И пришел Лесник! 8 (S-T-I-K-S) - Василий Лазарев

сам скорректировал траекторию и попал точно в грудь топтуну, тот ковырнулся в воздухе и развалился на две части. Голова с ушами как у спаниеля и верхние лапы упали на землю, а ноги сделав несколько оборотов залетели в окно выбив стекло. Рубер и остальные внимательно следили за нами из-за угла здания и решили не связываться, мгновенно исчезнув после позорного умерщвления их коллеги. Перед подъёмом на двадцатый этаж сделали привал.

— В экзоскелете вполне удобно и я совершенно не устал, — поделился впечатлениями папаша Кац. — И чего мы сразу их не одели, Лесник?

— Не было же. Разве, забыл? — сказал за меня Череп. — Конечно штука замечательная. На мне под сотню килограмм груза, а я не чувствую его и летаю как пушинка.

— Это вы ещё нормально не летали, кстати при использовании джета приземляйтесь, поджав ноги. Не надо пытаться встать на прямые, сломаете, — предостерегла Астра.

— Как на парашюте? — уточнил я.

— Я не знаю о чём ты, наверное. Пружиньте ногами и всё. Джет опускает вертикально вниз. Упасть не бойтесь, запас лёта порядка двух километров, так что с одной крыши на другую перелететь хватит. Гироскоп не даст завалиться на бок. Вроде всё, пошли? — она встала. Я кивнул всё уже были готовы. Здание было огромно, один холл чего стоил, здесь в футбол можно было играть. Лифты, разумеется, не работали, подниматься пришлось по лестнице. До шестого этажа она была широкая, затем она стала заметно меньше. В самом здании мы никого не встретили, то ли, потому что оно подозрительно скрипело, реально наклоняясь в одну сторону, то ли, потому что здесь нечего было жрать. Скорее всего, это был офисный центр без особых запасов еды. Заражённые куда больше любили продуктовые базы или большие супермаркеты, а здесь им ловить было почти нечего. Быстренько сожрав всех, кого смогли, выжившие перемещались дальше на север. Судя по карте, там были магазины. Нам там ещё придётся побывать, если карта не врёт. С экзоскелетами мы потратили на подъём не больше часа пробираясь порой через завалы строительного мусора. Где-то далеко раздавалось рычание и визг. Кто-то весьма упитанный рвал кого-то поменьше. Наконец мы оказались на крыше здания. Оно было далеко не самым высоким в округе, просто с него было удобнее всего пересечь глубокий разлом. Крыша тоже заметно накренилась, градусов на десять, но на ней ещё можно было находиться. Мы подползли к краю и стали осматривать место куда нам предстояло прыгать.

Нас разделяла трещина длиной во всю улицу и шириной метров пятьдесят. Из её стен торчали разорванные коммуникации. Трубы, кабеля, какие-то перекрытия. Внизу на дне плескалась вода и вроде бы там даже кто-то копошился. Я внимательно присмотрелся, приблизив изображение на лицевом щитке костюма и увидал чёрную лоснящуюся спину чудовища, мелькнувшую в воде залившую разлом. Ого! Монстр был не меньше десяти метров и сверху был похож на тритона или ящерицу. Я вспомнил Грелку, сожранную примерно таким же на Русских горках, и решил не привлекать внимание. Впрочем, жить ему оставалось мгновения. Из глубин расщелины залитой водой высунулась пасть динозавра или гигантского крокодила на длинной шее и изогнувшись чётко ударила вниз. Через секунду шея выпрямилась, и голова зажала между совершенно циклопическими зубами десятиметровую ящерицу. Голова крокодила подкинула добычу в воздух и та, смешно перебирая перепончатыми лапами в воздухе попыталась убежать, но в итоге попала в раскрытую пасть левиафана. Гигантский крокодил затолкал ящерицу к себе в горло как пеликан. Как глотает свою добычу анаконда, проглотив её, мы даже увидели, как она спускается вниз по длинной шее, исчезающей в воде. Туловище так и не показалось, оно скрывалось от наших глаз в глубине расщелины. Чудовищный крокодил зажмурился от удовольствия, когда ящерица прошла по длинной шее и исчезла под водой. Его башка ещё качалась из стороны в сторону на уровне десятого этажа медитируя, когда, сверху сложив крылья как ястреб с небес камнем упало нечто.

Нечто очень большее похожее на железнодорожный вагон для сыпучих грузов. Оно имело искривлённый клюв, грубую чешую, разумеется, бронированную и лапы с когтями способные оторвать башню от танка. Просвистев буквально в двадцати метрах от нас, нечто со всего размаху долбануло клювом по башке размечтавшегося крокодила. От неожиданности тот издал звук пароходной сирены. Он тут же поплатился за свою беспечность и лишился глаза, а когтями этот многотонный орёл вцепился в голову. Нечто тюкнуло рептилию ещё раз в темя, а потом раскрыло пасть полной небольших, но острых кинжальных зубов. Пасть раскрылась на сто восемьдесят градусов и тут же сомкнулась на шее. Вот он чего задумал! Орёл или лучше сказать летающий ящер задумал откусить башку крокодилу и унести её с собой в гнездо. Клюв плотно схлопнулся и делая горизонтальные движения ящер принялся перепиливать шею крокодилу. Хищник, ещё не переваривший ящерицу, дико выл от боли и пытался укусить коварную птицу щёлкая пастью, но у него ничего не получалось.

— Допрыгался, — злорадно проскрипел лежавший справа от меня папаша Кац.

— Сейчас он откусит ему башню и полетим, — сказал я. — Один утонет, второй улетит.

— А их двое что ли? — Лиана показала на забурлившую рядом воду. Со дна разлома поднималась точно такая же голова на такой же длинной шее.

— Парами охотятся? В принципе, верно, — согласился с крокодильей стратегией Череп.

Но как оказалось это было только начало. Вода, глубоко под нами в расщелине вскипела и из неё показалось ещё семь таких же голов, стремительно спешащих на помощь первой. А потом показалось оно, тело! Вернее, сначала из воды показалась лапа, выскочившая из глубины и ловко поймавшая орла-ящера за ноги. Он как раз осознал свою ошибку и собирался покинуть место происшествия, но не успел. Лапа схватила его, когда он уже поднялся до уровня нашей крыши, вторая лапа, выросшая из могучего тела, скрывающегося от нас в бездонной трещине, сейчас опиралась о развалины дома на том берегу. Все головы на длинных шеях волновались и обсуждали неспортивное поведение птицы успевшей почти перепилить первую голову, которая сейчас грустно клевала носом, грозя и вовсе отвалиться. Лапа подтянула трепыхавшуюся птицу ниже к восьми остальным возмущённым головам. По всему городу раздавался возмущённый клёкот пернатого, но он вскоре затих после того, как разъярённые головы разорвали его на мелкие части. И только первая голова грустно взирала на происходящее громко икая.

Глава 10