Вся Урсула Ле Гуин в одном томе - Урсула К. Ле Гуин

была теплая, ветреная, дожди уже кончились, вовсю стрекотали кузнечики, пятна лунного света на траве были похожи на белые озера. О, это была прекрасная ночь! Но иногда бывает, что на Танец Луны идет дождь. Тогда натягивают большой тент на шестах над всей городской площадью, и люди выходят и танцуют, однако заниматься любовью не слишком приятно — сыро и холодно, и в темноте даже трудно рассмотреть, кто там рядом с тобой. Мне больше всего нравится, когда при свете яркой луны всех хорошо видно и узнаешь каждого, и все-таки люди всегда бывают в эту ночь иными, потому что они находятся под влиянием Луны. Но когда небо в облаках — это все равно что ласкать совсем незнакомого мужчину среди других незнакомцев. Может быть, кому-то и нравится, но не мне. Мне нравится этот Танец, когда луна светит ярко!

Любой человек, если хочет, может танцевать Танец Луны каждую ночь или только одну, любую ночь из тех девяти, пока продолжается праздник. В первую ночь, в Ночь Полнолуния, народу на площади обычно больше всего, но если идет дождь, а небо проясняется лишь в одну из последующих ночей, то именно тогда может собраться целая толпа желающих потанцевать. В течение последующих ночей мужчины часто уходят танцевать в другие города. Если же ты попробуешь сделать это, то скорее всего окажешься в обществе мужчины, которого совершенно не знаешь. Ты должна тогда непременно выяснить, из какого он Дома, однако если с этим все в порядке, то ты поступишь неправильно, если ему откажешь. По правилам, если уж ты вышла танцевать, то не выбираешь и не отказываешь.

В течение восьми последующих ночей музыканты не выходят из хейимас до рассвета, а спать ложатся где-то сразу после обеда. За распорядком следят мужчины из Дома Обсидиана; они отвечают за весь этот праздник. Единственное серьезное беспокойство обычно причиняют пьяные. Как назло, среди людей всегда находится какой-нибудь старый охотник, который никак не может заставить стоять свой член и вовсю старается взбодрить его с помощью вина, но потом, естественно, у него и вовсе ничего не получается, и он напивается еще больше и совсем теряет рассудок, и тогда мужчинам, отвечающим за проведение праздника, приходится выкупать его в пруду или запереть в пустом амбаре, пока он не утихомирится. Была у нас тут, в Синшане, одна такая женщина, Бархатец из Дома Змеевика, которая вечно напивалась во время Танца Луны и никак не желала стоять на месте, как то полагается по правилам; если при ней не оказывалось ни одного мужчины, она непременно отправлялась на охоту и добывала себе кого-нибудь. Я думаю, каждого мальчишку в Синшане, который был слишком застенчив, чтобы подойти к женщине, которую действительно желал, непременно засасывало это старое болото во время Танца Луны. Однако особого вреда это юнцу не причиняло, ну а сама Бархатец зато получала удовольствие сполна! Во время Танца Вина она обычно слонялась повсюду, приговаривая: «Если я пью во время Танца Луны, то почему бы мне не заняться любовью во время Танца Вина?» И я подозреваю, что она таки занималась ею вовсю, не меньше, чем пьянствовала. Она была уже очень старой, когда перестала участвовать в Танце Луны, — лет семьдесят, а то и больше. И вскоре после этого она умерла.

Но, много или мало танцевали люди в течение девяти дней Танца Луны, на десятую ночь всему этому безумию дается обратный ход. Наступают безлунные ночи. К вечеру, когда солнце еще только начинает скрываться за вершинами гор, женщины собираются на городской площади, туда же приходят и музыканты. Женщины с песнями Темной Луны доходят до Стержня и до хейимас Обсидиана и возвращаются обратно.

Мужчины ждут их на площади для танцев. На десятую ночь они одеты в красивые одежды, главным образом черные или же, по крайней мере, в черные жилеты, расшитые серебром, — некоторые из этих жилетов, говорят, были специально изготовлены для Танца Луны и пережили более десяти поколений. Все мужчины с обнаженными головами и босые. Некоторые из них проводят древесным углем широкие полосы через все лицо от верхней губы до нижних век и от уха до уха. Они выглядят замечательно, главное — загадочно. Они встают в кружок лицом к женщинам, и когда женщины перестают петь, запевают мужчины. Они поют очень низкими голосами, точно так же, как перед началом праздника. Все это древние слова, только теперь слово мейян звучит как бы наоборот — на йем, что означает «берег реки», так что эти песни и называются «Берега Реки». Мужчины стоят и поют, а музыканты отбивают им ритм на барабанах. Женщины стоят, выстроившись в одну линию, и слушают. Они молчат и не танцуют.

Когда спеты «Берега Реки», женщины одна за другой спускаются в хейимас Обсидиана, в помещение Общества Крови, и моют руки и глаза в Лунном Бассейне, а потом идут домой. Мужчины, если хотят, остаются на площади для танцев и поют под рокот барабанов или же спускаются вниз и моются в Ручье Синшан. Потом и они идут домой. Танец Луны окончен.

Кое-что, совершаемое во время праздника Луны, не относится к священным ритуалам, это просто привычка, традиция. В Синшане, например, если какой-то мужчина хочет, чтобы определенная женщина именно с ним танцевала в эту ночь, он приходит к ней днем и дарит цветок сей. Мы однажды здорово веселились, когда какой-то дряхлый старец из Дома На Вершине Холма подарил моей матери целый букет сей, штук двадцать или тридцать. Она сказала: «Ну как я могу отказаться танцевать с таким замечательным человеком!» А в Мадидину, где я жила, когда вышла замуж, мужчины цветов не дарят, а среди бела дня отправляются вместе с женщинами купаться в Реке На.

Песни Темной Луны

Исполняются женщинами в последнюю ночь Танца Луны

Черная овца впереди,

а за ней ее ягненок.

Закрылись Небеса.

Хей хейя хей,

Дом Обсидиана,

дверь его закрыта.

Женщина Обсидиана

вскормила того ягненка

в темной овчарне.

Хей хейя хей,

дверь Дома Луны

черна, ох черна!

Сгусток крови, сгусток крови,

черный кровяной комок,

ах, черный комок священный,

я исторгла тебя с кровью.

Сверкающая, сияющая

белизна сверкающая,

сияющая белизна,

белая сияющая луна!

Согласие даю,

и эта кровь согласна,

и эта кровь черна.

Она течет сама собой.