Весь Дэвид Болдаччи в одном томе - Дэвид Балдаччи

— Но никто точно не может сказать, что когда-либо действительно видел эту таинственную даму.

Лицо Джексона искривилось.

— Да, верно. Откуда ты знаешь это?

Соер глубоко вздохнул.

— Рэй, ты как маленький ребенок играешь в испорченный телефон. Кто-то выкладывает тебе что-то, ты передаешь это следующему, он еще кому-то и так далее, пока информация не возвращается к тебе. Или же ходят какие-то слухи, распространяясь как круги на воде, и все начинают верить им, словно Библии. Каждый готов поклясться, что лично видел что-то, но все это выдумки.

— Черт, ты прав. Моя бабушка читала «Стар». Она верила каждому напечатанному там слову и рассказывала так, словно сама видела в пригородном поезде Лиз Тейлор вместе с Элвисом Пресли.

— Правильно. Но в этом нет ни капли правды. Люди рассказывают все что угодно, верят сами себе потому, что читали или слышали об этом. Их трудно переубедить в обратном, когда они слышали что-то от нескольких лиц.

— Ты говоришь…

— Рэй, я не верю, что светловолосая любовница вообще существовала. Более того, думаю, ее изобрели с определенной целью.

— С какой целью?

Перед тем как ответить, Соер глубоко вздохнул.

— Чтобы скрыть тот факт, что Артур Либерман и Стивен Пейдж были любовниками.

Джексон рухнул на стул, изумленно глядя на Соера.

— Ты не шутишь?

— Возьмем фотографию Пейджа, которая стояла в квартире Либермана рядом с фотографиями его детей. Любовные письма, которые мы нашли. Почему они не подписаны? Почерк на счете похож на почерк Стивена Пейджа. И последнее, но не менее важное обстоятельство — Пейдж стал миллионером, получая жалованье простого служащего. Это возможно, если спать с голубым, сделавшим миллионерами многих людей.

— Да, но зачем изобретать историю о любовнице? Она не укрепляет репутацию председателя Фонда.

Соер покачал головой.

— Кто знает, Рэй, так ли это важно для репутации в наше время. Если бы это было так, то большинству политиков этой страны пришлось бы собрать свои вещи и отправиться домой. Не помешало же ему это обстоятельство занять высокое кресло в Федеральном резервном фонде. Но подумай, что случилось бы, если бы обнаружилось, что Либерман гомосексуалист и имеет любовника чуть ли не вдвое моложе себя. Имей в виду — во всем мире нет более консервативной финансовой системы, чем в нашей стране.

— Понятно, его бы не стали долго держать. Тут сомнений нет. Но поговорим о двойных стандартах. Можно заниматься адюльтером до тех пор, пока это касается противоположного пола.

— Правильно, надо придумать ложную гетеросексуальную связь, чтобы прикрыть настоящую — гомосексуальную. К такому привыкли мужчины, занимающие ведущие позиции в Голливуде и не находящие ничего привлекательного в связи с лицом противоположного пола. Устраиваются фальшивые браки. Все притворяются, чтобы уберечь прибыльную карьеру. Репутация Либермана была подмоченной, но он носил обручальное кольцо. Его жена, вероятно, знала обо всем. А может быть, не знала. Но ей хорошо платили. Поэтому она держала язык за зубами. А сейчас она глубоко в земле, и никто не проболтается.

Джексон потёр лоб.

— Черт знает что.

Он озадаченно посмотрел на Соера.

— Если так, то смерть Стивена Пейджа произошла в результате самоубийства. Убивать его не было никакого смысла.

Соер покачал головой.

— Причин, чтобы убить его, было много.

— Какие, например?

Соер не торопился с ответом, взглянул на свои руки и тихо сказал:

— Хочешь при помощи научного эксперимента узнать, как Стивен Пейдж приобрел вирус иммунодефицита?

У Джексона округлились глаза.

— Либерман?

Соер не поднимал головы.

— Интересно выяснить, была ли у Либермана положительная реакция на вирус иммунодефицита.

Вдруг в голове Джексона все прояснилось.

— Если Пейдж знал, что он приговорен, то зачем молчать?

— Верно. Полученная от любовника смертельная болезнь не располагает к лояльности. Стивен Пейдж держал в руках карьеру Артура Либермана. Кажется, в моей записной книжке отмечено достаточно преступлений с подобными мотивами.

— Похоже, этот случай придется рассмотреть с совершенно новой точки зрения.

— Согласен. У нас множество предположений, но нет ничего, что можно было бы представить обвинению.

Джексон встал со стула и начал приводить в порядок папки.

— Так ты и в самом деле считаешь, что Либерман убил Пейджа?

Не получив ответа, Джексон повернулся к Соеру и увидел, что тот задумчиво смотрит в небо.

— Ли?

Соер наконец обратил на него внимание.

— Я так никогда не говорил, Рэй.

— Но…

— Увидимся утром. Отдохни немного. Тебе это необходимо.

Соер поднялся и направился к выходу из конференц-зала.

— Мне надо еще кое с кем пообщаться, — сказал Соер.

— С кем?

— С Чарльзом Тидманом, президентом Федерального резервного банка в Сан-Франциско. Либерману так и не удалось поговорить с ним. Думаю, кому-то пора с ним встретиться.

Соер оставил Джексона, склонившегося над грудой папок, и почувствовал головокружение.

Глава 48

Сидней Арчер поднялась с пола. Чувство безнадежности и страха отступало, его место занял сильный порыв — выжить. Она отперла один из ящиков стола и вытащила свой паспорт. Ей приходилось срочно выезжать за рубеж по юридическим делам.

Однако теперь причина такой поездки была бы сугубо личной — спасение собственной жизни. Она вошла в соседний кабинет. Он принадлежал молодому помощнику, яростному болельщику команды «Атланта Брейвс». Добрая часть полок отражала эту приверженность. Она схватила бейсбольную кепочку, подняла свои длинные волосы и заколола их, натянула на лоб кепку.

Она решила проверить свою сумочку. К ее удивлению, бумажник все еще был набит стодолларовыми купюрами, оставшимися после поездки в Новый Орлеан. Убийца не взял деньги. Выйдя из здания, она остановила такси, назвала адрес, и когда машина тронулась, поудобнее устроилась на сиденье. Она осторожно вытащила из кармана револьвер Голдмана 32-го калибра, засунула его в кобуру на поясе, которую ей дал Соер, и застегнула плащ.

Такси остановилось перед «Юньен Стейшн», Сидней вышла. Она бы не смогла пройти в аэропорт с пистолетом, но, путешествуя поездами «Амтрак», ей не надо было этого бояться. Ее первоначальный план был прост: скрыться в безопасном месте и обдумать все. Она собиралась позвонить Ли Соеру, но понимала, что после этого ей не освободиться от опеки ФБР. Вся беда в том, что она хотела помочь своему мужу. Поэтому сказала ФБР неправду. Сейчас это кажется глупым, но тогда ей ничего больше не оставалось. Она должна была помочь мужу. А теперь? Ее пистолет остался