Операция "Невозможное" (Лето и осень сорок пятого) - Евгений Белогорский

Шведская руда очень высоко котировалась в Европе, особенно на Британских островах. Поэтому, лишившись после окончания войны одного постоянного покупателя в виде германского рейха, Стокгольм немедленно получил другого покупателя в лице британской империи.

По причине временной оккупации Нарвика советскими войсками, шведский экспорт временно встал, но едва были очищены от мин датские проливы, как торговля возобновилась. С завидной регулярностью шведские баржи с рудой стали курсировать между Стокгольмом и Лондоном.

Не желая получить лишние дипломатические неприятности, советские войска не препятствовали проходу шведских кораблей в воюющую с ними страну. Конечно, у Москвы очень чесались руки перекрыть поставку такого важного сырья своему потенциальному противнику, но к своему огромному сожалению ничего не могла сделать.

Все, что можно было сделать, это проводить осмотр идущих в Англию судов на предмет выявления оружия и всевозможных военных материалов. Советские патрульные катера неустанно встречали каждый шведский корабль, поднимались на борт и проводили досмотр.

Смотрели конечно тщательно, придирчиво, но никакого оружия и военных товаров они не находили и на этом русская месть заканчивалась.

Поначалу, шведские моряки побаивались этих проверок. Справедливо опасаясь, что дикие варвары, подмявшие под себя почти всю Европу, припомнят им торговлю с Германией, но вскоре эти страхи прошли.

Быстро поняв, что руки у советских моряков связаны, скандинавы сначала перешли на холодную сдержанность в общении с нежеланными гостями, а затем и вовсе распоясались. Дошло до того, что шведские капитаны принялись выговаривать смотровой команде по поводу излишне долгого осмотра их рудовозов.

— Нельзя ли побыстрее. Из-за вас я опаздываю, а меня ждут в Лондоне — говорили шведы, меланхолично попыхивая трубкой на скверном русском языке, но с очень явным чувством превосходства как будто их ждал сам английский король, со всей королевской конницей и ратью.

После того как были открыты для свободного прохода Бельты, шведы стали пускать по одному рудовозу в неделю, а затем и по два. К концу ноября дело встало на поток, и число кораблей достигло целых трех.

23 ноября рейс на Лондон выполнял рудовоз под командованием капитана Юхана Магнуса. Это был опытный моряк, уже не раз, водивший свой корабль в Лондон и имевший опыт общения с советскими моряками. Поэтому, появление военного корабля под красным флагом не вызвало у капитана и его команды никакого страха и паники.

По сигналу со сторожевика, рудовоз покорно лег в дрейф и стал дожидаться прибытия досмотровой группы. Все было как всегда с той лишь разницей, что русские почему-то встретили корабль Магнуса в открытом море, хотя раньше проводили досмотр при подходе к проливам.

Расценив этот факт как новую гадость со стороны «красных», капитан Магнус меланхолически смотрел за действиями непрошеных гостей.

По требованию офицера руководящим досмотром всякое движение по кораблю прекратилось. Возле дверей радиорубки, машинного отделения и мостика встал вооруженный часовой и досмотр начался.

Досмотровая группа привычно растеклась по кораблю в поисках возможной контрабанды. Судя по увеличению численности досматривающих моряков, русские намеривались искать её с особой тщательностью.

Подобное рвение вызвало только холодную улыбку на лице Магнуса. С твердостью и величием грозного слона, окруженного сворой уличных шавок, он стал выжидать время, после которой намеривался произнести колючую реплику.

Капитан уже вытащил трубку и собирался раскрыть рот, как в этот момент дверь рулевой рубки распахнулась, и в неё ворвалось несколько вооруженных человек.

— На пол! На пол! — на хорошем шведском языке прокричал один из ворвавшихся людей и, видя, что его приказ не исполняется, с силой ударил прикладом автомата вахтенного матроса, оказавшегося ближе всех к нему.

Решительность действий и одухотворенность, написанная на лицах советских моряков, оказали на шведов должное воздействие. Не дожидаясь, когда к ним подойдут и применят силу, все моряки вместе с капитаном, дружно попадали на пол. Замешкался лишь только один рулевой. Как всякий правильный моряк, он в первую очередь боялся потерять управление кораблем, но захватчики не оценили его порывов. Один из них сначала больно ударил рулевого по уху, а затем сбил с ног и сам встал за штурвал.

Магнус попытался протестовать по поводу столь некорректного обращения с ним и с его командой, но моментально получил тычок в спину, грозный окрик: «Молчать!» и восстание было жестоко подавлено.

После этого, руководивший захватом рубки человек подошел к переговорной трубе и произнес: — Машинное, как вы там!?

— Все в порядке — отозвались недра на чистом русском языке, — замена произведена.

— Ясно, ждите команды — закончил разговор человек и взглянув на распластавшиеся на полу тела, приказал, — выводите.

Со скованными за спиной руками шведы были доставлены в кубрик, у дверей которого стояли автоматчики. Там была вся команда корабля, за исключением капитана и радиста. Этих двоих, с завязанными глазами погрузили на катер и увезли в неизвестном направлении.

Прошло некоторое время, пока их не заставили в слепую подняться по трапу и не завели в неизвестное помещение. Каково же было их удивление, когда с их глаз сняли повязки, и обнаружилось, что они стоять в рулевой рубке своего рудовоза.

Впрочем, по некоторым мелочам быстро выяснилось, что это был двойник их корабля. Родной брат близнец, но все же, не их сухогруз.

— Что это все значит? По какому праву вы захватили меня, мою команду и мой корабль, идущий под шведским флагом. Мы нейтральная страна и вам за это произвол придется извиняться отвечать! — начал кипятится швед, но легкий удар в спину прикладом автомата, быстро напомнил ему кто здесь главный.

— Обязательно господин Магнус извинимся, сразу после того как вы приведете этот корабль с рудой в Лондон. Больше того, сразу после окончания плавания обязательно отпустим на все четыре стороны.

— Ваши действия незаконны и я не собираюсь их выполнять — с достоинством ответил швед, при этом боязливо косясь краем глаза на стоявшего рядом охранника. Он ожидал нового удара, но его не последовало и Магнус, приободрился. Капитан расправил плечи и захотел потребовать встречи со шведским послом или консулом, но стоящий перед ним человек перебил его.

— Мы хотим, чтобы вы Юхан Магнус привели этот корабль с нашей командой в Лондон и передали находящийся на его борту груз по назначению. А когда английский патруль господина Хинкли или Раферти как обычно встретит вас в британских территориальных водах, вы были спокойны и непринужденные при проверке судовых документов и сделали бы все, чтобы англичане не заметили подмены кораблей. Предупреждаю сразу, что этот корабль полностью похож на ваш корабль, даже есть вмятина на левом борту.

Человек сделал паузу и властно ткнул пальцем по направлению радиста.

— Мы хотим, чтобы вы радист Свен Олофсон как обычно передавали отчеты в Стокгольм и запрашивали погоду в Гетеборге и Лондоне. А также отвечали на все запросы морской службы англичан в одиннадцать часов вечера и три часа утра — демонстрировал свою хорошую осведомленно русский.

— Предвижу ваши горячие отказы от сотрудничества с нами и сразу предупреждаю, что в случаи неповиновения будут убиты — человек сделал зловещую паузу, а затем с милой улыбкой продолжил, — нет, не взятые нами в заложники члены вашей команды. Они останутся живы, на не нужны лишние жертвы. Будут убиты ваши близкие. У вас Магнус есть жена Гертруда и две дочки Ингрид и Эдда, семь и девять лет. У вас Олофсон нет жены и детей, но есть больная мать, которую вы очень любите. Вы — Магнус живете на улице короля Густава, вы — Олофсон на Галерной улице. У вас — собственный дом, вы — снимаете квартиру на втором этаже.

От таких откровений оба шведа сильно побледнели и сцепили руки, чтобы проклятый русский не мог заметить предательской дрожи их пальцев.

— Вот видите господа, нам о вас все известно. Скажу больше, обе ваши семьи взяты под самое тщательное наблюдение нашими секретными агентами в Стокгольме, которые только ждут нашего сигнала — продолжал улыбаться мучитель и от вида его дружелюбного лица, у шведов появились мурашки на теле.

— Когда вы обычно приводите свой корабль в Лондон? В восемь часов утра? — уточнил русский.

— Да, в восемь утра — хмуро подтвердил Магнус.

— Так вот, если в восемь тридцать им не поступит нужный сигнал, то они убьют ваших родных, смею вас заверить. Скажу сразу, лично мне очень будет жал, что ваша жена и девочки погибнут под колесами грузовика по дороге в школу, а вашу маму убьют залезшие в квартиру воры, но что делать господа. Идет война и тут не до сантиментов — человек с сокрушением развел руки и в этот момент, Магнус бросился на него.