Весь Дэвид Болдаччи в одном томе - Дэвид Балдаччи

— Но они не могли просто так рассчитывать на то, что ему вдруг станет плохо и его повезут в больницу Милосердия, — сказал Алекс. — Они должны были устроить так, чтобы это произошло во время церемонии.

— Именно. Но мы не знаем, как они это сделали.

— Может быть, в него выстрелили дротиком с вызывающей приступ субстанцией? — высказал предположение один из агентов.

— И это возможно. Стреляющее транквилизатором оружие довольно бесшумно, но никто не видел ни единого ствола до того момента, как начался первый шквал огня. Мы просмотрели ролик раз сто. Президент ни разу не вздрогнул и не продемонстрировал каким-либо иным способом, что в него чем-то выстрелили. Даже на удар крошечного дротика человек должен как-то среагировать.

В этот момент в помещение вошел Джерри Сайкс. В руках он держал какой-то документ.

— Мы только что получили это, сэр.

Мартин ознакомился с бумагой, поднял взгляд на подчиненных и сказал:

— Из Бреннана сообщают, что в местную больницу обратились пять человек с жалобами на сердечный приступ. Нам прислали описание этих людей, симптомы их болезни и некоторые иные подробности. С ними проведен курс лечения, но полный анализ показал, что ничего серьезного у этих пациентов не наблюдается.

— Какой-то биологический агент мог быть выпущен в воздух, — высказал предположение Сайкс.

— И при этом подействовать лишь на шестерых, включая президента? Весьма неэффективная субстанция, избирательного действия, — не скрывая своего скептицизма, произнес Мартин.

Алекс взглянул на телевизионный экран и спросил:

— Эта пятерка состоит из национального гвардейца, двух пожилых мужчин, молодой женщины и старушки. Я не ошибся?

— Как, дьявол тебя побери, ты догадался?! — изумился Мартин, сверившись с документом.

— Вернитесь чуть назад и покажите этот кусок в замедленном темпе, — не отвечая на вопрос шефа, сказал Алекс.

Все принялись в очередной раз смотреть на то, как Бреннан трясет руки своим потенциальным избирателям.

— О'кей, задержитесь здесь! — распорядился Алекс. Мартин нажал на кнопку пульта, и кадр замер.

— Взгляните на руку этого человека! — Алекс указал на протез национального гвардейца.

— Это искусственная рука, Форд, — заметил Сайкс, — и пара агентов ее заметили еще до начала торжества.

— Я тоже видел этого парня, — ответил Алекс. — Он пожимает президенту руку правой, искусственной, лапой. И вы увидите, что, прежде чем почувствовать себя плохо, Бреннан успеет пожать еще пять рук. А теперь продолжим просмотр.

Национальный гвардеец на экране отдал честь президенту.

— Остановите, — сказал Алекс. — Обратите внимание, что он салютовал верховному главнокомандующему левой рукой. Или левым крюком. У него один протез и один крюк.

— Может быть, он просто ждет, когда ему сделают второй, — нетерпеливо бросил Мартин.

— Но почему он пожимает руку президента протезом, а салютует крюком? — не унимался Алекс.

— Что из того? — сказал Сайкс. — Я, например, левша, но всегда при рукопожатии пользуюсь правой. Салютую же я иногда левой.

Алекс продолжал изучать кадр.

— Не могли бы вы увеличить изображение руки? — спросил он.

Мартин нажал на кнопку зума, и протез заполнил почти весь экран.

— Взгляните, — показал на картинку Алекс.

— Взгляните на что?! — воскликнул Мартин.

— У парня влажная ладонь.

— Это пот, — недоуменно вскинул брови Сайкс. — День, Алекс, был жарким.

— Верно. День был не по сезону жарким. Но я, Сайкс, никогда не слышал, чтобы протезы в жару потели.

— Черт побери! — взревел, уставившись на экран, Мартин.

Когда все расходились, Мартин задержал Алекса.

— Тебе нечего стыдиться, Форд. Ты вел себя, как герой.

— Вы же не верите в это, сэр, — сказал Алекс. — Я и сам в это не верю.

Глава 58

Прошло двадцать четыре часа, и охваченная паникой Америка продолжала ждать хоть какого-нибудь известия об исчезнувшем президенте. Адрес национального гвардейца удалось установить, но когда туда прибыли представители правопорядка, его там уже давным-давно не было. Недомогание пятерых человек, как оказалось, было вызвано мощным, проникающим через кожу синтетическим галлюциногеном. Испытания показали, что препарат вызывает симптомы, схожие с симптомами инфаркта миокарда, приводит к частичному параличу и порождает чувство обреченности. Чтобы идентифицировать субстанцию, врачи обратились за помощью в ЦРУ. ЦРУ мгновенно заявило, что никогда ни на ком не использовало данное вещество, но враги Америки — законченные негодяи — наверняка это делали. Хорошая новость состояла в том, что препарат не приводил к летальному исходу и его действие могло быть нейтрализовано с помощью доступных средств. Пять стоявших в первом ряду человек получили отравление, пожимая руку своему кумиру.

В центре города в гараже было обнаружено еще одно тело. Алекс узнал в нем водителя стоявшей у больницы кареты «скорой помощи». Гараж принадлежал какому-то американскому бизнесмену. Напасть на след этого бизнесмена не удалось. Баллистическая экспертиза показала, что пуля, обнаруженная в теле убитого, была выпущена из того же ствола, из которого стреляли в Алекса. Пуля, скользнув по руке агента секретной службы, засела в деревянных перилах. Гараж находился неподалеку от больницы, и это говорило о том, что перегрузили президента в микроавтобус Джамили Салем именно там. Затем президента, видимо, переместили в другое транспортное средство, которому удалось незамеченным покинуть район происшествия.

Действующий президент Гамильтон несколько раз выступил перед нацией. Он заверил сограждан в том, что положение в стране стабильно, управление находится в надежных руках, а похитители, кем бы они ни были, будут жестоко наказаны. Гамильтон требовал, чтобы террористы немедленно вернули президента Джеймса Бреннана невредимым, или Соединенные Штаты, в знак возмездия, не остановятся перед тем, чтобы уничтожить как самих преступников, так и те страны, которые им помогают.

Похищение президента потрясло страну: финансовые рынки рухнули; люди боялись покидать свои жилища; нацию практически разбил паралич. Положение усугублялось тем, что некоторые мусульманские радикалы требовали немедленно убить президента Бреннана (если он еще жив), а тело предъявить миру.

Стратегическое авиационное командование во второй раз в своей истории было переведено на второй уровень готовности. В первый раз это было сделано во время Кубинского кризиса 1962 года. Даже после событий одиннадцатого сентября был установлен лишь третий уровень готовности. Военные эксперты утверждали, что в случае неблагоприятного развития событий уровень может быть повышен до первого. После этого разговаривать будет уже не о чем.

Все службы разведки выбивались из сил, чтобы обнаружить похитителей. Во все страны мира полетели дипломатические запросы. А Пентагон изыскивал цели, против которых можно было бы использовать самое современное оружие.

В разговоре с одним из сенаторов украшенный тремя звездами армейский генерал заявил: «Мы больше не будем чикаться с этими типами. Ни один солдат не ступит под пули на их землю.