Весь Дэвид Болдаччи в одном томе - Дэвид Балдаччи

Речь идет о моей семье. И прежде всего обо мне.

— Да, конечно, — коротко ответила она.

— Но, что вас сюда привело? Вы сказали, что являетесь агентом ФБР?

— Так и есть. Я в Бюро уже более десяти лет.

— Как быстро бежит время.

— Я здесь из-за моей сестры.

Бритта заметно расслабилась.

— Вашей сестры? — Она перевела взгляд с Блюм на Пайн. — Ее сумели… отыскать?

И вновь Пайн показалось, будто она получила удар в живот, усиливший ее личную связь с расследованием. Она вдруг обнаружила, что какая-то ее часть предпочла бы сосредоточиться на убийстве неизвестной молодой женщины. Она могла заниматься этим делом профессионально и отстраненно, не внося в работу ничего от себя.

— Нет, и я приехала сюда именно по этой причине, — ответила Пайн. — Я пытаюсь выяснить, что тогда произошло.

Бритта сложила руки на груди.

— После стольких лет? Почему бы и нет? Наверное, я бы поступила так же, если бы речь шла о моей сестре. — Казалось, она одернула себя. — О, пожалуйста, заходите.

Она распахнула входную дверь и жестом предложила им войти.

Вестибюль состоял из трех уровней. Пайн окинула взглядом внутреннее убранство, стекло и металл. Несмотря на деревья вокруг дома, здесь было полно света. Пространство пола оставалось открытым, и, несмотря на многочисленные светильники и сделанную на заказ мебель, отсюда открывался великолепный вид на гостиную. Толстые разноцветные ковры разбивали крупные плитки пола с узорами в виде отпечатков ископаемых животных.

— Ого, — только и сказала Блюм.

— Да, это обычная реакция, — заметила Бритта. — Но вы упомянули Джека Лайнберри. Если вы побывали у него в поместье, то видели, что там все в три раза больше и полно самых современных гаджетов.

— Да, мы были у него, — сказала Блюм, — и его дом это нечто. Обе ваши семьи добились многого.

— Ну, наш успех связан с успехом Джека.

— В каком смысле?

— Хотите кофе?

— Да, конечно.

Бритта отвела их на территорию кухни, откуда открывался вид на противоположную часть поместья с большим бассейном и гостевым домиком, который по стилю совсем не соответствовал основной резиденции. Он был облицован деревом и выкрашен в серый цвет, с высокими башенками, крыльцом из штакетника и площадкой с перильцами на крыше. Здесь также находился гараж на шесть машин с вымощенной плиткой площадкой перед ним и зона барбекю с встроенным грилем и самыми разными приспособлениями из нержавеющей стали.

Пайн подумала, что для «Архитектурного дайджеста» визит сюда стал бы счастливым днем.

Как только они вошли в комнату, появилась латиноамериканка, одетая в форму горничной, со шваброй и ведром в руках. Увидев трех женщин, она удивилась.

— О, Калинда, извини, к нам неожиданно пришли гости. Ты можешь пока поработать в другой части дома? Благодарю.

Калинда, которой было за пятьдесят, худая, с седыми волосами, молча кивнула и поспешно вышла из комнаты. Бритта посмотрела ей вслед.

— Это была идея Майрона, — сказала Бритта. — Нанять ее. Я говорила ему, что справлюсь с домом сама.

— Но здесь такие большие площади, — заметила Блюм. — Помощь вам наверняка не помешает.

— Вы правы, — согласилась Бритта. — И я знаю, что Калинда отправляет деньги домой, в Гватемалу. Возможно, она здесь нелегально, но эти люди заслуживают право на жизнь. И она работает очень старательно.

Бритта налила в кофейный автомат воду и указала в сторону гостевого домика.

— А это мой вклад, — сказала она. — Я провожу там довольно много времени. Большой дом слишком холодный и антисептический на мой вкус.

Она принесла кофе на стол, выходивший на задний двор, и все сели.

— Итак, Джек Лайнберри, — напомнила Пайн.

— Да, — кивнула Бритта. — Ну, наверное, он вам говорил, что владеет весьма успешной инвестиционной компанией. Он опирается на компьютеризированную торговлю, быструю покупку и продажу акций и других вложений. Я не стану делать вид, что понимаю, как это работает, но, если коротко, успех основан на скорости — более высокой, чем способны выдать индивидуальные трейдеры. А Майрон компьютерный специалист мирового класса. Он объединил алгоритмы и коммерческие программы, чтобы усилить инвестиционный бизнес Джека. Нечто похожее он сделал в своем офисе в шахте по добыче бокситов, хотя в те времена алгоритмы не имели такого огромного значения, как сейчас. Именно так Джек и Майрон познакомились.

— Ну, очевидно, у них неплохо получилось, — заметила Блюм.

— А где ваш муж? — спросила Пайн.

— Майрон настоящая сова. Ночью он почти не спит, ложится утром, встает только к середине дня и требует зав-трак. — Она немного печально улыбнулась, как показалось Пайн. — Наверное, гениям следует позволять маленькие особенности поведения, — добавила Бритта.

— Да, конечно, — сказала Блюм.

— Итак, как я могу вам помочь?

— Я удивлена, что Лайнберри не рассказал вам о нашей встрече, — сказала Пайн. — Ваш адрес я получила от него. Но он не дал мне ни вашего номера телефона, ни адреса электронной почты.

— Ну, он просто не мог, — ответила Бритта. — У нас их нет.

— У вас нет ни того, ни другого? — удивленно переспросила Пайн.

— Майрон отказался от телефона и электронной почты, — устало сказала Бритта. — Он считает, что это опасно. Слишком многие могут использовать их против нас. Ну, вы знаете, чтобы шпионить.

— Еще одна особенность гения?

Бритта улыбнулась в чашку с кофе.

— Да, их у него немало.

Пайн сделала глоток кофе и наклонилась вперед, поставив локти на стол.

— По разным причинам я решила, что пришло время продвинуться вперед в расследовании исчезновения моей сестры.

— Хорошо, — сказала Бритта — теперь ее лицо выражало полное внимание.

— Я долгое время считала, что человек, похитивший Мерси, забрался в нашу спальню через окно.

— Через окно? Я не знала.

— Очевидно, полиция мне не поверила, ведь я получила травму головы, — продолжала Пайн.

— Она едва вас не убила. Бедняжка. Вы долго пролежали в больнице. И Джулия ужасно за вас беспокоилась.

— Она уже потеряла одну дочь и боялась лишиться второй, — сказала Пайн, наблюдая за реакцией Бритты.

— Да, наверное, это одна из причин.

— Вот только я уже не так уверена, что похититель проник в нашу спальню через окно.

Бритта ахнула.

— Я… не понимаю, — пробормотала она.

— Теперь я считаю, что он попал к нам в комнату через дверь, из чего следует, что сначала он прошел по дому.

— Но ваши родители? Разве они бы…

— Мои родители… в то время были недееспособны. Я думала, вы знали.

— Прошло столько лет, Ли. У меня хорошая