Вся Робин Хобб в одном томе - Робин Хобб

И потому он отправился искать нас сам, следуя по тропе, отмеченной флажками, оставленными Пиоттром. Он добрался до саней, на которых сидел Олух, почти одновременно с Лонгвиком и Коклом и только благодаря их крикам не свалился в ту же яму, что поглотила нас с Шутом. Как только им удалось обнаружить надежный проход, они все вместе вернулись в лагерь, где и сообщили новость о том, что Том Баджерлок и лорд Голден погибли. Чейд отвел Баррича в палатку принца и там рассказал, что эти имена принадлежат мне и Шуту. Баррич проделал долгий путь до Аслевджала, чтобы снова узнать о моей смерти. Его голос звучал спокойно, почти равнодушно, словно боль, которую он испытал, не имела никакого значения.

— Я рад, что они ошиблись. В который раз, — сказал он, растирая мои окоченевшие руки и ноги.

— Спасибо, — едва слышно ответил я, когда ко мне вернулась способность двигаться.

Мне нужно было столько всего ему сказать, но наедине. И потому я задал вопрос, который волновал меня сейчас больше всего: — Как близко нам удалось подобраться к дракону? Чейд сел рядом со мной на постели.

— Ближе, чем когда вы пропали, но все равно недостаточно, — с горечью ответил он. — Когда вы ушли, мы разделились. Сейчас стало ещё хуже. Нас предали, Фитц. Человек, которому мы доверяли — Уэб, — отправил свою чайку в Бингтаун, чтобы она все рассказала купцам и попросила их прислать сюда Тинталью, которая должна помешать нам убить Айсфира.

Я недоверчиво посмотрел на Дьютифула. — И ты ему позволил?

Дьютифул опустился на край своей постели, и его темные глаза показались мне огромными и немного опухшими, словно он много плакал в последние дни. На его лице застыло незнакомое мне выражение. Мне было больно смотреть на мальчика.

— Он не спрашивал у меня разрешения, — с горечью проговорил Дьютифул. — Он сказал, что человек не должен спрашивать разрешения сделать то, что он считает правильным. — Принц вздохнул. — На самом деле за несколько дней, что тебя не было, случилось очень многое. Мы продолжали ломать лед и добрались до места, откуда уже можно разглядеть огромное, окутанное тенями тело. Мы поняли, что это туловище, и прорыли туннель к голове. Это оказалось не просто, но все равно легче, чем копать огромную яму вдоль всего тела.

Нам кажется, что сейчас мы видим голову и часть шеи дракона. Но чем ближе мы к нему подбирались, тем больше в группе Уита крепла уверенность, что мы не имеем права убивать такое могущественное создание; что Айсфир разумное живое существо, хотя никто из нас не чувствовал его присутствия постоянно. Мои друзья, обладатели Древней Крови, работают вместе с нами, но я боюсь, что они объединятся с представителями Хетгарда, если я попытаюсь убить Айсфира. — Он отвернулся от меня, словно ему стало стыдно, что его доверие обмануто. — Сегодня вечером, перед тем как ты появился в лагере, Уэб признался мне, что послал Рииск в Бингтаун. Разговор получился очень неприятным, — тихо добавил он.

Мои надежды на то, что мне удастся быстро расправиться с драконом, исчезли. Мне потребовалось вспомнить все уроки Чейда, чтобы заставить себя рассказать, что с нами произошло. Когда я дошел до того места, где мы оставили Хеста и Риддла в подземной темнице, мне вдруг стало стыдно. Потом я поведал им о судьбе Шута и повторил его слова о том, что Бледная Женщина держит у себя мать и, сестру Нарчески. Принц покачнулся на своей кровати и сказал:

— Наконец все стало ясно. Слишком поздно.

Я понимал, что он прав, и меня снова охватило отчаяние. Даже если бы я знал дорогу назад и мне удалось собрать все наши силы и выступить против Бледной Женщины, нас слишком мало. Она может мгновенно убить или «перековать» Шута и непременно так и сделает. А надежды на то, что мне удастся быстро убить дракона и завоевать свободу для Шута, тоже не осталось. Для этого нужно ещё расчистить остатки льда, справиться с представителями Хетгарда, обладателями Древней Крови, и вдобавок, возможно, против нас выступит и Тинталья.

Обещание Бледной Женщины, что Шут не умрет, было завуалированной — правда, не слишком — угрозой. Он будет «перекован». И мне придется лишить его жизни. Я даже думать об этом не мог.

— А если мы незаметно подберемся к яме, мы не сможем убить Айсфира? Потихоньку? Сегодня?

Другого ничего в голову не приходило. — Невозможно, — ответил принц, лицо у него посерело, а голос звучал безжизненно. — До него ещё довольно толстый слой льда. Мы сможем добраться до Айсфира только через несколько дней. Боюсь, что к этому времени сюда прилетит Тинталья. — Он на мгновение прикрыл глаза. — Я потерпел поражение. И доверял не тем людям.

Я посмотрел на Чейда. — Сколько у нас времени? Сколько времени осталось у Шута?

— Как быстро летают чайки? — покачав головой, ответил он. — И как быстро Бингтаун откликнется на сообщение Уэба? С какой скоростью летают драконы? Никто этого не знает. Но я думаю, принц прав — мы проиграли.

Я сжал зубы. — Существуют разные способы справиться со льдом, — заявил я и со значением посмотрел на Чейда, но прежде чем он ответил, снаружи прозвучал голос Свифта.

— Я принес мешок Тома, скоро будет еда. Можно мне войти?

Дьютифул кивнул Барричу, и тот позвал сына. Свифт вошел и очень сдержанно поклонился принцу, на отца он не смотрел. Мне стало больно оттого, что мальчишка переживает из-за разногласий принца с его группой Уита. По знаку Баррича он отыскал в моем мешке сухую одежду. С отцом он держался настороженно, но по крайней мере слушался. Баррич заметил, что я за ним наблюдаю, и когда он ушел, тихо сказал: — Свифт не слишком обрадовался, когда я здесь появился. Я его не выпорол, хотя он это заслужил, но уж что я думаю по поводу его поведения, не скрывал. Он в основном помалкивал, не совсем же он дурак — мальчишка понимает, что получил заслуженную отповедь. Ну-ка, снимай свое мокрое тряпье.

Когда я пытался натянуть рейтузы, Баррич неожиданно наклонился ко мне и принялся меня разглядывать своими подслеповатыми глазами. — Что с тобой? Что с рукой?

— Вывихнута. — Я еле смог выдавить это, так сильно сжалось у меня сердце от боли за Баррича.

Я вдруг понял, что он