Предел выживания (СИ) - Николай Александрович Метельский

на деле потратили чуть больше получаса. Прям даже удивительно. По пути на мостик, да и, в принципе, за всё время, что мы лазаем по «Аскалону», на нашем пути встречалось не так уж и много тел. Мы, конечно, проверяли жизненные показатели на их скафандрах, но ни одного живого так и не нашли. Но главное, именно в количестве трупов, мало их было, а вот на мостике, куда мы с Гадельтом попали через огромную дыру в углу помещения, плавали сразу пара десятков тел.

— Проверь остальных, — сказал я Гадельту.

Отвечать он не стал, молча направившись к ближайшему телу. Ну а я приблизился к креслу капитана, на котором по-прежнему сидел де Соуза. Точнее, как сидел — висел на ремнях. Ухватив его за руку и чуть её повернув, посмотрел на показатели встроенного в скафандр браслета. Вау, он живой и даже показатели всё ещё оранжевые. Не зря сюда тащились.

— Марич, тут выжившие, — сообщил Гадельт.

— Де Соуза тоже жив, — произнёс я в ответ.

— Похоже, сегодня не только мне везёт, — произнёс он, толкая одно из тел в мою сторону. — Подержи этого, я остальных проверю. А лучше помоги.

На капитанском мостике мы задержались недолго, обнаружив ещё двух выживших. В итоге, у нас на руках оказалось четыре тела, возвращаться с которыми будет довольно сложно. Я уж не говорю о том, как мы их будем в сторону шаттла кидать. Если промахнёмся, придётся кэпу маневрировать. На обратный путь затратили час, благо все нужные двери были вскрыты, а завалы разобраны. Но всё равно было неудобно, из-за чего мы так долго и возвращались. А под самый конец, когда нужно было кидать тела в шаттл… Короче, скажу так, кидаться телами, находясь на корпусе движущегося остова корабля, та ещё задачка. Я так и не рискнул это сделать. В итоге, мы с Гадельтом ухватили по телу ногами и по телу в руку, потом Гадельт ухватил уже меня, ну а я с помощью крюк-кошки добрался до самого шаттла.

— Мы внутри, Дэн, — произнёс я на взводном канале. — Неси нас домой.

Глава 20

Битва у планеты ИС375956309БВ завершилась на девятый день. Точнее, как завершилась — два флота разошлись по углам и решали, что делать дальше. Флот кентавров расположился на орбите планеты, а наш флот висел на некотором удалении от неё. При этом, стоит заметить, что несмотря на колоссальные потери с обеих сторон, сил и у нас и у кентавров было ещё предостаточно. Тысяча сто четырнадцать кораблей от корвета и выше у нас и примерно тысяча четыреста у кентавров. Дарахийский флот потерял около шести сотен кораблей, а мы около семисот. Собственно, из-за таких потерь два флота и не стремились вновь сойтись в битве. Кентаврам это было не очень-то и нужно, они своих целей добились, а мы физически не могли отбить планету обратно. Так что продолжать битву — это зазря терять корабли и людей. А мы их и так за неделю потеряли около миллиона.

На самом деле, цифры погибших сумели пронять даже мою зачерствевшую за шесть лет службы душу. Одна неделя, да пусть даже восемь дней, и один миллион умерших — это как-то слишком крутовато. Хотя цифра, естественно, взята навскидку, но семь сотен погибших кораблей, на которых служат от трёх сотен до пяти тысяч человек только флотских, плюс десант, то где-то миллион и получается. Я даже у Афины уточнял количество наших потерь, но у неё нет доступа к флотской сети, так что точных цифр не знает и она.

По итогу спасательной операции адмирал Наварро официально занёс мне в дело благодарность и лично намекнул, что этим дело не ограничится. Да я бы и удивился, если бы ограничилось, всё-таки мы, как ни крути, помимо Сехмет вытащили и капитана де Соуза. Ну и ещё трёх офицеров. За подобное нас обязаны как-то наградить. Эти спасённые, к слову, почти померли, пока мы везли их обратно. Хорошо, Смит обратил внимание на уровень воздуха в их скафандрах. Вот уж была бы лажа, если б они задохнулись.

После возвращения на «Хофунд» я с парнями, можно сказать, выпал из службы. Всё, что мы делали, это ели, спали, поддерживали физическую форму. И никаких дежурств. Всё-таки, помимо нас на борту не было ни одного армейца, а десять десантников и один Прайм ну никак не потянули бы дежурные посты. Разве что, раскинут нас по одному человеку, но это было бы скорее издевательством, но даже так нас бы не хватило на все посты и смены.

От нашего батальона, к слову, осталось довольно многое. Правда, в основном раненых. В данный момент все члены нашего подразделения раскиданы по нескольким кораблям, но благодаря Афине, которой было несложно разослать кучу запросов, я знаю, что из наших выжило двести один человек. Включая тот десяток, который сейчас на «Хофунде». Когда узнал об этом, испытал смешанные чувства. С одной стороны половина батальона погибла, а с другой — половина выжила. Учитывая тот замес, из которого мы выбрались, это очень хороший результат. Кортес жив и даже не ранен, Батлер в коме, Васкес и Шатц живы, пусть и находятся в медблоке. Мой взвод потерял пятерых, у остальных ранения разной степени тяжести. Взводы Кортеса и Батлера потеряли половину состава. Четвёртая рота уничтожена полностью вместе со своим командиром, и среди офицеров, на данный момент, это единственная безвозвратная потеря. Шатц, Васкес, Бауэр, Ольсен хоть и ранены, но всё ещё живы, правда с Бауэром всё сложно, он может и умереть. Короче, практически весь наш батальон сейчас состоит из раненых, на ногах только парни, что со мной и пара десятков на других кораблях.

В казарме было пусто. Пусто и тоскливо. В голову постоянно лезли цифры общих потерь, мне от всего этого даже в сержантской каюте находиться было некомфортно, так что, в основном, время проводил со своими парнями. Не знаю, что было у них на душе, а вот я постоянно испытывал злость и тревогу. Да, поначалу, после возвращения, я скорее радовался тому, что всё закончилось, но время шло, и я волей-неволей прокручивал в голове сложившуюся ситуацию, которая мне очень не нравилась. Ведь получалось так, что войну мы рано или поздно проиграем. Ну или она будет длиться десятилетиями, а наши потери будут исчисляться десятками миллионов человек. А потом мы всё равно проиграем. А всё, чёрт побери, из-за этой грёбаной планеты! Проблема в том, что дарахийцы с технической точки зрения более высокоразвитая цивилизация, и они, как мне кажется, точно смогут увеличить процент выживших внутри Сферы. Как только это произойдёт, СНП столкнётся с армией псиоников, и даже если эти псионики будут слабаками, вроде меня, а я объективно слабак по сравнению с полноценными