Г 3 (СИ) - Игнатов Михаил Павлович "Аорорн"

Над головами полыхало, то и дело на нас сыпались остаточные воздействия: мелкие камни, огненные сгустки, капли кислоты. Затем явно выделился зелонский архимаг жизни, когда тут и там из монолитной каменной поверхности, из которой ноги големов высекали искры, полезли мелкие зелёные плети. Спустя каких-то десять секунд их стало столько, что бойцы начали путаться и падать. Рядом помянул тёмных Строй и ударил заклинанием прямо по нашему строю, окутывая солдат огнём по пояс. Раздались испуганные крики, Вид оскалился, отводя меч, но пламя тут же спало, оставляя парней целыми, а вместо зелени золу. Огневик верно рассчитал мощность наших амулетов, а запас силы в них уже восстанавливался: сейчас ряды роты перекрывало сразу два Истока. Так что Вид зря переживал — ещё не было и следа попыток зелонских эфирников ударить ментальным приказом. Да и магия — моё дело.

Ещё двести метров и послышалось сразу несколько голосов:

— Внимание!

Я тоже кричал, заметив в Сети жирные точки. Ещё одна атака химер. На этот раз мелких хитинистых тварей оказалось меньше, зато, обдирая бока о стены домов, на нас полезли настоящие гиганты: что-то, раньше — до того как до них добрались руки зелонских химерологов — бывшее жуками, а сейчас вымахавшее в десятки раз, обросшее костяными наростами и заполучившее огромный рог, которым они и попытались протаранить наш строй.

В этот раз маги не сдерживались. Короткий обмен взглядами с Ороем и в дело вступил я. Огневик был согласен со мной, что пламя или лёд будут не столь эффективны. Я не стал выдумывать ничего нового, просто до предела расширил готовые к использованию Разгоны. Расположил три в ряд, влил максимум, что только могло выдержать плетение Копья — и воздух над головами солдат стремительно разорвал огромный каменный снаряд, больше похожий на заострённое бревно.

Мастерство не подвело меня, Сах позволил точно поймать момент для нанесения удара: жук-химера в очередной раз склонил голову. Её огромный выпуклый нарост, как щит, прикрывал всё тело и стыки хитина. Вот только я нацелил удар точно в лоб, именно тогда, когда рог опустился, а пластина на мгновение замерла точно перпендикулярно линии заклинания. Всё получилось: огромное Копьё из псевдокамня не соскользнуло, проломив природную броню химеры. Вложенной в заклинание энергии даже хватило, чтобы осадить гиганта, остановить его разбег, едва ли не вбить башку в тело и до середины засадить Копьё в его внутренности.

А я с облегчением остановил наполнение второго заклинания, что должно было поднять на Зубья Земли эту тушу и выиграть мне немного времени. Мы вообще справились все. Ни одна из огромных химер не успела добежать до нашего строя, сломать его и сотни точек, что тут и там вспыхивали в Сети, откатились назад, в глубину улиц, остались в домах, продолжая наблюдать за нами и ждать следующей команды кукловодов.

— Да-ур! Да-ур! Да-ур!

Наша змея ускорила шаг, печатая его под команду.

Темп нарастал. Теперь рядом помянул тёмных уже Вид. Я понимал причину, сам видел, что в строю то и дело появлялись разрывы, люди спотыкались о куски копий и хитина тварей, делали шаг чуть не в ногу. Движение в строю вообще одно из самых сложных упражнений, особенно для такой сборной армии как наша. Мы ведь ещё не притёрлись, не почувствовали плечо соседа, как говорил мастер Версус.

Но понимал я и спешку: сам ощущал, как секунды буквально утекают из наших рук. Эти проклятые химеры лишь пытались нас задержать.

Словно услышав мои мысли, гнилые точки рванулись на наши ряды. В этот раз им отвечали лишь залпы метателей — один, другой. Команды остановиться и перестроиться для отражения атаки так и не последовало, зато разнёсся крик связистов, в который вплетался и голос Ларии:

— Маги! Удар!

Вовремя я решил ограничить Сах. Но нашлись и те, кто по-прежнему был в нём слишком глубоко, уж очень слаба оказалась наша атака. Хотя, хвала Создательнице, хватило и этого. Мне понадобилось два удара: подготовленный, висящий наготове Град и наспех активированный Конфликт. А вот Строй, державший другую сторону, справился за один, на этот раз использовав ещё грань своего таланта — отбор тепла из окружающего пространства. Здравое решение. У некрупных химер мгновенно проморозило лапы и за пару скачков они их просто переломали, оставшись лежать живыми, но беспомощными.

Все верно, нам нужно было спешить. Каждая минута — это дополнительные сотни тёмных у портала, ещё один сбитый в строй отряд врагов, ещё один маг, занявший своё место за их спинами.

И, конечно, мы не успели. Пусть будут прокляты все Тёмные Демиурги, использующие свой дар лишь для получения силы. Пусть лишатся они всего, что у них есть, когда Создательница сотрёт их в пепел!

На строй фемы обрушились десятки плетений. Выигрыш ещё был на нашей стороне: архимаги уничтожили большую часть заклинаний, не сумев задержать лишь несколько десятков. Всего лишь рангов бакалавров и мастеров. Годы назад, столкнувшись с первой зелонской некротварью, я не понимал принципов плетения и не видел уязвимых, важных точек, разрушение которых сломало бы его, а не мгновенно активировало.

Сейчас, поднявшись на ступень в магическом искусстве, я видел их отчётливо. Вот только ударить небольшим количеством силы, рассекая в нужных местах так, чтобы смертоносное плетение распалось на безобидные куски, безвредно вернув миру вложенную ману, не мог. Не мне, с повреждёнными каналами, лишившемуся возможности тонких воздействий, такое проворачивать. Изящная магическая дуэль по всем правилам теперь не моя стихия. Вот в мастерской, затратив вчетверо усилий и времени, пользуясь придуманными заклинаниями-костылями — я могу сплетать тонкие и изящные вязи в артефактной основе, хотя при этом всё равно ощущаю себя калекой, которому вместо пальцев оставили короткие толстые обрубки и посадили заниматься вышиванием. Но разве можно сравнить спокойствие мастерской и лихорадку сражения, где нужно в долю секунды нанести игольчатые удары в заклинание врага? Здесь не поможет и тягучее, как смола, время Саха.

У меня теперь другой путь.

Преждевременная активация, неверное рассечение, что лишь ослабит удар? Пока заклинания не достигли наших рядов, пока броня бойцов подпитывается Истоками, плевать и на то, и на другое. И я ударил навстречу чужим плетениям десятком разрушающих заклинаний, что были в несколько раз грубее обычных, зато и вливая в них впятеро больше силы, чем тот же Строй.

Зато и хватило моего удара на большее: разрушилось первое заклинание тёмных, второе, а мои клинки словно и не заметили его на своём пути, устремляясь к следующему. И тут наконец полыхнуло: встреча с новым плетением тёмных словно спустила болт с ложа метателя. За десяток метров от наших первых рядов в воздухе проявилось больше сотни сосулек, толщиной в бедро мужчины. Миг повисев, они рухнули вниз.

Хорошо, что мы ещё не подошли на расстояние накладываемых на местность заклинаний. Когда нам на голову начнёт падать такое… щиты не спасут, как не спасает броня химер от моего Града клинков.

— Ур, ур, ур!

Мы не сбавляли ход, под ногами хрустел лёд, мешая и ещё сильнее ломая наши ряды. Лишь големы шагали, невозмутимо круша каменными подошвами псевдоматерию. Но и конец пробитой сквозь дома дороги уже был отчётливо виден и дальше нам нужно будет пройти по улицам до площади. Не так уж и много осталось до горящей над домами арки портала.

Но даже в Сах я не успел этому порадоваться. Несколько секунд — и конец просеки перегородила стена чужих щитов. Ещё миг — и она блеснула обнажённой сталью. Ещё мгновение — и в нашу сторону полетели сотни стрел и десятки уже проявленных заклинаний. Те самые простые, односоставные плетения, которым я так и не изменил, достигнув ступени полноценного мастера. Неважно как они назывались у тёмных — нет разницы бойцу, когда в его сторону летят клубки пламени, огромные булыжники и рассекающие воздушные диски, как называется его смерть.

На её пути встали десятки Стен из раздела общей магии, доступных всем магам, несколько сияний защиты от магии равных мне мастеров. Но этого оказалось мало…