Вся Робин Хобб в одном томе - Робин Хобб

Грязную посуду мы убрали, но решили заняться ею позже, а сами вышли на крыльцо с чашками кофе в руках. Я впервые попробовал этот чужеземный напиток. Мне показалось, что на запах он лучше, чем на вкус, но я сразу почувствовал, как у меня прояснилось в голове. Как-то так получилось, что, продолжая держать в руках кружки с ещё теплым кофе, мы вместе спустились к ручью. Волк долго пил холодную воду, а потом мы отправились назад и остановились в саду. Шут перебирал бусины на амулете Джинны, а я рассказал ему, как она его мне подарила. Затем он легонько тронул пальцем колокольчик, и нежное позвякивание нарушило ночную тишину. Мы сходили к его лошади, и я закрыл дверь в сарай с курицами, чтобы ночью к ним никто не забрался. После этого мы медленно вернулись к дому, и я уселся на крыльцо. Не говоря ни слова, Шут отнес мою пустую кружку в дом.

Когда он вернулся, в кружке плескалось бренди. Шут опустился на крыльцо рядом со мной, волк устроился с другой стороны. Я сделал глоток бренди и погладил зверя по голове.

— Я не навещал тебя столько, сколько мог вынести, — вздохнув, сказал Шут, и его слова прозвучали как извинение.

— Когда бы ты ко мне ни приехал, я был бы рад тебя видеть, — удивленно ответил я. — Как же часто я задавал себе вопрос, что с тобой стало.

Шут серьезно кивнул.

— Я не приезжал, надеясь, что ты наконец обретешь мир и радость.

— И я их обрел, — заверил я его. — Я доволен своей жизнью.

— А теперь я вернулся, чтобы все это у тебя отнять, — сказал он, не глядя на меня.

Он смотрел в ночь, в тени, окутавшие деревья. Потом принялся болтать ногами, точно мальчишками сделал глоток бренди.

Сердце сжалось у меня в груди, я думал, что он приехал, чтобы просто повидаться.

— Значит, тебя послал Чейд? — осторожно спросил я. — Просить меня вернуться в Баккип? Я уже дал ему ответ.

— Правда? — Шут помолчал немного и принялся задумчиво болтать бренди в стакане. — Мне следовало догадаться, что он уже здесь побывал. Нет, друг мой, я не видел Чейда много лет. Но то, что он к тебе явился, подтверждает мои худшие опасения. Пришло время, когда Белый Пророк снова должен прибегнуть к помощи Изменяющего. Поверь мне, если бы был другой путь, если бы я мог оставить тебе мир и покой, я бы так и сделал. Честное слово.

— Чего ты от меня хочешь? — едва слышно прошептал я.

Но его ответ был таким же неясным и уклончивым, как если бы он по-прежнему оставался шутом короля Шрюда, а я бастардом, внуком короля.

— Мне нужно от тебя то, что было нужно всегда, с тех самых пор, как я узнал о твоем существовании. Если я хочу изменить течение времени и вывести мир на верный путь, заставив его свернуть с того, по которому он сейчас идет, мне потребуется твоя помощь. Твоя жизнь — это что-то вроде палки, которая нужна мне, чтобы выгнать будущее из норы.

Он посмотрел на мое недовольное лицо и рассмеялся.

— Я пытаюсь, Фитц, правда пытаюсь. Я стараюсь говорить как можно понятнее, но ты все равно не поверишь тому, что услышишь. Я прибыл в Шесть Герцогств к королю Шрюду много лет назад, чтобы предотвратить катастрофу. Я не знал, что нужно делать, только понимал, что должен. И что я обнаружил? Тебя. Бастарда, да, но наследника династии Видящих. В разных вариантах будущего, которые я видел, тебя не было, однако, когда я вспомнил предсказания моего народа, ты фигурировал в них, во всех до единого. В намеках и дополнительных упоминаниях, я всюду встречал тебя.

И потому я постарался сделать все, что было в моих силах, чтобы защитить тебя, спасти от смерти — впрочем, главным образом мои попытки сводились к тому, чтобы привлечь твое внимание к опасности, которая тебе угрожала. Я, подобно улитке, пробирался сквозь туман по узкому сияющему следу предвидения. И действовал исходя из знания о том, что должен предотвратить катастрофу, а вовсе не пытаясь что-нибудь создать. Мы обманули будущее — все его возможные варианты. Я посылал тебя навстречу опасности и вырывал из лап смерти, не думая о причиненной тебе боли, и твоих шрамах, и твоих несбывшихся мечтах. Однако ты справился, а когда страшные события в Бакке остались в прошлом, династия Видящих получила наследника. Благодаря тебе. И неожиданно у меня возникло чувство, будто я забрался на горный пик, возвышающийся над долиной, окутанной туманом. Нет, я не мог разглядеть того, что он скрывал, но словно парил над ним и видел вдалеке горные кряжи нового, возможного будущего. Будущего, зависящего от тебя.

Шут посмотрел на меня своими золотистыми глазами, которые, казалось, сияли в тусклом свете, падающем из открытой двери. Он просто на меня смотрел, и я почувствовал себя старым, а шрам от стрелы, попавшей мне в спину, вдруг так отчаянно заныл, что я на мгновение перестал дышать. А потом меня охватило темно-алое предчувствие, сродни страшной, мучительной боли. Я сказал себе, что просто слишком долго сидел в одном положении.

— Ну? — спросил Шут и посмотрел мне в лицо. В его глазах я увидел выражение, похожее на голод.

— Я бы выпил ещё бренди, — признался я, потому что каким-то непостижимым образом моя кружка опустела.

Он осушил свою и взял у меня из рук пустую кружку. Когда он поднялся, мы с волком последовали за ним в дом. Шут покопался в своей сумке и вытащил пустую на четверть бутылку. Я снова отбросил мысль, которая уже во второй раз пришла в голову: похоже, Шут волновался перед нашей встречей и пытался укрепить свою решимость при помощи спиртного. Он вынул пробку и наполнил наши кружки. А мне стало интересно, чего именно он боялся — самой встречи или того, что ему придется мне сказать. Наши с Недом стулья стояли у камина, но я и Шут опустились на пол у затухающего огня. Тяжело вздохнув, волк растянулся между нами и положил голову мне на колени. Я погладил его и неожиданно ощутил боль зверя. Тогда я провел рукой по его спине и принялся мягко массировать суставы. Ночной Волк тихонько зарычал, мои прикосновения заставили боль отступить — впрочем, не слишком.

Очень плохо?

Не твое дело.

Очень даже мое.

Если боль разделить, она не становится меньше.

А я в этом