'Современная зарубежная фантастика-2'. Компиляция. Книги 1-24 - Дженн Лайонс

Люди с Сохранения считали, что переговоры – это «давайте разберемся, как решить проблему, так чтобы все были счастливы или как минимум не возражали», а с вероятностью в девяносто шесть процентов так не думал никто ни в Корпоративном кольце, ни в одной человеческой культуре, в рамках которых действуют разные корпорации. Однако Айрис была права насчет того, что мы не можем просто сидеть тут и смотреть «Жестокого романтика».

«Пойду я, – сообщил я по общему каналу. – А вы скажете, что им говорить».

На 3,7 секунды установилась напряженная тишина. Ратти встревоженно нахмурился и посмотрел на меня.

«Ты уверен, автостраж?»

Никому это предложение не нравилось, но Айрис права: я ведь консультант по безопасности, так что это моя работа. Мне просто хотелось бы понимать, что надо делать.

Место для встречи выбрала АдаКол2. Оно находилось в неиспользуемом подземном комплексе, служившем, по всей видимости, хранилищем для крупных грузов, необходимых докорпоративной колонии, а теперь нужда в них отпала. Колонисты «Адамантина» использовали это помещение для крупных строительных проектов и отдыха – для всего, что требовало дополнительного пространства. Если колонисты похожи на других людей, то отдых, вероятно, сводился к швырянию мячей со всей дури. Поэтому АдаКол2 не только включила там временную систему жизнеобеспечения, но и установила пару камер для записи развлекательных мероприятий по швырянию мячей. Вообще-то, место было отличное – если переговорщик из Б-Э выстрелит в меня, АдаКол2 запишет доказательства на видео и это выставит корпорацию в плохом свете. До тех пор пока никто не поймет, что я автостраж.

Ну ладно, прозвучало гораздо хуже, чем хотелось бы. Застрелить меня, так чтобы медсистема не смогла починить, можно только из особого оружия. У автостража под управлением заместителя инспектора Делкура оно могло быть, правда, насколько я рассмотрел обоих автостражей, с собой у них не было никакого дополнительного оружия, хотя наверняка имелась встроенная ракетница, как у Третьего. «Бариш-Эстранца» не рассчитывала на столкновение с автостражами, боевыми ботами, боевыми автостражами или кем-либо подобным, поэтому маловероятно, что переговорщик, точнее, «переговорщик», поскольку речь идет о корпорации, способен нанести мне смертельный удар. Если это ловушка, они могли бы послать автостража, и было бы интересно, как развернутся события, когда он узнает, что я тоже автостраж, хотя, честно говоря, я понятия не имел, что произойдет.

Я сказал ГИКу-дрону, что если переговоры закончатся дракой автостражей, колонисты наверняка сочтут и нас, и «Бариш-Эстранцу» говнюками, кто бы ни победил.

«Победишь ты», – ответил он.

Ну, это конечно. Расчет основывался на статистике моих побед. Но сейчас я был недостаточно зол для настоящей драки автостражей. Я просто устал.

На большом квадратном люке в конце коридора были табличка и старомодный сетевой маркер на одном из языков колонистов «Адамантина», я прочитал его с помощью модуля перевода Тиаго. Это оказалось предупреждение о необходимости сначала проверить помещение и убедиться, что атмосфера в нем пригодна для дыхания, а потом уже входить. Рядом находился небольшой цифровой индикатор. Для меня это не особо важно, ведь у меня нет таких ограничений по дыханию, как у человека или дополненного человека, и даже при выключенном жизнеобеспечении я успею выйти, причем не торопясь.

И кроме того, систему жизнеобеспечения контролировала АдаКол2, а я вроде как ей доверял, верно? Или мне настолько было наплевать, что это равносильно доверию? Да, знаю, звучит не очень.

Как только АдаКол2 открыла дверь, над головой зажглись огни. Я послал дрон-разведчик № 2 вперед, устроиться под потолком. На изображении с его камеры сначала мелькали тени, а потом он сфокусировался на люке с противоположной стороны.

Тот открылся, и вошел человек в скафандре «Бариш-Эстранцы».

«Ничего хорошего, – сообщил ГИК-дрон. – Это инспектор Леонида».

«Да ты шутишь», – сказал я.

И одновременно со мной Айрис спросила:

«Кто-кто?»

ГИК-дрон показал людям изображение с моей камеры и увеличил его. В комнате уже были нормальное давление и фильтрованный воздух высокого качества. Приближающийся человек сложил шлем костюма, превратив в широкий воротник на плечах. И я увидел, что ГИК-дрон прав – это Леонида.

Когда инспектор Леонида впервые разговаривала с Арадой по коммуникатору, а потом и лично, она показалась мне такой же идеальной, как люди из сериалов Корпоративного кольца, – с гладкой кожей и всегда прекрасной прической, даже если волосы растрепались. Она и сейчас выглядела так же, хотя видео с дрона уловило едва заметные косметические улучшения на ее смуглой коже, а темные волосы теперь были закручены на затылке. Она по-прежнему носила металлические сережки с драгоценными камнями на правом ухе; причем вряд ли они были сетевыми интерфейсами, скорее, просто для красоты.

На видео с дрона-разведчика № 1 Ратти выпрямился и вытаращил глаза.

«Вот это номер», – сказал он по сети.

«Вы с ней уже встречались? – спросила Айрис, понимая, что что-то не так, но не понимая, что именно.

«Когда мы впервые наткнулись на судно снабжения «Бариш-Эстранцы», с ней говорила Арада», – объяснил Ратти. Дрон-разведчик № 1 зафиксировал, как он провел рукой по лицу. В отчаянии? Вероятно. – Они встречались лично. Присутствовал и автостраж».

Тарик поморщился.

«Может, она его не узнает».

Леонида уверенно шагнула вперед, и я тоже. Только без уверенности. Гладкий пол был покрыт каким-то герметиком поверх камня, под сапогами хрустела пыль. Я откинул капюшон и щиток шлема, иначе выглядел бы крайне подозрительно. Я задействовал все свои коды «ходить/стоять как человек», так что, возможно, она меня не узнает. В нашу прошлую встречу на мне была форма экипажа ГИКа и приглаженные волосы, и она не ожидала увидеть автостража. Теперь я надел скафандр, и Амена взбила мне волосы, пытаясь поднять мне настроение. Леонида ожидала увидеть какого-нибудь человека. Оценка риска показала, что с вероятностью в шестьдесят три процента я могу остаться неузнанным.

В 3,4 метра от меня Леонида остановилась. Я тоже. Она наморщила лоб.

– Я тебя узнала, – удивленно сказала она. – Ты тот самый автостраж.

М-да, к чертям оценку риска.

Люди всячески гримасничали и взмахивали руками, но вряд ли кто-то удивился.

Я мог бы попытаться убедить Леониду в том, что я вовсе не автостраж, но она достаточно умна и сообразит, что я просто тяну время. А кроме того, мне незачем было тянуть время, его и так в избытке. Поэтому я просто сказал:

– Я тот самый