Адмирал Империи – 47 - Дмитрий Николаевич Коровников

О, как сейчас не хватало девушке рядом с кораблей 12-ой «линейной» с ее мадьярскими, верными до безумия своему командир, экипажами, способными противостоять любому противнику. Только «Звезда Эгера» и ее экипаж остались рядом из всех ее прежних боевых товарищей.

— Был запрос от приближающегося флота? — спросила адмирал Кантор и своего помощника.

— Нет, госпожа вице-адмирал, от 34-ой «желто-черной» дивизии никаких запросов на связь не поступало, — отрицательно покачал головой старший помощник. — Идут молча, и вероятно задумали что-то нехорошее…

— Мне тоже не очень нравится это их почти боевое построение, — согласилась с ним Доминика, указывая на то, что корабли Джонса шли не классической походной колонной, а скоплением из которого можно было гораздо быстрее чем из колонны собраться в атакующий «конус». Это был еще один показатель того, что северянам не стоит расслабляться и они должны быть готовы к внезапному нападению.

— И не нужно называть 34-ю дивизию — «желто-черной», — обратилась Доминика к капитану. — Он давно уже не состоит ни в одном из имперских флотов, и конечно не может идентифицироваться по цвету…

— В картотеке и на картах данное подразделение все еще обозначено под «желто-черными» голографическими знаменами, — пояснил офицер.

— Оно скорее должно быть синим, — ответила Доминика, — по идентификационному цвету кораблей Американской Сенатской Республики… Так Джонс, сколько бы он не получал паспортов всегда останется для нас «янки»…

— Что вы думаете обо всем этом, вице-адмирал? — задал вопрос ее помощник. — Зачем американец со своим новым подразделением оказался сейчас именно здесь?

— Я думаю, что пора выводить собственные дивизии из крепости для торжественной встречи с Илайей Джонсом, — ответила на это Доминика Кантор. — Не знаю, что он задумал, но если что-то нехорошее, то быстро об этом пожалеет… 5-ой и 6-ой дивизии на выход и построение в защитные порядки!

Буквально через несколько минут сразу из всех четырех пневмо-ворот крепости Кронштадт начали вереницами выходить на открытое пространство десятки боевых кораблей северян. А еще через полчаса две неполные дивизии, каждая из которых состояла из двадцати с лишним вымпелов, выстроились в два «слоя» на пути приближающейся эскадры вице-адмирал Джонса-младшего.

Первым в авангарде Доминика поставила 5-ю «линейную» дивизии, во второй «линии» ее прикрывала 6-я «бело-синяя». Численность сторон действительно была практически равной, поэтому особого беспокойства командиры северян при приближении неизвестной эскадры не испытывали. Они знали характеристики собственных кораблей и знали, что вымпелы их дивизий могут достойно противостоять любому врагу.

— Что же, если адмирал-янки по какой-то причине не желает с нами здороваться, то мы не гордые и сами первыми выйдем на связь, — сказала Доминика сама себе, отдавая распоряжение настроиться на частоту линкора «Юта».

Через минуту с флагмана 34-ой дивизии ответили на запрос, и на экране перед Доминикой Кантор возникло лицо темнокожего адмирала со злыми, холодным глазами.

— О, мистер Джонс, вы соизволили ответить мне на вызов, хоть за это спасибо, — съехидничала Доминика, намекая на то, что нужно бы вообще-то поставить в известность коменданта крепости и командующего сил звездной системой любому, кто в этой системе появляется, тем более во главе такого количества боевых кораблей. — Вам известен факт, что звездная система «Ладога» находится под личным контролем сил Северного космического флота?

— Под «личным» контролем? — непонимающе переспросил ее, Илайя Джонс, холодным отрешенным взглядом глядя на свою собеседницу. — Не знал, что Северный космический флот имеет внутри Российской Империи своей собственный сектор! Это что-то новенькое…

Илайе действительно не было особого желания в данный момент общаться с какой-то там дамой и бывшей пассией адмирала Дессе. Он вел свою разросшуюся дивизию к крепости с предельно ясной целью — захватить Кронштадт и рассеять корабли ее защищающие. Никчемные разговоры между командующими противоборствующих флотов в этой ситуации ничего не значили и были пустой тратой времени…

Илайя совсем недавно жестоко схватился со своими противниками в соседней провинции, потеряв при этом существенное количество вымпелов, когда все они затеяли драку за корабли Александра Василькова, на которых находился сбежавший маленький император. Тем не менее, выйдя из боя, многоопытный адмирал вернулся в «Ладогу» и разделив свою поредевшую 34-ю «резервную» стал оперативно собирать остатки недоразгромленного Черноморского флота, чьи корабли остались без командующих. Таким нехитрым способом Илайя не только не восполнил потери, но и нарастил численность своего подразделения, отчего сейчас был полностью уверен в собственных силах.

Все это время пока Илайя рыскал по космосу, собирая себе новые корабли он, усердно думая, как ему стоит поступить дальше. Продолжить поиски императора, как адмирал и планировал, и после предложить ему и Василькову свои услуги. Этот план оставался в силе, но даже если Джонсу-младшему все же удастся отыскать беглецов и вручить Ивану Константиновичу «свою» дивизию, такого подарка для императора, которому нужно заново отвоевывать себе трон и брать под контроль сто тридцать пять звездных систем будет явно не достаточно для победы.

Безусловно, подобный благородный жест царь Иван и контр-адмирал Васильков оценят, но это во-первых не даст Илайе каких-либо преференций, например возможности стать ближайшим советником императора, так как рядом с ним уже находятся люди, которые эту привилегию американцу конечно же не предоставят. И вот со временем, когда космофлот Ивана Константиновича вырастет до необходимых размеров, а в том, что сторонников у мальчика в Российской Империи было очень много, Джонс знал, то его 34-я дивизия попросту затеряется в строю остальных. А Илайю будет ждать забвение и опять второстепенные роли в управлении Российской Империей, если малыш Иван все-таки победит в войне и снова сядет на трон на Новой Москве-3.

Такое Илайя себе позволить не мог, и поэтому придумал другой план. Он отдаст в распоряжение маленькому императору не просто свою пусть и полнокровную, но всего лишь дивизию, он привезет и положит к его ногам казну Российской Империи, большая часть которой хранилась сейчас в помещениях станции внутри крепости Кронштадт. Конечно, если бы у американца была такая возможность самому вскрыть нимидийские контейнеры-сундуки и завладеть несметными богатствами Империи, он бы сделал это незамедлительно и даже не вспоминал бы при этом об императоре и его проблемах. Но так как это было нереально осуществить, то Джонс решил, что заберет все эти контейнеры и вернет законному владельцу. Вот за такой подарок Илайя и получит