Вальс Бостон - Александр Архиповец

Мы – на площадке из розового мрамора с золотистыми витиеватыми узорами, вниз ведут ступени. Под ногами величественно проплывают белые облака. Так вот она какая – лестница в небо!

Диана взяла меня под руку. Стали шаг за шагом спускаться.

Прошли сквозь молочный туман. Теперь тучи над головой. Прямо на нас, курлыча, летит клин серых журавлей. Почти слышу хлопанье крыльев. Набежала волна прохладного воздуха. Пролетели сквозь нас даже не заметив. Еще десяток ступенек – и мы в рябиновой роще. Желтые и красные листья кружит свежий осенний ветерок, ягоды начинают наливаться кровью сока. Колючка-ежик несет на спине польский гриб, а белогрудые сороки затеяли нешуточный скандал.

– Диана, тут всегда так? – спросил шепотом, боясь разрушить магию очарования.

– Нет, не всегда. Зимой, весной и летом по-иному.

Пройдя сквозь землю, мы угодили в ноябрь. Черные и серые тона. Холодный, пронзительный ветер несет первые снежинки. Под нами схваченное у берега тоненькой корочкой лесное озеро. За кромкой льда бесшумно плывут два бобра. Вижу, как лоснится их шерсть. Слышу, как пофыркивают от удовольствия. Им холод нипочем! С такой-то шубой!

"Проломив" ледок, спускаемся под воду. Ледяная и кристально чистая. Стайки карасиков среди водной растительности замерли в полудреме, зубатая торпеда щука затаилась под корягой. На дне два большущих рака, выставив клешни, неспешно ведут ученую беседу.

За водой нас встретило пламя. Полыхнуло чрево вулкана. Мир огня, слепящих красных искр и неимоверного жара. Но и здесь существует жизнь. Грациозно изогнув спину, подошла саламандра. Печально посмотрела большими умными глазами, ударив хвостом, подняла сноп искр. Оскалив острые зубки, величественно удалилась.

Вот и огонь позади. Теперь мы в амфитеатре. Вниз к арене с четырех сторон ведут ступени. Звучит музыка Штрауса. Один вальс сменяется другим.

Вначале показалось, что ожили скульптуры из парка Дианы. Но нет! Это гости Цезаря. Всевозможные обличья, но человеческих меньше всего. Боги древнего Египта: человек с головой сокола, другой – с волчьей, а вот величественный Сфинкс. Обнаженная дама с головой питона, эльф с прекрасной эльфийкой. Всевозможные демоны и нечисть.

Сам хозяин на пьедестале. Черный обсидиановый трон украшен единственным, но огромным сапфиром, изображающим масть пик.

Юноша с нежной розовой кожей, с лицом Апполона и золотистыми кудрявыми волосами, в белоснежной римской тоге и сандалиях, увенчанный золотым лавровым венком.

"Вот он – Цезарь! Куратор реальности 857-бис. Интересно, служащий какой категории? Не меньше первой! А то и высшей, если таковая в их иерархии существует".

По обе стороны от трона Цезаря стоят еще четыре, поменьше, из чистого золота. Три уже заняты моими недавними служанками: Маргаритой, Шарлоттой и Сюзанной. Четвертый пока пустует – дожидается мою спутницу.

Пройдя ареной, где танцуют всего две пары, приблизились к мраморному пьедесталу. На нем мерцают отблески кровавого пламени. Над головой бушует огненное небо Мира Саламандр. Мне это показалось недобрым знамением. Похоже – живым отсюда не уйти. Поймал взгляд Цезаря – утомленный, безразличный, жестокий, – старческий. Так же, как и Диана, склонил голову в приветствии.

Она, словно что-то услышав, содрогнулась, поспешно вы-свободила руку и заняла пустующее место на троне.

Я вдруг ощутил резкую боль в голове, насквозь пронзившую позвоночник. Едва не закричал. "Проделки Цезаря? Нет – нуклеаризация! Как же не вовремя!"

Сцепив зубы, посмотрел на Цезаря.

– Ты приветствуешь повелителя весьма скромно, – он говорил, не размыкая губ. От обсидианового трона подуло холодом и мертвечиной.

– В соответствии с должностными инструкциями, – ответил первое, что пришло в терзаемую болью голову.

– Здесь есть одна инструкция и один повелитель! Знаю, ты выходец из Мира Паука. Вы все неучтивы, лишены такта. Мир подонков и выскочек. Была бы моя воля… уже давно… Но на-станет время, и очень скоро…

В серых глазах сверкнул огонь безумия, идеальной красоты губы свела судорога.

– Тем не менее, вы приняли обличье одного из аборигенов и нарядились в его одежду. Музыка другого сейчас звучит в зале. Значит, все не так плохо…

– Ничтожество, как ты смеешь?!! Не тебе…

Уже в следующее мгновенье мы очутились в длинном зале. Я и Цезарь. Он сидел, не шевелясь, все на том же троне.

Вдоль стен в полный человеческий рост висели игральные карты. Возле одной из них, только пустой, стоял я.

– Возомнил себя джокером! А на самом деле ты – шестерка, и место тебе – здесь!

Теперь к боли нуклеаризации добавилась другая. Меня плющило, размазывало, стискивало. Деревенели руки, ноги. По сравнению с ней – боль нуклеаризации была терпимой. Я за-кричал, а может, по-звериному завыл. Перед глазами поплыли неясные образы: вот я ем оплеванный рыжим Валеркой снег…

"Да сколько же это будет продолжаться, преследовать меня и в жизни, и в смерти". Ненависть, злость, ярость – придали сил. Теперь Цезарь персонифицировался в мой детский комп-лекс. Я же парил над ним где-то в высоте!

Открыл глаза, но увидел не то, что ожидал. Огромный мохнатый паук вращал лапами Землю. Так вот почему Мир Паука!

Похоже, и он заметил меня. Холодный, равнодушный взгляд фасетчатых глаз проникает в душу, частично снимает боль.

– Сколько раз ты жалил меня при жизни? В самое сердце! Прошу – теперь помоги! Цезарь хочет уничтожить наш с тобой мир! Один только раз – ударим вместе. А потом, мохнатый, я твой!…

Эпилог

Участливые нежные пальчики ласково перебирают волосы на моем челе.

– Так вот какой ты, джокер!

Теплые девичьи губы целуют заросшие щетиной колючие щеки, потом лоб.

Ноздри щекочет тонкий запах ландышей. Сюзанна! Моя голубоглазая красавица Сюзи! Кажется, теперь ее очередь получать "то, что нельзя отнять силой".

Значит, Цезаря мы с Мохнатым все-таки уделали, да и нуклеаризация позади. Я знаю, что она принесла – умение открывать порталы. Очень хорошо! Очень!

Как всегда после "ломки", жутко хочется пить и есть.

Открыл глаза. Моя спальня в охранной Зоне! Привычно мягкая кровать ласкает болезненно ноющее тело.

Сияние голубых глаз, обаятельная улыбка на алыхых губах, бриллианты в ушках, бусы из крупного розового жемчуга, полупрозрачная блузка на голое тело. Видна восхитительная грудь. Так и хочется припасть к ней губами. Легкие короткие шорты не скрывают округлость бедер и ягодиц. Острые девичьи коленки, стройные длинные ноги. Как всегда – формы и пропорции божественны. Этим нас уже не удивишь. "Внешность тоже может быть маской!" Но равнодушным остаться не могу.

Проследив за моим взглядом, Сюзи скромно покраснела. Во дает! Интересно, сколько малышке лет? Сто, двести, пятьсот? Похоже, возраст ей не помеха…

– С возвращением, милый! Проголодался?

– Слона бы слопал… и выпил океан!

– Сейчас велю… Куда подать? Здесь или внизу? Хобот есть тоже будешь?

Умница. Знает, что вначале мужчину нужно накормить. Служанкой больше не притворяется. Беру ее мягкую теплую ладонь, пересохшими губами целую тонкие нежные пальчики.

– Вниз, Сюзи. Пусть накрывают стол в обеденном зале. Но вначале – утренний моцион. Скажи, милая, что с Цезарем?

– Он там, где и должен быть… – в своей карточной колоде на стене. Как тебе удалось?

"Как удалось? Наверное, помогли детский кошмар с рыжим Валеркой да монстр, вращающий Землю мохнатыми лапами. Только говорить ей об этом не стоит. Все равно не поймет. Хотя…"

– Сюзи, ты мечтать умеешь?

Похоже, удалось удивить.

– Мечтать? Мечтать… Астальды не умеют мечтать. А вот желать и добиваться своей цели…

"…и потихоньку сходить с ума", – продолжил я про себя.

Налил и жадно выпил два полных бокала охлажденного березового сока из стоящего на столике серебряного кувшина.

– Хорошо, Сюзи. Я сейчас в душевую, потом на секундочку в кабинет и сразу к тебе. Позавтракаем вместе?

– Вообще-то сейчас вечер, но приглашение принято. С удовольствием.

Многообещающе улыбнувшись, добавила: – Сочту за честь, господин.

После горячего душа надел привычные спортивные штаны и футболку, зашел в кабинет.

Все на своих местах. Сел за стол. Взял чистый лист бумаги, ручку.

"Департамент Безопасности.

Отдел Внутреннего Сыска.

Начальнику, служащему второй категории Марлазону".

Немного подумав, написал краткое сообщение:

"Сим уведомляю, что проведенное расследование исчезновения подкуратора реальности 857-бис, служащего четвертой категории Фарадея показало прямую причастность куратора реальности Цезаря. Выше указанный куратор проявил агрессивные действия и по отношению ко мне. В результате чего произошла дуэль, конечный результат которой мне неизвестен.

Служащий пятой категории Умник".

Вложил этот бред в конверт, запечатал. Подвинул на середину стола.