Операция "Невозможное" (Лето и осень сорок пятого) - Евгений Белогорский

Когда человек предупрежден, значит, он вооружен. Статус нейтральной державы, не позволял Советскому Союзу открыто вооружить японскую армию, но вот поделиться важной информацией под видом банальной утечки — это было вполне возможно.

Ничего не зная о тайных планах Трумэна и начале их выполнения, советская разведка скормила японцам правдоподобную дезинформацию, которая во многом оказалась истиной. В ней полностью совпали намерения американского президента, а также выбранные им цели новых ядерных ударов.

Единственное, что не угадали советские аналитики, это сроки начала атомной бомбардировки, да в этом не было большой необходимости. Стремясь подтолкнуть японцев к активным действиям, в качестве вероятной даты начала операции они указали американский национальный праздник — день Благодарения. Имея подобную информацию и оказавшись в цейтноте, японцы не могли не среагировать.

И снова тайные проводы подводников в дальний поход, от которого зависела судьба Японии и империи. Принц Коноэ приехавший проводить два экипажа моряков подводников, был привычно сдержан и немногословен. Стоя перед застывшей шеренгой смертников, он сказал, что страна и император надеются на своих храбрых сыновей, которым выпала честь защитить свою страну от врагов.

— Если бы это было бы возможно, я бы с радостью не задумываясь, поменялся бы местами с любым из вас. Однако интересы империи заставляют меня остаться на берегу, чтобы до конца исполнить долг самурая перед своим императором и если он будет выполнен плохо, попросить прощение и совершить харакири. — Принц сказал эти слова честно и открыто и не у одного из тех, кому был выписан билет в один конец, не возникло и капли сомнения в его правдивости.

В довершении всего, Коноэ низко поклонился морякам, что являлось высшим доказательством его искренности. Согласно японским традициям, принцу крови было достаточно кивнуть головой, общаясь с экипажами подводных лодок.

Стоит ли говорить, что после этого, экипажи обоих подлодок лезли из кожи вон, чтобы оправдать выданный им высокий кредит доверия. Соблюдая режим полного радиомолчания, они смогли достичь заранее выбранной точке на долготе Гавайских островов, а затем разделились. Одна субмарина направилась на север, в район Сиэтла, другая уклонилась к югу, двигаясь к Сан-Диего.

Говоря о том, что американский флот выставил крепкие заслоны против подлодок противника, адмирал Нимитц не кривил душой. Не жалея сил и средств, он раскинул прочные невидимые сети, миновать которые было невозможно. Как бы ловко и искусно не двигались японские субмарины в толще океанских вод, они были обнаружены патрульными самолетами и кораблями.

Едва только прикрепленные к сетям колокольчики прозвенели об опасности, как все охотничьи заслоны бросились на ловлю опасного зверя. Данные акустиков и воздушных наблюдателей, все говорило, что американские корабли имеют дело с крупной подлодкой рейдером, предназначенной для длительных подводных переходов.

В том, что гости имеют очень опасный груз, никто не сомневался. Единственный вопрос был что это; очередная бактериологическая бомба, атомный заряд или что-нибудь ещё. Не желая узнавать это более подробно, адмирал Нимитц приказал уничтожить подлодки противника, не дав им возможность всплыть на поверхность и запустить это что-то в сторону Америки.

По мнению некоторых экспертов, не исключалось, что подводные лодки противника могли быть вооружены реактивными снарядами по типу немецких «Фау-2». После всей той мешаниной новых видов вооружения, с которыми американцы столкнулись в битве за Кюсю, подобное предположение не казалось таким уж утопическим.

Хорошо понимая, что противник пошел ва-банк и положение дел очень напряженное, Нимитц не пожелал быть заложником сухих докладов. Покинув свой адмиральский кабинет, он отправился напрямую к радистам, откуда стал лично руководить всей операцией.

Расстелив на дощатом столике, на котором дежурные смены принимали пищу карты, адмирал внимательно следил за всеми изменениями. Не отрывая взгляд от карты, он уверено отдавал команды по уничтожения субмарин противника.

Опыт и знания хорошо помогали ему в этом, но адмиралу противостояли лучшие моряки японской империи. Несмотря на огромное превосходство противника в кораблях и самолетах, капитаны вывели свои подлодки к указанным целям.

Достигнув района Сан-Диего, японская субмарина пошла на всплытие. Она уже почти показалась на поверхности океана, когда её атаковало звено «Балтиморов». Вылетел на защиту своей главной базы на тихоокеанском побережье, американские бомбардировщики смело атаковали врага. Высыпанные ими в море бомбы, большей частью упали мимо цели, но две из них угодили в нос подлодки.

В результате прямого попадания субмарина разломилась пополам и моментально утонула. Её огромное стальное тело стремительно уходило ко дну, оставив на поверхности океана большое пятно солярки, вместе с многочисленными обломками.

Разгоряченные успехом летчики, ещё долго летали в этом районе пытаясь обнаружить спасшихся с подлодки моряков или выявить присутствие ещё одной субмарины врага, но все было напрасно. С погибшей подлодки никто не спасся, и она была одна в этом районе американского побережья.

Желая окончательно в этом удостовериться, Нимитц приказал продолжить поиски возможных подлодок противника ещё на несколько часов. Решение на первый взгляд казалось было абсолютно правильным, но как потом стало понятно — являлось роковым.

Обрадованные сообщением об уничтожении вражеской подлодки, офицеры штаба предложили адмиралу открыть шампанское, но Нимитц категорически отказался от этого. Опытный моряк не мог праздновать успех, пока существовала реальная угроза для его страны.

Вторую японскую подлодку ловили долго и упорно. В воздух были подняты все самолеты флота и береговой охраны. Около сотни самолетов прочесывали темные глади вод в поисках коварного врага.

В том, что он где-то рядом и намерен нанести очередной подлый удар никто из летчиков и моряков не сомневался. Каждый из них желал отличиться, но удача выпала на долю союзников — канадцев. Именно их патрульный самолет заметил вражескую субмарину вблизи северной части канадского острова Ванкувер.

Собиралась ли она просто затаиться в канадских водах или намеривалась пробраться к Сиэтлу через северные проходы под покровом ночи, неизвестно. Одно было, несомненно, она представляла угрозу, и её следовало устранить.

Наведенные канадцами американские эсминцы, быстро и прочно отрезали противнику все пути отхода и принялись методично утюжить прибрежную акваторию глубинными бомбами. У зажатых со всех сторон японцев был один единственный шанс к спасению. Они могли всплыть и попытаться сдаться на милость победителям, но этого не случилось. До самого последнего момента подлодка пыталась маневрировать, но очередная серия бомб, сброшенная в темные воды океана, прервали её метания.

И вновь воды Тихого океана окрасились разноцветными пятнами солярки, и на волнах закачалось множество обломков, наглядно подтверждавшие гибель японской субмарины. И вновь адмирал Нимитц приказал продолжить поиски других вражеских кораблей, которые закончились безрезультатно.

Солнце уже скрылось за горизонтом, когда адмирал отдал приказ кораблям находящимся вблизи Сиэтла и Сан-Диего вернуться к местам своего прежнего патрулирования. Обрадованный адмирал наконец-то успокоился и даже приказал адъютанту отнести радистам из адмиральских запасов бутылку «Арманьяка».

Американцы принялись праздновать заслуженную победу, совершенно не подозревая, что игра только началась. Сознательно подставив под удары американцев две подлодки, японцы разыграли классический гамбит. Пока все силы заслона были брошены на уничтожение двух рейдеров, главные ударные силы императорского флота спокойно прошли через образовавшуюся в сети дыру и устремились к своей цели.

Как всем известно, Господь любит Америку, но на этот раз он отвергнул от неё свой светлый лик. Под покровом ночи, две японские субмарины достигли прибрежных вод Калифорнии в районе городка Юрика и благополучно всплыли.

Соблюдая максимальную светомаскировку, японцы подготовили к взлету два бомбардировщика. Хорошо показав себя в предыдущих налетах, это замечательное творение японских мастеров не подвело и на этот раз. Легко и непринужденно взвились они в темное ноябрьское утро и стали быстро набирать высоту. На календаре было девятнадцатое число.

Японские специалисты из ядерного центра при создании новой атомной бомбы совершили небольшое чудо. Имея в своем распоряжении минимальные средства и возможности, они смогли увеличить мощность атомной бомбы. Специально модифицированный под этот ядерный заряд бомбардировщик, с большой трудом смог подняться над горными отрогами Сьерра-Невада, затем совершить разворот вправо. Вместе с летевшим следом вторым самолетом, они должны были дать Японии шанс на почетный мир.