Пусть умрут наши враги - Александр Шакилов

Мер через триста от поселка начался массив бетонных коробок, в которых когда-то жили люди. Эти белесые скелеты, высушенные ветрами и солнцем, сдобренные снегом и дождем, не рассыпались до сих пор только потому, что их оплели толстенные лианы и лианы потоньше, и совсем тонюсенькие. Их сеть крепко держала тяжелые блоки, не давая ни единому кусочку отвалиться.

Сыпанул мелкий снег, быстро укрывая собой утоптанную тропу, по которой, похоже, часто прохаживались к бетонным надгробиям прошлого. Ветер холодил бритые виски Зила. Рыбья вонь поселка сюда уже не доносилась, приятно пахло перегноем, дарующим жизнь мху и тысячелетним дубам. Прямо как в родном лесовнике! Леший приободрился.

– Куда мы идем, деточка? – копируя манеру Ортиса, спросил он у девицы-конвоира, чуть повернув к ней голову. Не снизойдя до ответа, Ларисса тычком между лопаток направила его по длинной широкой улице. Хорошо, хоть не воспользовалась ножом.

– Направо сворачивай, – велела она, когда они подошли к перекрестку.

И вот тут у Зила отвалилась челюсть.

Ничего подобного он еще не видел.

Высотка, построенная незадолго до Третьей мировой, устояла, когда с неба падали бомбы и вся планета содрогалась в агонии землетрясений. Теперь же эту высотку сплошь облепили цветы всевозможных оттенков, размеров и форм, в редких проплешинах между которыми яркой подложкой зеленел мох. Леший, пораженный этой красотой, не сразу заметил темный провал входа в здание и очередь молодых людей примерно его возраста у этого входа. Судя по одеждам и внешности, молодежь тут собралась со всех Разведанных Территорий. Выстроившись цепочкой, парни и девушки нервно перетаптывались в ожидании. Ни смеха, ни единой шутки слышно не было. Все молчали.

– Так мне туда, что ли? – не дожидаясь подсказки Лариссы, Зил похромал к очереди. Вызванная тонжерром эйфория сменилась раздражением. Кружилась голова. Слабость сковывала движения, сплетала ноги и норовила уронить его, ткнув лицом в землю.

Присыпая собой измученную куртку Зила и хорошенько утоптанную площадку перед зданием, с неба падали крупные разлапистые снежинки. Но ни одна из них не упала на цветы, облепившие высотку. Стороной, за десяток мер и дальше, снег облетал громадную клумбу. Но главное – над высоткой висело зеленоватое облако пыльцы, которое целый рыбацкий поселок поставило на колени. Ежу ясно, а не только Зилу: высотка-клумба и есть обиталище того самого могущественного ментала, который не чурается играть людьми, как кукольник – марионетками!..

Силы лешего иссякли, ноги подкосились. Падая, он ухватился за кого-то в очереди.

– И ты тут?! Ты чего тут?! – в лицо ему дохнули чесноком, и стало чуть легче, потому что неприятный запах выдернул Зила из накатывающего забытья. Перед глазами все плыло и качалось, но Зил все же рассмотрел того, кто послужил ему опорой. Ба, да это же старый знакомый – рыжий увалень Траст!

Зил отшатнулся от него.

– Братец ушастый, опять ты?! – сжав кулаки-арбузы, взревел Траст. За спиной у него по-походному была закреплена безразмерная сумка. – Да я тебя!..

На Траста тут же зашикали. Мол, ты чего, совсем с головой не дружишь, тишина должна быть, великий Родд не терпит шума, волнения отвлекают колдуна от постоянного единства с миром. Лица у стоявших в очереди враз стали злыми, будто Траст для всех и каждого тут – заклятый враг. Это заметно поумерило пыл рыжего: он разжал кулаки и опустил руки.

– Ладно, потом разберемся, – сцедил он сквозь зубы. – Освобожусь только и оторву твои здоровенные оттопыренные…

– Ага, конечно, – подгоняемый Лариссой леший двинул вдоль очереди к входу в высотку-цветник.

Это стало перебором для Траста, этого он уже не смог вынести.

– Куда?! Самый умный?! В конец очереди! – всей своей внушительной тушей Траст навис над лешим, который и сам был вовсе не младенцем и не карликом. Очередь, понятно, вновь возроптала, но на этот раз Траст был неумолим: – Сдохну тут, а не пущу этого ушастого вперед всех! Нечего этому доходяге делать в покоях уважаемого Родда! Еще окочурится, нарушит связь с мирозданием, а нам потом как?! Ну вот как мы все узнаем, что делать, как жить дальше?!

Доводы его показались более чем серьезными для тех, кто выстроился у входа в цветник. Ропот смолк. Все недобро уставились на Зила.

За лешего, только сейчас сообразившего, куда его привели, заступилась Ларисса.

– Этого лопоухого урода, – она указала ножом на Зила, – вызвал великий, ужасный и наидобрейший колдун Родд, повелевающий всем и всеми на Разведанных Территориях и за их пределами.

Откровенно говоря, заявочка была так себе, но кровь на ноже выглядела весьма убедительно. Лица поклонников Родда вытянулись, кое-кто моргал без остановки, одна симпатичная девчонка икнула. Под впечатлением от этой сцены Зил хихикнул – и тут же застонал. Действие тонжерра закончилось. Болело все тело от пяток до кончиков волос на макушке, кричало каждым хрипом из легких, требовало спокойствия и ухода. К тому же Зил потерял много крови…

И все-таки он выдавил из себя:

– Траст, дружище, и тут я тебя уделал. Так что не мне, красавчику, а тебе, куску сала, не стоит беспокоить почтенного Родда своей никчемной судьбой. Да, ребятки?!

Очередь завороженно кивнула – ну прям как щукарцы под воздействием пыльцы. Узрев такую поддержку врагу, Траст побагровел.

А Зил не унимался:

– Зачем беспокоить Родда, если даже я могу предсказать твое будущее? До самой смерти ты будешь пасти коз и выгребать дерьмо из-под свиней, а женишься на самой отвратительной шлю…

Рыжий ударил раньше, чем леший договорил.

Кулак-арбуз свистнул в воздухе там, где только что была коротко стриженная голова с выбритыми висками – вопреки ранам и усталости Зил увернулся и, не дожидаясь повторной атаки, ударил в ответ. Однако сейчас даже мышь-полевка навредила бы Трасту больше, чем Зил. Его кулак лишь мягко шлепнул по веснушчатому лицу, так что и речи быть не могло о том, чтобы свалить рыжего, или хотя бы сломать ему нос и разбить губы в кровь. Да от укуса комара было бы больше вреда! И потому неудивительно, что в следующий миг кулак-арбуз обрушился на голову лешего, едва не вбив ее по макушку в плечи. Из глаз посыпались искры. Падая, Зил уцепился за локоть Траста и умело, хотя никто и никогда его этому не учил, ногами оплел лодыжки здоровяка. Тот потерял равновесие, и рухнул бы на Зила, упавшего с ним вместе, если б Зил не откатился чуток, на меру всего. И вскочить бы да навалиться на Траста или лучше отпинать его по веснушкам на щеках, по выпирающему животу, в пояснице двинуть хорошенько…

Но Зил не смог подняться.

Он выдохся.

Что хотите с ним делайте, а больше и пальцем не пошевелит, не будет ни атаковать, ни защищаться. И все же он оторвался от земли, упершись в нее локтями и коленями. Рыжий здоровяк как раз собрался наподдать ему ногой по ребрам, а Ларисса с ножом зашла здоровяку со спины, и вроде бы в ее глазах мелькнул проблеск сознания, собственной воли…

Еще немного – и она проткнула бы лезвием почку Траста.

А Траст сломал бы Зилу ребра.

Но случилось иначе.

Из логова колдуна вырвалось нечто стремительное и сильное. Существа, похожие на древесные корни, покрытые коростой почвы, оплели и блондинку, и Траста, и лешего, как те лианы – заброшенные бетонные здания предков, сжали так, что захрустели кости. В носу стало щекотно и влажно, потекло по губам соленое. Из-за резкой боли Зил едва не потерял сознание. И он заорал бы, оглушив криком рыбаков в Щукарях, но из легких выдавило весь воздух!..

Однако ведь точно не бывает растений с корнями, ветками или еще чем, которые передвигались бы со скоростью убегающего от волчарок зайчера. У растений нет костей и мышц. Да и чтобы быстро двигаться, нужно расходовать много энергии, которой попросту неоткуда взяться у травы и кустарников, так уж они устроены. Напавшие твари – или одна-единственная тварь? – были чем угодно, но только не корнями дерева.

Парни не сумели, а вот Ларисса вырвалась из ловушки. Выплюнув густой ком слюны вперемешку с пыльцой и выдав такое крепкое словцо, что у Зила покраснели уши, хотя он вовсе не считал себя стеснительным малым, она отлично заточенным рыбацким ножом ударила по «корню», обвившему ее талию. Упав на снег, обрубок брызнул зеленым. Резко запахло тиной. От метнувшегося к ней еще одного «корня» девчонка отпрыгнула, как кузнечик, изломав колени в обратную сторону, как это было в Мосе на испытании. Однако следующий «корень» настиг ее в пяти мерах над землей, обвил лодыжку и дернул вниз. Взмахнув руками и выронив при этом нож, Ларисса упала и ударилась спиной, после чего с десяток «корешков» потоньше тут же оплели ее с головы до ног.

Девчонку, Траста и Зила поволокло по снегу к входу в апартаменты колдуна. Жаждущие встречи с великим Роддом завистливо смотрели вслед. Их ничуть не смущал способ, с помощью которого троица проследовала вне очереди.