Накануне (СИ) - Кротов Сергей Владимирович

– У нас разные фамилии, но…

– Мама, ты ничего от него так не добьешься, – говорит по-русски её спутник и поворачивает голову к усачу и кладёт на стойку свой паспорт. – двухместный номер, пожалуйста, на двое суток с видом на море.

– Извольте, сэр, – консьерж охотно переключается на мужчину. – у нас все номера с видом на море: где-то больше, где-то меньше…

– Но, Лёвушка, как я его найду в этой огромной гостинице? – Продолжает волноваться Седова.

– Предоставь это мне, мама… Зря ты настояла, чтобы я не сообщал о нашем приезде отцу, к тому же он очень занят. Ну откуда у тебя эти странные подозрения? Мало ли что Сильвии почудилось? Я лично Мири полностью доверяю.

– Приятного отдыха, – фальшиво улыбается усач, знаком подзывает бел-боя и вручает тому ключ. – номер 501.

Выждав пока Седовы отойдут от стойки, консьерж тянется к телефону.

– Но он даже не взглянул на мой паспорт!

– Потому что ты со мной, мама, – терпеливо поясняет сын. – видела объявление, что женщин без мужского сопровождения в отеле не селят.

Вдруг лицо Льва Седова мрачнеет.

– А как же твоя Мири? – Мать хватает сына за руку. – Сильвия права!

– Скажи, приятель, – мужчина подбрасывает ладони десять центов. – в каком номере поселился Троцкий.

– Мучас грасиас. – Непонимающе улыбается лифтёр, ловко перехватывает серебрянную монету и нажимает кнопку.

– Кхм, – вступает в разговор человек зашедший в кабину перед ними. – мистер Троцкий живёт на шестом этаже, как выйдете из лифта, то налево, там ещё перед его номером охранник сидит в коридоре на стуле.

– Сэксто писо! – Седова показывает лифтёру на пальцах шесть. – Е савес? Наталья Седова вываливается из кабины, грубо оттолкнув лифтёра, и останавливается безумно крутя головой по сторонам.

– Сюда. – Сын показывает направление.

– Открывай, Макс! – Кричит Седова нерешительно поднимающемуся со стула охраннику и, обогнув его, дёргает закрытую дверь и иступлённо колотит по ней своими маленькими кулачками.

– …"Таким образом, Леон Троцкий, – Мири на секунду задумывается ища подходящее слово. – обманул ожидания анархистов-синдикалистов и членов Международной Антифашистской Солидарности, по приглашению которых он прибыл на Кубу, встретившись с глашатаем Гитлера режиссёром Карлом Антоном, известным своим антикоммунистическим пасквилем "Броненосец Севастополь".

– Что это за газета? – Руки Троцкого нервно впиваюися в подлокотники кресла.

"Эль Либертарио". – Расправляет плечи девушка, преданно глядя на сидящего перед ней старика.

– Что удивительно, – приободряется тот, поднимаясь на ноги и морщась. – и анархисты, и официоз американского прихвостня Батисты все дуют в одну дуду… сталинские агенты всюду проникли.

– Тут ещё фотография есть…

Троцкий, разминая ноги, неспешно приближается к сидящей за столом девушке, встаёт у неё за спиной, с трудом отрывает взгляд от выреза её шёлкового платья и переводит его на газетный снимок.

– Заглядывают в окна… – кладёт ладонь девушке на плечо (на фотографии легко узнаются Троцкий и Антон, сидящие за столиком в номере режиссёра). – скоро станут за мной в постели подглядывать.

Мири вздрагивает, краснеет, не решаясь пошевелиться, но в эту минуту раздаётся телефонный звонок и она поспешно хватает трубку телефона.

– Да, синьор, – облегчённо вздыхает она, Троцкий берёт её за руку. – я подтверждаю, столик на двоих, восемь вечера.

– Я на минутку. – Мири выпархивает из-за стола и несётся в ванную комнату, старик торжествующе смотрит ей вслед.

За дверью послышался шум бегущей воды, Троцкий подойдя к зеркалу улыбаясь поглаживает свою козлиную бородку.

– Открывай, Макс! – Вдруг раздаётся крик из коридора а затем в дверь громко постучали.

– Ната? – От неожиданности приседает старик. – Как она здесь оказалась?

Открывай сейчас же! Я знаю что он там!

– Где она? – В номер врывается возбуждённая жена, плечом оттесняя мужа и безошибочно дёргая дверь ванной.

Слышится женский крик и вбежавший вслед за Седовой в номер охранник стыдливо отводит глаза от обнажённой женской фигуры.

– Ты – шлюха! Убью! – Кричит по-русски жена, сын с мужем вдвоём с трудом удерживают её.

– Ай донт андэстанд… – испуганно пятится девушка, забыв о своей наготе, а трое мужчин не могут оторвать от неё взгляд.

Это окончательно выводит Седову из себя и она, свободив одну руку, с размаху бьёт мужа по лицу. Тот выпускает вторую её руку и разъярённая женщина бросается вперёд, но ступив на мокрое пятно подскальзывается и навзничь падает на каменный пол ванной к ногам соперницы.

– Ната! – Брызгает на супругу кровью из разбитой губы Троцкий. – Доктора!

Охранник и Седов вопросительно смотрят друг на друга.

– Я позвоню! – Первая приходит в себя Мири и, сорвав с вешалки полотенце, протискивается сквозь строй остобеневших мужчин.

– Синьор! – Прикрывается как может одной рукой девушка. – Срочно доктора в номер 612.

Седова тихонько стонет, когда её переносят в спальню и укладывают на широкую кровать с балдахином, она смотрит на свисающую ткань навеса и слёзы текут по её сморщенным щекам.

– Я – доктор Кастро! – Через пять минут из гостиной раздаётся голос Григулевича. – Прошу всех выйти из комнаты.

Молодая белокурая медсестра проникает в спальню и начинает деловито осматривать пациентку.

– Ой, больно… – стонет та, когда медсестра прикасается к её локтю.

– Похоже вывих левой руки. – Шепчет Оля на ухо "доктору", отойдя в сторонку.

– Мы с Мири разыгрывали перелом… – растрянно начинает Григулевич, но наткнувшись на жёсткий взгляд "медсестры" поспешно добавляет.-… а-а, какая разница.

– Всю жи-и-знь этому кобелю отдала… – тихонько скулит с отрешённым видом Седова.-…думала хоть в Мексике всё изменится… нет сначала эта Фрида, теперь секретарша.

Подошедшая Оля подавляет сочувственный вздох.

– Милая, – приподнимается с подушки женщина. – дай мне снотворного, я не могу этого уже выносить.

– Фрактура, манус синистер. – Торжественно объявляет "доктор" на латыни и переходит на английский. – Нужно ехать в больницу, сделать рентген и наложить шину. Вы – муж? Отлично, нам потребуется ваша помощь при перевозке, вы тоже, молодй человек (Григулевич поворачивается в сторону Седова), собирайтесь будете поддерживать пациентку с другой стороны. Медсестра сейчас даст ей обезболивающее…

– Позвольте! А вы куда? – Григулевич грудью встаёт на пути одного из охранников, который попытался протиснуться на заднее сиденье такси. – Так не пойдёт, мы с медсестрой поедем впереди, а на заднем – с вами будет тесно.

– Гансен, – нетерпеливо бросает Троцкий своим охранникам, двумя руками поддерживая обмякшую супругу. – поезжайте за нами на другой машине, а Макс пусть остаётся с Мири. И не надо на меня так смотреть, у меня с ней ничего не было!

Охранник нетерпеливо машет водителю стоящего неподалёку такси, чтобы тот подъезжал ко входу на место отъехавшего "Паккарда" с Троцким. Потеряв терпение, он срывается с места и бежит к машине под палящим тропическим солнцем.

– Нет, синьор, я не работаю, у меня двигатель не заводится. – Шофёр раз за разом безуспешно поворачивает ключ.

– Есть ли рядом другое авто? – Обливается потом охранник.

– Сиеста… – разводит рукоми тот. – попробуйте на набережной "Молекон" может быть вам повезёт.

Прага, ул. Нерудова 10,

Консульский отдел.

16 января 1938 года, 12: 00.

– Да что за чёрт! – С досады стучу кулаком по массивной дубовой столешнице письменного стола в резидентской. – После первой угаданной буквы дальше нет ни одного совпадения… Не может такого быть!

Неделю назад Идзуми Кодзо по моей подсказке провёл очень удачную операцию: на одной из печатных машинок "Фиолетовой" (вводной) надорвал красящую ленту, а затем сам её долго менял, проверяя при качество её печати. При этом, само собой работала и выводная машинка, давая мне материал для заполнения таблицы истинности. Исходные установки "по недосмотру" оператора стояли не в нулевой позиции, а в положении, которое станет текущей во второй декаде января.