Вся Робин Хобб в одном томе - Робин Хобб

— Ты уверен? Уверен, что сможешь? — с беспокойством спросил он.

Я взял в руки оба мешка со свитками.

— Со мной все будет в прядке, — заверил я Прилкопа. — Передай Шуту, что я вернусь.

Я перехватил мешки в одну руку, а свободную протянул к колонне. И шагнул в звездную ночь.

Глава 35

Последний танец — танец надежды,

Зыбкой, как сон и дым.

Я покину зал, не в силах смотреть,

Как легко ты кружишь с другим.

Последний танец — танец надежды…

Тяжек прощанья гнет.

Пусть та, другая, к кому ты уйдешь,

Крылья тебе вернет.

Последний танец — танец надежды…

Тебя отпущу без слов.

Пусть тот, кто будет вместо меня,

Подарит тебе любовь.

Последний танец — танец надежды…

Истает, порвется нить.

Узнать друг друга — и все потерять,

И жить… и не жить… нежить.

ВОЗВРАЩЕНИЕ

Побежденная судьба нанесла мне предсмертный удар. Теперь я думаю об этом именно так. Быть может, боги хотели, чтобы я обратил больше внимания на предупреждение Прилкопа.

Я испытал некоторое удивление, увидев вечный мрак и россыпь блестящих точек разной яркости. Казалось, я лежу на спине на вершине башни и смотрю в летнюю ночь. Впрочем, тогда я так не думал. Тогда я летел сквозь звезды. Но я не падал. И ни о чем не думал, ничему не удивлялся. Просто находился там. Меня влекло к самой яркой звезде.

Я даже не мог сказать, приближаюсь я к ней или она движется ко мне. И хотя я осознавал, что происходят какие-то события, они не имели для меня ни малейшего значения. Я словно вдруг перестал жить, меня больше не интересовало происходящее, исчезли все чувства. Наконец, когда звезда была уже совсем близко, я попытался ухватиться за неё, но почти бессознательно, машинально. Так крошечная капля воды стремится слиться с более крупной. Но она оторвала меня от себя, и в тот момент, когда она принялась меня изучать, ко мне вернулось ощущение собственного «я».

Что? Опять ты? Ты действительно хочешь остаться здесь? Знаешь, ты слишком мал. Ты ещё не закончен. Тебя ещё недостаточно, чтобы существовать самостоятельно. Ты это знаешь?

Это знаю? — повторил я её последние слова, словно ребенок, лишь познающий язык и пытающийся понять скрытый за звуками речи смысл.

Её доброта завораживала меня, мне хотелось слиться с этим удивительным созданием. Казалось, она соткана из любви и одобрения. Если бы она разрешила, я мог бы покинуть собственное тело и просто смешать свою сущность с тем, чем она являлась. И тогда я больше ничего не буду знать, не буду думать, не буду бояться.

Но она понимала меня без слов.

И ты действительно этого хочешь, малыш? Перестать быть собой, когда ты ещё не стал завершенным? Ты ещё можешь вырасти, можешь стать большим.

Стать большим… — эхом повторил я, и её слова, словно по волшебству, исполнились — я вновь стал собой. И вдруг все осознал, словно вынырнул на поверхность и сделал глубокий вдох. Молли и Неттл, Дьютифул и Нед, Пейшенс и Олух, Чейд и Кетриккен — все они вернулись ко мне на волне различных возможностей.

Вот как. Я так и думала — оказывается, у тебя кое-что осталось. Значит, ты хочешь вернуться?

Вернуться.

Куда?

Баккип. Молли. Неттл. Друзья.

Не думаю, что слова имели для неё какой-то определенный смысл. Она была выше этого, выше осознания любви к разным людям или местам. Но, как мне кажется, она воспринимала мои желания.

Вот и прекрасно. Возвращаешься обратно. И в следующий раз будь осторожнее. Более того, следующего раза быть не должно. Во всяком случае до тех пор, пока ты не будешь готов остаться.

Неожиданно я обрел тело. Оказалось, что я лежу лицом вниз на траве, на склоне холма. Моя рука все ещё сжимала два мешка, переброшенных через плечо. Я закрыл глаза. Трава щекотала лицо, в нос попала пыль. Я вдыхал терпкие ароматы земли и травы, овец и навоза, и каким-то удивительным образом это сочетание заставило все мои мысли исчезнуть. Наверное, я заснул.

Когда я проснулся, наступил рассвет. Я дрожал от холода, несмотря на то что лежал под мешками со свитками, как под одеялом. Тело онемело, а кожа покрылась росой. Я со стоном сел, и мир начал лениво вращаться вокруг меня. Мне пришлось лечь. Овцы, с удивлением посмотревшие на меня, были покрыты длинной шерстью. Я перевернулся на живот, встал на четвереньки и с трудом выпрямился, хлопая глазами, точно новорожденный жеребенок, а потом попытался связать концы моей распавшейся жизни. Я сделал несколько глубоких вздохов, но лучше мне не стало. Тогда я решил, что пища и удобная постель мне просто необходимы. Нужно поискать их в замке.

Я забросил один мешок за плечо, а другой потащил по траве. Во всяком случае, я собирался перемещаться к замку именно так. Мне удалось пройти два шага, и я упал. Я чувствовал себя много хуже, чем после того, как в первый раз воспользовался порталом. Прилкоп был прав, с неохотой признал я. Интересно, сколько пройдет времени, прежде чем я осмелюсь вновь воспользоваться Скилл — колонной. Впрочем, сейчас передо мной стояли более насущные задачи.

Я потянулся вперед при помощи Скилла. Мне с большим трудом удалось сфокусировать луч, потом я нашел музыку Олуха, а затем и самого Олуха, который тут же связался с Чейдом и Дьютифулом. Я пытался заговорить с ними, но у меня не получалось. Их мысли с грохотом сталкивались с моими. У меня сложилось впечатление, что они вовсе не обмениваются информацией, а пытаются заниматься какими-то упражнениями в Скилле. В следующее мгновение я ощутил присутствие Неттл, окутавшее меня слабым ароматом. Она сблизилась с их кругом, почти удержалась в нем, но потом её унесло в сторону. В разочаровывающей тишине, которая последовала вслед за её неудавшейся попыткой, нашлось место для моего слабого послания:

Олух. Мне нехорошо. Ты можешь встретить меня возле Камней-Свидетелей? Захвати с собой пони или ослика с повозкой. Я не уверен, что смогу сидеть верхом. И ещё у меня два больших мешка со свитками.

Я почувствовал, что все они ужасно удивлены. А потом на меня посыпались вопросы:

Где ты был?

Ты ранен? На тебя кто-нибудь напал?

Держал в плену?

Я просто прошел через камни. И очень слаб. Болен. Прилкоп сказал, что нельзя