Эльфы. Во власти тьмы - Джеймс Баркли

— Разумеется, мы в силах остановить надругательство людей над нашим лесом. Но за каждого убитого нами человека в Исанденете умирает невинный эльф. И я несу ответственность и за их жизни тоже, как и за всех свободных представителей нашего народа.

Серрин окинул его равнодушным взглядом и пожал плечами.

— Когда в городах не останется рабов, кому они будут мстить тогда?

— Посмотри чуть дальше своих охотничьих угодий, — резко бросил Ауум. — Когда в городах исчезнут рабы, эльфов останется слишком мало, чтобы возродить нашу нацию. Нам нужны и они, и катураны, иначе мы просто вымрем.

— Иниссулы бессмертны.

Ауум взглянул Серрину в лицо, и охватившая его печаль была очень похожа на скорбь.

— Ты же не веришь в то, что иниссулы сумеют выжить в одиночку. Ты был Молчащим Жрецом, адептом гармонии, и уважительно относился ко всем кланам.

— Взгляни на наш лес, — ответил Серрин. — Взгляни на то, с какой быстротой пожирает его зараза. Люди убьют нас, так или иначе. Придет тот день, когда твои слова уже не смогут остановить Обращенных. Надеюсь, ты поддержишь нас, когда это время придет.

Ауум смотрел, как Серрин со своей пантерой легко и беззвучно спускаются по узкой тропинке к лесу. Наступала ночь, накрывая бархатным пологом весь ужас человеческих преступлений. Ауум остался и вознес молитву Иниссу, прося наставить его на путь истинный, пока солнце вновь не поцеловало землю и не отпрянуло в страхе при виде представшего ему кошмара.

Глава 1

Минуло сто пятьдесят лет, и настало время остановить медленную смерть.

Ауум опустился на корточки, резким взмахом руки показав своим Тай, чтобы они последовали его примеру. Здесь, у самой земли, в густых зарослях подлеска, было слышно лишь приглушенное эхо бурной животной жизни, ликующей наверху, в зеленом покрове. И потому посторонние звуки доносились особенно отчетливо.

Ауум повернул обратно к храму в Аринденете. Встревожившие его колебания воздуха докатились издалека, и никто из пятерки тех, кто сейчас смотрел на него, не уловил их, хотя все эти юноши и девушки подавали большие надежды. Вскоре им предстояло стать полноправными членами боевых звеньев ТайГетен, а через десяток-другой лет — возглавить их.

Ауум внимательно всматривался в их лица, замершие в ожидании его команды. Глаза их сияли — еще бы, он оказал им великую честь, согласившись стать их учителем и наставником. Их неприкрытое восхищение изрядно смущало его, но они были хорошими слушателями. Маскировочная краска была нанесена на их лица безупречно, с должным уважением к Иниссу, отцу всего живого, Бииту, богу корней и ветвей, и с соблюдением всех ритуалов воина ТайГетен.

Ни один из них не проявлял ни малейших признаков страха. Ауум знал почему: потому что с ними был он. Тот самый Ауум, который сражался с гаронинами и остался жив. Ауум, который отыскал Такаара и дрался рядом с ним, чтобы освободить эльфов Исанденета. Ауум, архонт ТайГетен. Бессмертный.

— Но по-прежнему уязвимый, — пробормотал он. Им должно быть так же страшно, как и ему. — Что вы слышите?

Все они напрягли слух, пытаясь распознать то, что уже уловил их наставник. Он знал, что они делают: пытаются отсеять обыденные звуки, издаваемые подданными Туала. Не должны его ученики обращать внимание и на шум легкого ветерка, и на шорохи опадающих листьев, и на стук капель дождевой воды, падающих на землю. Именно оставшиеся звуки приводили Ауума в содрогание.

— Для птицы это что-то чересчур большое, — сказала Элисс, лучшая из них. Она обещает вырасти в великую воительницу. — И их много.

— Сколько? — поинтересовался Ауум.

Элисс вновь склонила голову к плечу и прислушалась.

— Двадцать.

— Двадцать два, — поправил ее Ауум и обернулся к остальным. — Блестяще. Все согласны?

Трое его учеников ТайГетен согласно кивнули.

— Мне стыдно, но я ничего не слышу, — признался Малаар, опуская глаза.

Ауум улыбнулся.

— Здесь нечего стыдиться. Но нас ждет бой. Элисс услышала магов, летящих на крыльях, сотканных из теней. Они направляются в Аринденет, и нам надо постараться опередить их. Дистанция пять шагов друг от друга. Атакуем по моей команде. Тай, вперед.

С каждым шагом Ауум все явственнее ощущал приближение врага, словно тот подкрадывался к нему со спины. В скорости передвижения в лесу с ТайГетен могли поспорить только пантеры. А вот наверху, там, где не было густой растительности, где путь не преграждали цепкие лианы и предательские корни, люди могли перемещаться быстро и бесшумно.

Однако врага выдал гомон птиц, обитающих в кронах деревьев. В чистом небе раскатился пронзительный клекот ястреба. Туканы разразились отрывистыми криками и тут же смолкли, когда на их гнезда пала тень чужих крыльев.

Чуть ниже в мелодичную перекличку гиббонов вплелись нотки отчаяния, когда они попытались утвердить свое право на принадлежащую им территорию, почуяв приближение нового опасного врага. Птицы, звери и рептилии пришли в состояние крайней тревоги, и лес наполнился визгом, рычанием и шипением. В каждом звуке слышался призыв спасаться бегством или затаиться.

Ауум посмотрел вправо. Элисс, казалось, не касаясь земли, скользила по густому подлеску. Походка ее была легкой и стремительной, листья и ветки не колыхались, пропуская ее, и дыхание девушки оставалось спокойным и размеренным. Когда ТайГетен находились на удалении в сто шагов от каменной площадки перед входом в храм, над головой у них пролетели маги. Элисс лишь вскинула голову, провожая их взглядом, и ускорила шаг.

Она подмечала все, даже самые незначительные детали. Воительница была настроена на окружающий мир, ее разум был открыт лесу, и каждое его послание она воспринимала ушами и ступнями ног, впитывая его всем своим существом. Элисс олицетворяла собой будущее. Таких, как она, рождалось все больше. Воинов ТайГетен завтрашнего дня.

— Они опередили нас, — сказал Ауум так, чтобы его услышали только ученики и никто больше. — Но им еще предстоит опуститься на землю.

— Нужно подать сигнал, чтобы предупредить охрану храма, — предложил Тиирадж.

— Они не нуждаются в предостережениях, а люди не должны узнать о нашем присутствии, — возразил Ауум и опустил руку на пояс. — Подсумки с метательными лезвиями открыть. Цельтесь тщательно.

Ауум скользнул между бальзовыми и фиговыми деревьями, оберегавшими ближние подступы к Аринденету, Дому Земли. Растущие вплотную друг к другу, перевитые диким виноградом, лианами и колючим плющом, цеплявшимся за одежду и ноги неосторожных путников, они являли собой непреодолимую преграду для человека, у которого не было в руках меча.

Еще через пятьдесят шагов Ауум увидел стены увенчанного куполом храма, сверкающие в последних лучах солнца, которое уже затягивали тяжелые грозовые тучи. Вновь пошел дождь. Вид золотисто-зеленых построек, увитых ползучими побегами вьющихся растений, обрадовал бы сердце любого паломника, кому посчастливилось узреть их. Святилище.

Ауум и его Тай должны были выйти из леса у правого угла площадки перед храмом. С каждым шагом, приближавшим их к цели, архонт ТайГетен видел и слышал все больше. К храму с левой стороны бежали какие-то фигуры. Другие силуэты рассредоточились по укрытиям: это были гвардейцы Аль-Аринаар. При виде их Ауум испытал некоторое удовлетворение: значит, он не зря тренировал их.

Еще через двадцать шагов лес вздрогнул от взрывов и по нему ударили сполохи синего пламени. Ударная волна подхватила с земли всякий сор. Осколки камней и щепки с заунывным воем и визгом понеслись навстречу Аууму и его Тай, с сочным чавканьем впиваясь в стволы деревьев, ломая ветки и сбивая листья. Ауум распростерся на земле за стволом пробкового дерева, прячась от смертельного града, уродовавшего корни и ветви Биита вокруг.

Но ураган миновал так же быстро и внезапно, как и начался, и в лесу воцарилась жутковатая тишина, которую нарушали лишь вой раненых животных да крики перепуганных эльфов в храме. Ауум одним движением вскочил на ноги, отметив уголком глаза, что его Тай поднялись вместе с ним.

— Бить только наверняка, — прошептал он.

ТайГетен бесшумно вышли к площадке перед храмом. На ней столпились люди. Мечники штурмовали врата храма, которые все еще держались, несмотря на свежие шрамы от первой магической атаки. Еще два отряда на флангах теснили гвардейцев Аль-Аринаар. Позади линии солдат по каменной площадке у входа расхаживали маги, одним своим присутствием оскверняя священную землю Инисса.

Ауум заметил целую стаю магов, которые подлетают сзади и приземляются в деревне, что притаилась в тени храма. Каждая пара магов несла с собой одного солдата. И вдруг у него перехватило дыхание. Откуда-то с левой стороны храма вылетела стрела, угодив одному из магов в горло. Оставшиеся трое мгновенно развернулись в ту сторону и раскрыли ладони, с которых сорвались темно-синие шары, пронизанные белыми и красными нитями.