Сыщик-скелет идет по следу - Дерек Ленди

– Просто мы беспокоимся о тебе, вот и все.

– Не нужно.

– Это удел всех родителей. Даже когда тебе исполнится сорок, а мы с мамой будем доживать свой век, мы все равно будем о тебе беспокоиться. Родительская ответственность никогда не кончается.

– Поневоле задумаешься, стоит ли вообще заводить детей.

Папа ласково улыбнулся.

– Это только на первый взгляд. Но в жизни нет ничего более прекрасного, чем смотреть, как растет твой ребенок. Большего счастья и испытать невозможно.

«Только если ребенок не владеет магией», – подумала Стефани.

– Звонила Берил. Она сказала, что ты заходила к ним в гости.

Стефани кивнула. Интересно, тетушка успела заметить, что брошка исчезла?

– Я проходила мимо и решила узнать, как они там. Мне кажется, что смерть Гордона заставила меня больше ценить оставшихся членов нашей семьи. По-моему, нам очень важно держаться вместе.

Папа посмотрел на нее с легким удивлением.

– Мне очень приятно, Стеф, что ты так думаешь. Это прекрасно. – После некоторой заминки он продолжил: – Надеюсь, мне не нужно ходить вокруг да около?

– Нет.

– Слава богу!

Стефани не любила врать родителям. Несколько лет назад она твердо решила быть честной в отношениях с папой и мамой. Только теперь все изменилось. У нее появился секрет.

– Что еще сказала Берил?

– Ну… Ей кажется, что она видела тебя вчера вместе со Скелетжером Ловкачом.

– Да, – безразличным тоном ответила Стефани. – Она мне говорила. Странно.

– Она думает, что ты попала в дурную компанию.

– Вот бы тебе послушать, что она о нем говорила. А ведь она его совсем не знает. Может, она думает, что меня заманили в какую-то секту?

– А это не так?

Стефани с ужасом уставилась на папу.

– Что?!

Папа кивнул.

– У Берил есть веские причины так говорить.

– Я же не сошла с ума!

– Почему бы и нет? Это у нас наследственное.

Некоторое время папа явно боролся с собой, но потом все-таки решился.

– Мой дед, – сказал он, – твой прадедушка – был прекрасным человеком, мы, дети, его очень любили. Я, Фергус и Гордон вечно крутились вокруг него, слушая его фантастические истории. Все, что он рассказывал нам, он рассказывал и нашему отцу, когда тот был маленьким. Папа вырос и понял: его истории – просто вымысел, но сам дед отказывался это понимать. Дедушка верил… Он верил, что мы волшебники.

Стефани застыла от удивления.

– Что?!

– Он говорил, что это передается по наследству из поколения в поколение. Он говорил, что мы произошли от великого мага, которого звали Последний из Древних.

Стефани больше не слышала звуков моря, не видела ни солнца, ни пляжа. Она видела только папу и слышала только то, что он говорил.

– Это предание, эта вера существует в нашей семье вот уже несколько веков. Не знаю, как и когда это началось, но это всегда было частью истории нашего клана. Время от времени некоторые члены нашей семьи предпочитали верить в это предание. Гордон верил. Он был очень рациональным и умным человеком и все-таки верил в магию и людей, которые не старятся. Во все или почти во все, о чем он писал в своих книгах, он по-настоящему верил. Из-за этого он оказался втянутым в дела, которые нельзя назвать… правильными, что ли? Он предпочитал общаться с людьми, которые разделяли его заблуждения и были столь же безумны. С опасными людьми. Это болезнь, Стеф. Ею были больны мой дед, мой брат… И я не хочу, чтобы такое случилось с тобой.

– Я не сумасшедшая.

– Я и не говорю, что ты сумасшедшая. Но я знаю, как легко увлечься такими историями, знаю, как хочется, чтобы они были правдой. Когда я был молод, я тоже верил. Даже больше, чем Гордон. Но потом перестал. Я принял решение жить в реальном мире, отказаться от этого… этого проклятия, которое преследует нашу семью. Гордон познакомил меня с твоей мамой, я влюбился и оставил мир магии в прошлом.

– Так ты думаешь, что Гордон был адептом какого-то культа?

– Как бы это странно ни звучало, но да.

Она вспомнила лицо папы, когда в офисе мистера Феджвика он впервые увидел Ловкача. Такого взгляда она никогда раньше не видела. В нем было подозрение, враждебность и недоверие. Этот взгляд мелькнул лишь на какое-то мгновение. Но теперь она знала, почему.

– И ты считаешь, что я тоже в это вовлечена?

Он слегка улыбнулся.

– Нет, мне кажется, что нет. Но после того как я услышал слова Берил, я задумался. За последние несколько дней в твоих глазах появилось что-то чужое, чего я раньше не замечал. Я не знаю, в чем причина. Вот я смотрю на тебя и вижу свою маленькую девочку. Но все равно меня не покидает чувство, что… даже не знаю… Что ты стала какой-то другой.

Стефани не осмелилась ответить.

– Мне бы очень хотелось, чтобы ты с кем-нибудь поговорила. Не обязательно со мной, ты же знаешь, какой я болтун. Хотя бы с мамой… Ты можешь сказать… Ты знаешь, мы сделаем для тебя все, что в наших силах.

– Я знаю, пап.

Он смотрел на нее, и на мгновение Стефани показалось, что папа сейчас заплачет, но он лишь обнял ее и поцеловал в лоб.

– Ты мое маленькое сокровище, знаешь об этом?

– Знаю.

– Умница. – Он встал с валуна. – Мне нужно возвращаться на работу.

– Пока.

Он улыбнулся ей и ушел.

Если это правда, значит… Откровенно говоря, она и сама не понимала, что это значит. Хотя чувствовала, что это важно. Очень важно. Она поднялась и вышла на дорогу. Когда приехал Ловкач на своей отвратительной машине, Стефани тут же пересказала ему весь разговор с папой.

Счастливчик повертел брошку в руках.

– Вы уверены, что это ключ?

Счастливчик был во всем черном. Ловкач сегодня оделся в темно-синий костюм в тонкую полоску, который Страхолюд закончил шить рано утром, и накрахмаленную белую рубашку с голубым галстуком. Они стояли в тени полуразрушенной средневековой башни Мартелло, возвышавшейся на покрытом редким кустарником утесе у побережья. Далеко внизу об острые скалы бились волны.

– Уверен, – сказал Ловкач. – Видите, лепестки отгибаются наружу, то, что скрывается под ними, напоминает бородку. Это и есть наш ключ.

Стефани изо всех сил старалась не показать страха, который она испытывала в присутствии Счастливчика, и каждый раз, когда он смотрел на нее, отворачивалась. Она не возражала, когда Ловкач сообщил, что Счастливчик пойдет с ними в катакомбы, но и от радости тоже не прыгала.

– Спасибо, что позвонили, – сказал Счастливчик, возвращая брошку Стефани.

– Мы примем любую помощь, – признался Ловкач. – Хотя я был очень удивлен, что вы ответили.

– Змей стал очень могущественным.

– Вы боитесь его?

Помолчав немного, Счастливчик произнес:

– Я не чувствую страха. Когда нет надежды, страх отступает. Но я признаю силу Змея и знаю, что он может натворить.

– Если он завладеет Скипетром раньше нас, будет страшно.

– И все-таки мне до сих пор непонятно, – сказала Стефани. – Если Змей получит Скипетр, его невозможно будет остановить, но каким образом он с помощью Скипетра вернет Безликих?

– Не знаю, – ответил Ловкач. – Теоретически ритуал может быть известен всего двоим, и я понятия не имею, кого Змей может заставить заговорить.

Счастливчик покачал головой.

– Он не собирается никому угрожать. Из того, что он сказал, я смог понять только одно: Скипетр Древних – не более чем промежуточный этап, инструмент, который ему нужен, чтобы получить желаемое.

– Что вы имеете в виду?

Счастливчик посмотрел на море и ничего не ответил.

– Не понимаю, – продолжил Ловкач. – Вы с ним разговаривали?

– Сегодня утром, – сказал Счастливчик. В его голосе звучала обреченность, и Стефани прищурилась. Что-то не так. Она сделала шаг назад, но Ловкач был слишком поглощен разговором, чтобы это заметить.

– Вы с ним встречались? – спросил Ловкач, подходя к Счастливчику. – Вы встречались и даже не попытались сразиться с ним?

– Я не знаю, насколько он сейчас силен. Я не вступаю в бой, если не уверен, что одержу победу. Это очень опасно.

– Где он? Старейшины ищут его!

– Бессмысленно. Когда придет время, он сам найдет их.

– Зачем вы с ним встречались?

– Змей захотел мне кое-что сказать. Я выслушал.

– О чем вы говорили?

– Он уже знает о катакомбах. Единственное, что сдерживает его поиски, – это отсутствие ключа.

Ловкач смотрел на Счастливчика, а Счастливчик – на Ловкача. И Стефани вдруг поняла, что Ловкач оказался на самом краю утеса.

Счастливчик дотронулся рукой до груди Ловкача и, прежде чем Стефани успела крикнуть, толкнул его. Ловкач пошатнулся и упал. Счастливчик повернулся к ней.

Глава 21

Пещера

Стефани отскочила и побежала.

Она оглянулась, но Счастливчика сзади не было. Потом над ней промелькнула чья-то тень, и Счастливчик встал у нее на пути, словно упал с неба. Стефани неслась прямо на него, но успела затормозить. Его рука со змеиной быстротой выхватила у девочки брошь. Стефани упала.