты корабля, а артиллерия досаждала лишь тем, что гробила целостность обшивки, наличие еще одного отряда, заходящего слева, указывало на то, что противник пытался взять «Дух Огня» в «коробочку», отсекая его от звездных разрушителей сопровождения. Десять «Рассекателей» третьей модификации, как им и предписывалось, шли позади флагмана, ведя огонь с дистанции и не вмешиваясь в происходящее в ближнем бою. Этот эпизод сражения Ниал должен был выиграть сам.

— ГЕМИНИ, — обратился он к управляющему дроиду корабля, — рассчитай траекторию…

— Двигатели захваченного нами «Барышника» все еще действуют, — ответила она, сообразив в чем заключается его план.

— Так реши этот вопрос! — Ниал почувствовал, как из носа льется что-то теплое. Но даже не попытался убрать кровь. Не сейчас. Он был способен вести беседу, пребывая в Боевой Медитации, мог давать указания, но любое движение конечностями, подчиненное мысленному приказу, лишь разрушит его труды. И с таким перенапряжением организма, он сомневался, что сможет вернуться в это же состояние.

— Приказ принят, — отозвалась ГЕМИНИ. — Батареи ударных ракет двадцать три, двадцать четыре и сорок два ведут огонь. Пусковая установка протонных ракет номер семнадцать ведет огонь.

Ниал мог едва ли не физически ощущать, как десятки снарядов покидают палубы «Духа Огня», устремившись к кормовой части корабля противника. Спустя несколько секунд, на месте трех огромных двигателей звездолета Торговой Федерации темноту космоса озарила белоснежная вспышка, пропавшая столь же внезапно, как и появилась.

Маршевые двигатели атрисианского звездолета оказались превращены в безобразные рваные куски металла, оставляющие после себя лишь шлейф обломков и возрастающий радиационный след, что указывало на повреждение реакторной зоны.

Этого достаточно.

— Гранд-адмирал, «Дух Огня» на оптимальной дистанции для запланированного маневра, — сообщила ГЕМИНИ.

— Левые маневровые — форсаж! — громче, чем следовало, приказал Декланн, ощущая, как в горле начинает саднить. Маневр простой, и в то же время — глупый, мальчишеский. Ни малейшего грамма суровой логики и тактических знаний — голая импровизация, которая мало когда доводила до хорошего результата.

И вместе с тем, фактор внезапности и неприменение этой техники в прошлом (как минимум Ниалом против атрисианцев), давало надежду на то, что успех гарантирован.

Исполинского размера корабль, похожий на клинок, неожиданно для противника принялся поворачивать вправо, увлекая за собой обезображенный «Барышник». Корабль, чья массивная окружность составляла три с небольшим тысячи стандартных метров в диаметре, словно пушинка покорно поворачивался вместе со своим пленителем, не встречая ни малейшего сопротивления среды.

На миг это защитило «Дух Огня» от вражеских залпов, но едва покалеченный «Барышник» преодолел треть предполагаемого пути, что должен был развернуть «Платан» вокруг своей оси, притягивающие лучи с борта последнего, неожиданно пропали. Не сдерживаемый более ни одной силой, скользящий по инерции, вражеский корабль, избитый флагманом закуульского гранд-адмирала, двигался по заданной ему траектории. Противник тоже слишком поздно сообразил к чему эти неожиданные тактические ухищрения.

Косность офицерского мышления сыграла с атрисианцами злую шутку. Вместо того, чтобы спасать экипаж, пока это еще возможно, командир «Барышника», что еще мгновение назад гордился собой, ведь смог переломить исход сражения, продолжал вести огонь по «Платану». А увидев летящего на него корабля-собрата, замешкался. Драгоценное время истекло.

В беззвучном взрыве два сепаратистских звездолета столкнулись друг с другом, разваливаясь на куски словно в замедленной съемке. Массивные рукотворные объекты взрывались изнутри, выбрасывая в окружающий вакуум тонны искореженного металла, который разлетался во все стороны. Превратившись в разнокалиберную шрапнель,