Руса. Расширяя пределы - Игорь Леонидович Гринчевский

Нет, сварной ствол, навивкой полосы на оправку, наши мастера даже калибром 10,0 мм легко изготавливают, вот только швы по прочности существенно уступают стволу, полученному из хорошо прокованной цельнолитой заготовки. А это неизбежно ведёт к ослаблению заряда, то есть, к снижению начальной скорости. И уменьшение калибра лишается смысла, как и нарезы в стволе. Ослабленный заряд не всегда способен протолкнуть пулю по нарезам.

— Во-от! — торжествующе сказал Арам. — А теперь смотрите сюда!

Ну, смотрим. И что видим? Ствол у пистолета толстый, наружный диаметр больше двадцати миллиметров. Не «переломка», клиновый затвор стоит. Значит, патрон мощный, пороха не пожалели. Опаньки, а это что?

В этого монстра наш оружейник зарядил тот самый патрон «одна сороковая». С заметным усилием нажал на какой-то выступ, при этом затвор закрылся и сто-то щелкнуло.

— Это ударный механизм взвёлся! — пояснил он. — Гоплон говорите? У нашего патруля щиты получше! Геворг, ну-ка, закрепи свой щит на мишени! Да не бойся ты, ремонт я оплачу.

— Ба-бах! — щелкнул выстрел. Даже я уловил, что звук отличается от обычного выстрела из здешних пистолетов. Не просто громче, но будто тоном выше, с присвистом.

— Ну, что я говорил! — обрадовался оружейник, убедившись в наличии сквозной дыры в щите. — Пробило! И щит, и мишень за ним. А всё почему? Мы просверлили ствол большого калибра, а потом в него вложили сварной, калибром поменьше. Тяжеловато, конечно, но работает!

А ведь точно, припомнил я. Что-то такое про нарезные вкладыши в гладкоствольные ружья мне кто-то из учеников рассказывал. Да вот только сам бы я и не вспомнил. А тут получается, хроноаборигены додумались?

— И толку? Пусть он и мощнее, но всё равно, дальше сорока-пятидесяти шагов из такого пистолета не попасть! — попытался охладить его восторги принц.

— Нет, Ашот! — ответил я. — Таким же способом можно и нарезное ружьё мощное сделать. Тяжёлое, но недорогое. И с мощным патроном. Из такого наши патрульные смогут уверенно поражать противников даже на трёхстах шагах. Так что… Пусть твоя проблема и не решена пока, но мы знаем, в каком направлении двигаться!

* * *

С прошлой главы статы пополнились клиновым затвором и нарезным оружием малого (12.5 мм) калибра с мощным патроном.

Глава 10

«Новые способы ведения войны»

Архимеда я ограбил безбожно, даже неудобно как-то перед ещё не родившимся жителем Сиракуз. И винт его себе присвоил, и правила рычага, и даже закон про «тело, погружённое в жидкость…»

И ведь, теоретически, у меня есть шансы дожить до его рождения[1], хотя и не очень большие. Впрочем, я уже так изменил историю, что он может и не родиться. Карфагеняне как с цепи сорвались, уже три греческих полиса на Сицилии захватили и осадили ещё парочку. С такими темпами скоро все города под себя подомнут, причём не только на острове, но и на юге Итальянского «сапога».

* * *

[1] Архимед Сиракузский — древнегреческий учёный, инженер и математик. Родился в 287 г. до н.э. в городе Сиракузы на Сицилии . Как уже отмечалось ранее, на Сицилии и на территории будущей материковой Италии было множество греческих колоний. В указанный период шла война, карфаген постепенно подминал эти колонии под себя.

* * *

После этого Неарху трудновато станет десант высаживать. Но он с войной не торопится почему-то. Хотя… я как раз знаю причину, вот она, прямо передо мной. Новый тип корабля. За основу взяли пузатого финикийского «купца». Длина такая же, как у триремы, осадка и ширина палубы лишь самую малость больше, но по Каналу Фараонов должен пройти. А вот водоизмещение — существенно больше. Насколько? А вот мы сейчас и измерим!

Задачка-то непростая! Рассчитать математически? А как? Взвесить отдельно пустой кораблик, балласт и груз, заставляющий опуститься по самую ватерлинию и да просуммировать? Так нет у меня таких весов! В Трапезунде-то мы корабль по частям взвешивали, а тут Неарх уже готовый показал!

Вот мы и выкручиваемся. Завели корабль в слегка переделанный шлюз Канала и откачали всю воду, аккуратно посадив корабль на дно. К счастью, здешние корабли к такому обращению привычны, их регулярно вытаскивают на берег, чтобы почистить днище от ракушек, заново его осмолить и покрасить. Так что корпус выдержал, хоть и потрескивал.

Затем снова наполнили шлюз, замеряя специальным водомером количество поданной воды. Дальше что? Вывели корабль, довели уровень воды до прежней метки, а затем снова откачали воду. Получили разность 220 тонн. Или, если в мерках, установленных Александром, 5 500 метретов.

Точность, конечно, так себе, на пять-шесть тонн легко могли обмануться, но всё равно, получается, эта пузатая калоша способна перевезти сотен пять пехотинцев. Или больше сотни тонн снаряжения. Отличная штука для перевозки войска через море.

Экипаж — всего тридцать человек, да и гребных вёсел всего десяток. Для того, чтобы зайти в порт или выйти из него этого достаточно. Две мачты, косые паруса и усиленный судовой набор, управляются двумя рулевыми вёслами, а по морю планируют ходить только под парусами. Правда, из-за пузатой формы корпуса скорость сильно уступает пиратским миопаронам и биремам.

Разумеется, при наличии на борту хотя бы полусотни пехотинцев это не критично, но и без них кораблик способен огрызнуться — по три вертлюжных пушки по каждому борту и по одной — на носу и корме. Пушки казнозарядные, скорострельность у них — до трёх выстрелов в минуту, так что я лично не завидую «мышиной ладье», которая испытает свою удачу даже с единичным таким корабликом. А Неарх собирается строить их десятками.

Вот только займёт это ещё месяцев восемь, а то и десять, за это время таксиарх Диомед Фиванец способен захватить все порты Сицилии. И где он собирается высаживать десант? И, главное, как нам успеть снабдить его пушками? Заготовки под стволы даже отлить непросто, проковать — ещё сложнее, а уж стволы сверлить… У-у-у… У меня даже зубы заболели, как представил. Нужных станков у нас мало, мастеров, способных их строить и ремонтировать — по пальцам пересчитать можно, да и занимаются они не только этими станками…

Так что, наверное, и к лучшему, что Неарх тянет время!

* * *

— Эти сволочи опять тянут время! — возмутился Птолемей. — Снова