Американец. Мировая Война - Григорий Сергеевич Рожков

— Вильгельм забыл что? А… Понятно. — Крепкий мужчина лет шестидесяти с модными усами и лысой головой возился с большой стопкой документов на столе. На врача он не был похож от слова совсем: растрёпанная рубашка с закатанными рукавами, брюки с подтяжками и замызганные туфли. Обыкновенный уставший клерк в захолустном городке, а не врач. Только грязный халат со следами крови на вешалке у входа намекал на медицину. — Временный капитан Пауэлл…– Из стола на свет мужчина извлёк коробку с армейскими документами, множество АйДи и бумаг. Кое-где мелькали красные пятна, иногда бумаги несли следы повреждений. Через пару мгновений из стопки на стол легли мои и трофейные документы. Сверху легла тонкая папка с непонятными бумагами. — Забирайте и не возвращайтесь. Надеюсь, в следующий раз вас собирать будут уже другие доктора. И пусть они платят жизнями.

— Я не просил разменивать мою руку на чужие жизни! — За долю секунды в груди поднялся такой шквал, что я заорал на доктора.

— OUT! NOW! — С не меньшей яростью кричал доктор, пока его лицо наливалось красным.

Майнер вытолкал меня на выход, подхватив бумаги.

— Пока он и его жена оперировали вашу руку, капитан, привезли их сына, ранение в живот, обширная кровопотеря, осколки в брюшине, сепсис, смерть. Не дождался операции. Здесь нет вашей вины, и их тоже. Война. — Буднично, без обиняков медик рассказал краткую подоплёку истории пока мы пешком уходили прочь от больницы. Буря в душе успокоилась, так же как и началась. Вины нет, да? Наверное, так и есть. Очень многие умирают, и еще больше умрёт, получит ранения, станет инвалидами. Не мы сами себе раны наносим, не мы себя под молотки войны загоняем. Хотя вру, я сам иду, но враг оттого не становится невиновным. Он пришёл сюда.

Пасмурное небо серым потолком висело над головами. Я слушал мир, оглядывался по сторонам и думал, как быть — отголоски работы артиллерии на востоке пришли без предупреждения. Враг идёт, а я не в рядах вверенной мне роты, не контролирую процесс подготовки к сражению. Майнер уверенно повёл меня через городок, через одноэтажную застройку в восточном направлении, а сам потихоньку изучал папку с рукописными записями. Похоже моя миниатюрная карта пациента, со всеми известными данными по ранению. В один момент нас нагнала полицейская машина. Первое на что обратил внимание, нет ли в салоне чернокожих. Так, на всякий случай, вдруг опять диверсанты? Пассажиров, кстати, там было полно: кроме водителя еще четыре человека, один коп на переднем сиденье, и трое в гражданском одеянии на заднем.

Повезло нам, сначала копы напряглись, оружием грозить начали, но узнали медика, и резко подобрели. Подбросили нас до моста, раненому мне уступили место на переднем сиденье, а Вилли и коп поехали на подножках, зацепившись за окна машины. Из-за нехватки военных и общей ситуации в городке мобилизовали в нацгвардию полицию. Распетрушили хранилище вещдоков участка, вытащили наследие лихих 30ых, оружие всяких гангстеров, а там было что посмотреть: Томпсоны, БАРы, Льюисы, разномастные самозарядные пистолеты и ружья. Выдали уцелевшим после терактов правоохранителям и отправили работать, как и раньше, с одной лишь маленькой поправкой. Теперь всяких бандитов, мародёров, диверсантов дозволено валить без суда и следствия. Так что нам повезло, на диверсантов мы в принципе походили…

К мосту вернулись, когда с востока потекли тонкие ручейки войск и техники. В основном очень жалко выглядящие ручейки. Пара кварталов на подходе к нашему укрепрайону стала иной — дороги тут и там перегорожены блокпостами, вместо бетонных блоков зигзаг проезда организован битыми машинами, заполненными для массы обломками камней и металлоконструкциями. В окружающих домах, незаметные на первый взгляд мелькают ополченцы и гвардейцы. Нашу машину остановил вышедший из подворотни русский ополченец, признавший меня в лицо. Очень скоро мы оказались на заднем дворе склада у моста, и к нам вышли Казановский и Шпильман. А вместе с ними интересный штемп: бочкообразный невысокий мужик в американской форме, и знаками различия капитана:

— Well-well-well! Временный капитан Пауэлл. Бежал из госпиталя, не смотря на ранение, верно? Похвально, мужественно. Рад знакомству! — Офицер дружелюбно поздоровался и приблизился, протягивая руку для рукопожатия. — ДЕЙСТВИТЕЛЬНЫЙ капитан национальной гвардии штата Мичиган Кевин Моррисон. Командир сводной роты. На основании приказа господина полковника принял командование. Тебя же никто не ждал так скоро. Как рука? Самочувствие? О и медика с собой привёл, славно!..

Поток слов лился, не прекращаясь на миг. Офицер повёл следом за собой на склад, а я лишь краем глаза успел вопросительно посмотреть на русских — те скривили лица, словно лимон грызли. Кевин этот всё говорил и говорил. О том, что к делу штаба припахал часть нацгвардейцев, мол, документооборот важен, отчёты по взводам надо срочно написать, с ночи трудятся солдаты, еще описывают объем материального ущерба, расход незаконно использованных строительных материалов. О русских отзывался не особо положительно, мол, старики все, ничего не могут, только о прошлой войне хвастать на ломаном английском. Занимались ерундой, таскали тут из дворов добропорядочных граждан стройматериалы, рыли зачем-то окопы на сильном удалении от склада, у берега реки, где я планировал фланговый пулемёт и ПТР поставить. Маскировали, укрепляли лишнее, кто им позволил-то? И он, Моррисон, этот балаган прекратил. Выставил посты по обе стороны моста, отправил в патрули пару десятков солдат, запретил шастать по местным аптекам, магазинам и прочим объектам. Работы по фортификации на складе тоже заморозил — кирпичи да доски они частные, владельцев нет здесь, но ничего это не значит, надо получить согласие. Над этим он тоже работает, будет полный список израсходованного и притащенного, тогда Расту и отпишет. Дадут добро, тогда и продолжим.

— Кто будет пред владельцами отчитываться? Это же незаконно! Воровство! Нас всем снабжают, разве не так?

От таких заворотов я беспросветно охреневал. Пушку 37 мм он приказал подкатить на центр улицы, так что бы перед затором автомобильным стояла слегка укрытая мешками. И у домов сложить еще немного мешков с песком, выставить посты и пулемёты там. Противник не полезет на явно силы подкреплённые артиллерией. А уж когда мне сообщил сей персонаж, что морпехов ВЫГНАЛ с позиций и отослал на пару кварталов в тыл я чуть не сел.

— Почему выгнали? — Не находя