Адмирал Империи – 47 - Дмитрий Николаевич Коровников

— Да и черт с ним! — махнула рукой Доминика, провожая взглядом, уходящий в темноту космоса линейный корабль — бывший флагман покойного императора Константина Александровича. — Пусть теперь его нынешний владелец контр-адмирал Зубов сам разбирается с Павлом Петровичем и доказывает свою непричастность к этому кровавому инциденту. Теперь уж точно после такого нахального воровства и стольких смертей моих, ну, то есть штурмовиков Северного флота, Демиду точно не отвертеться и расстрела не избежать!

Она злорадно усмехнулась, когда представила, что сделает Дессе с Зубовым, когда до него дойдет информация о выходке его подельничка капитана-командора Моро. Вот теперь Демиду Александровичу не выкрутиться и он понесет за это преступление суровейшее наказание. А ведь вице-адмирал перед этим слышала из уст командующего, что тот хочет вернуть флагман Демиду. Что ж, к своему несчастью тот поторопился и за свое самовольство непременно поплатится, Павел Петрович Дессе не терпит подобных нарушений и безусловно расценить похищение «Москвы» как преступление и более того, личное оскорбление.

Доминика конечно понимала, что и сама получит серьезный нагоняй от старика за то, что не смогла отстоять корабль и позволила Моро беспрепятственно покинуть крепость. Однако она уже знала, что скажет в свое оправдание. Никто не мог предположить, что в самый ответственный момент вблизи Санкт-Петербурга-3 появится эскадра этого «янки» — вице-адмирала Джонса, которая приближалась сейчас к Кронштадту явно не с дружеским визитом.

Доминика Кантор со стопроцентной уверенностью еще не знала, какова причина появления данной эскадры у орбиты центральной планеты звездной системы «Ладога». Однако обладая интуицией и имея многолетний опыт боевых действий, она почти сразу начала сильно беспокоиться. Вроде бы у Илайи Джонса с адмиралом Дессе изначально существовала негласная договоренность о взаимном ненападении. Илайя не имел физической возможности объявить Северный космофлот своим противником, а у командующего Дессе не возникало мысли столь маленькую эскадру, что была в наличии у американца, считать какой-либо существенно опасной для себя силой.

Более того в разговорах на военных советах Павел Петрович не раз упоминал вице — адмирала Джонса как своего возможного союзника. Да, это было еще перед битвой за Кронштадт, но тем не менее, из всех игроков, что привели свои дивизии к планете и крепости только Илайя и возможно граф Салтыков не причислялись Дессе к врагам…

Что же понадобилось этому адмиралу-янки со своими кораблями 34-ой «резервной» в эту минуту у Кронштадта? И как удачно совпало, что большая часть Северного космофлота в данный момент на ее орбите отсутствовала…

— Еще раз выведите все данные по приближающемуся флоту ко мне на экран, — приказала Доминика своему офицеру, выйдя с ним на связь уже из личного шаттла, в котором она на всех скоростях мчалась к собственному флагману.

Рядом с ней летело около десяти десантных модулей с ее гвардией на борту.

— Слушаюсь, госпожа вице-адмирал, — ответил офицер командного пункта крепости и через несколько секунд на мониторе перед Доминикой были все имеющиеся данные по непрошенным гостям.

— Так, у однорукого Джонса в наличии всего пятьдесят с хвостиком вымпелов, — пробежала взглядом Доминика по колонкам цифр. — Слава Богу, это значит, что силы у нас примерно равны. Две моих неполные дивизии имеют чуть меньшую численность… Странно, но в этой бывшей 34-ой дивизии, которую хотел расформировать за непослушание первый министр Граус и которую в итоге возглавил Илайя Джонс, изначально, еще когда к Санкт-Петербурге-3 прибывали все участники битвы, кораблей числилось меньше.

У Доминики была хорошая память, и она помнила, что эскадра Джонс так и не участвовала в сражении, и судя по цифрам единственное соединение, что увеличилось после него. Джонс явно не терял времени даром, собирая по космосу остатки разных флотов и вербуя себя новые корабли и экипажи. Американцу вообще повезло тогда, он не сделав ни одного выстрела, получил чин и гражданство от малолетнего императора.

Из задумчивости Доминику вывел голо дежурного оператора с мостика «Звезды Эгера».

— Госпожа вице-адмирал, предполагаемый противник уходит в «туман войны»…

«Так, „янки“ начинает хитрить, значит точно не с добрыми намерениями он сюда тащится» — подумала Доминика. Между тем через некоторое время корабли 34-ой снова вынырнули из зоны действия РЭБ-зондов, но уже в меньшем количестве, ровно в таком, что было у Илайи перед началом сражения за «Ладогу». Пройдя пару миллионов километров они снова исчезли в «тумане войны», а еще через полчаса этот самый «туман войны» начал разделяться на две туманности, одна из которых хвостом следовала за то вновь появляющимся, то скрывающимися в ней кораблями основной группы 34-й, а вторая туманность потянулась на «фланг», постепенно огибая планету и крепость с одного из направлений.

— Так, значит ты хочешь меня запутать, дружок, — усмехнулась Доминика, всматриваясь в изображение скопления кораблей Джонса на экране. — Спрятался и после появился уже с меньшим числом вымпелов, думая что я не замечу. Вот только сканеры Кронштадта гораздо сильней своих корабельных коллег, и видят гораздо дальше. Так что все твои пряталки получается были напрасными! А вторую группу кораблей ты спрятал и сейчас скорее всего они идут в обход моим, чтобы в момент атаковать с «тыла».

— Это надо держать в голове и не забывать, — сказала сама себе Доминика, явно довольная тем, что возможно раскусила хитрый план адмирала Джонса и не позволит тем самым себя обмануть.

Менее чем через десять минут вице-адмирал Кантор уже выходила из шаттла на платформу ангара своего линкора «Звезда Эгера». Рядом ее личная гвардия выгружалась из десантных модулей, чтобы вновь стать штурмовой абордажной командой на своем флагманском корабле. «Звезда Эгера» и ее экипаж остались по сути единственными из 12-ой «линейной» дивизии, которой ранее командовала Доминика, и которую она когда-то привела в лагерь Поля Дессе и отдала в полное распоряжение командующего.

Конечно отдавая «свои» корабли, которые вошли в состав 2-й «ударной» дивизии, девушка закономерно рассчитывала, что не прекратит ими командовать. Так поначалу и произошло. Адмирал Дессе в благодарность и за боевые заслуги Доминики отдал данную новосформированную дивизию в ее распоряжение. Вице-адмирал была счастлива до безумия, ведь в своей жизни и военной карьере ей еще не приходилось командовать таким большим и боеспособным подразделением.

Как же тяжело Доминике было после того,