Операция "Невозможное" (Лето и осень сорок пятого) - Евгений Белогорский

Подлый удар был нанесен расчетливо и точно по ничего не подозревающим китайским коммунистам. Никто не предполагал, что появившиеся в небе американские самолеты будут бомбить именно их, а не японские военные объекты по ту сторону Хуанхэ.

Первыми ударили «стратеги», чей фирменный удар перепахал до неузнаваемости местность, где находились китайские коммунисты. Вслед за ними ударили «тактики» сметая все то, что не успели уничтожить их предшественники.

Последнюю точку в налете поставили истребители прикрытия. Пользуясь полным отсутствием в воздухе самолетов противника, они принялись гоняться за одиночными целями, что подобно зайцам метались по развороченной земле.

Длинными очередями они расстреливали бегущих по дорогам солдат, а также искавших спасения в жидких зарослях кустарника людей. Уткнувшись в землю, они отчаянно пытались спрятаться от неистово грохочущей сверху смерти. В этот момент американские пилоты действительно были схожи с охотниками, на диких животных.

Получив столь подлый и коварный удар, соединения китайских коммунистов не смогли оказать никакого сопротивления наступающим порядкам Гоминдана, и были вынуждены отойти на север, за великую Желтую реку.

Следуя приказам Макартура и выполняя план операции, солдаты Чан Кайши, захватили Чжэнчжоу, затем Лонин и Луши, полностью окружив все находившиеся в междуречье Хуанхэ и Янцзы войска противника. Мешок генерала Макартура захлопнулся, но надо было ещё удержать и уничтожить оказавшиеся внутри окружения японские соединения.

В любое другое время, японским генералам не составило бы большого труда двойным ударом разорвать кольцо окружения, однако только не осенью сорок пятого года.

И дело было не только в усталости солдат экспедиционного корпуса и их неверие в окончательную победу. Самурайский дух хоть и утратил свой прежний блеск, но не утратил твердость. Все дело заключалось в том, что проклятые янки уже трижды применили на полях Китая свои атомные бомбы.

Та легкость и непринужденность, с которой генерал Макартур жертвовал ими, вселяла боязнь в сердца японских солдат и в первую очередь в умы их командиров.

Нет, это не было пресловутой трусостью. Зная, что они гибнут ради императора и страны, японцы были готовы расстаться с жизнью, опасение, что американцы в любой момент могут применить ещё одну бомбу, заставляло их нервничать и совершать ошибки.

Вместо того, чтобы отвести войска из района Чанша и создав мощный кулак прорвать окружение врага, японские генералы предприняли попытку прорыва силами, дислоцированными в районе Биян. Их оказалось вполне достаточно, чтобы пробить в окружении широкий коридор и вывести часть войск. Однако затем Гоминдан при поддержке американцев смог вновь захлопнуть кольцо окружения.

Имеющихся у японцев сил хватило пробить новый коридор, но теперь гораздо более узкий и вывести несколько соединения отступающих от Ханькоу. Он продержался около двух дней, прежде чем китайцы ликвидировали брешь и теперь навсегда.

Не давая японцам создать новый ударный кулак, американцы принялись усиленно дробить оказавшиеся в окружения войска посредством интенсивной бомбардировки.

Трудно сказать, насколько был эффективен и правилен подобный ход, но Фортуна вновь улыбнулась янки. Уже на второй день, под их удар попал штаб генерала Ханоки и был полностью уничтожен. В результате этого было полностью нарушено управление попавшими в окружение соединениями, что привело к их дальнейшей гибели.

Однако не везде госпожа Удача была благосклонная к «джи-ай». Если она благоволила к генералу Макартура отчаянно пытавшегося на полях Китая доказать правильность своих планов, то адмирала Нимитца она откровенно не жаловала.

На долю прославленного американского флотоводца выпала задача по разгрому японских войск на Кюсю и он в этом деле не сильно преуспел. Получив в свое распоряжение кроме флота, тактическую авиацию, морских пехотинцев и бомбы с химической начинкой, Нимитц не смог одержать убедительных успехов подобно Макартуру.

Медленно, прогрызая оборону противника дюйм за дюйм, адмирал так и не смог переломить ход сражения в пользу. Стремясь оправдать свои затруднения, он громко сетовал на наличие у Макартура ядерного оружия и полное отсутствие атомных зарядов у него. Однако не только этот факт объяснял топтание его войск на месте. Просто японцы были у себя дома, им некуда было отступать и они с отчаянием обреченных на смерть людей, дрались с американцами.

Кроме этого, серьезно изменились тактические условия в противоборстве враждующих армий. Если раньше, после высадки вражеского десанта на Филиппины, Иводзиму и Окинаву, японцы не имели возможность послать воюющим войскам подкрепление и американская анаконда, медленно, но верно перемалывала кости своей жертве, то теперь положение было иначе. С главного острова Японского архипелага Хонсю на Кюсю широким потоком шли людские подкрепления и техника.

Одновременно с этим среди гражданского населения, широко развернулось движение под лозунгом «Убей американца!». Суть его состояло в том, что если каждый из японцев, несмотря на возраст, убьет, хотя бы одного врага, американцы будут побеждены. По своей сути это было провозглашение тотальной партизанской войны и на этот призыв откликнулись десятки тысяч людей.

Твердость и решимость японцев следовать лозунгу генерала Муто, американские солдаты узнали вскоре после захвата маленького провинциального городка Эбино. За первые двое суток, американские пехотинцы потеряли убитыми и ранеными свыше сто человек.

Большинство потерь произошло в результате отравления цистерны с питьевой водой, которой пользовались американцы. Целый взвод, что был выведен в тыл с передовой и решил попить воды, погиб в мучительных судорогах от яда морского ежа. Ещё пятнадцать человек распростились с жизнью после того, как молоденькая японка бросила аналогичную отраву в котел с горячей похлебкой для солдат. Все остальные жертвы среди американцев были в результате нападения с применением огнестрельного и холодного оружия, включая даже банальное шило.

Ответная реакция адмирала Нимитца не замедлила себя ждать. Не решаясь на полное отселение гражданского населения в резервации, как это было с японцами, проживающими на территории США, Нимитц разрешил своим солдатам применение оружия в любом случае, если возникнет угроза их жизни.

Этот приказ означал, что отныне любой американец мог убить какого угодно японца, руководствуясь только одним подозрением и за это, ему не будет никаких последствий. Воспользовавшись этой индульгенцией, американские солдаты в массовом порядке принялись защищать свои жизни, но это только ещё больше подталкивало простой народ к активным действиям.

После того, как все три десантных сектора соединились в одно единое, японское командование в лице адмирала Нагано изменило тактику. Главной целью атак императорской армии стали не американские десантные транспорта, а боевые корабли и в первую очередь линкоры и авианосцы.

Запас боевых водолазов быстро сошел, на нет, эсминцы и миноносцы, худо-бедно противодействовали атакам миниподлодок и торпедами управляемыми смертниками. В результате атак подводных сил японского флота был потоплен тяжелый крейсер «Сан-Франциско» и серьезно повреждены два авианосца «Нассау» и «Ченанго». Все остальные нападения японских подводников были либо отбиты, либо сорваны с существенными для них потерями от кораблей прикрытия.

В качестве утешительного приза для подопечных адмирала Нагато от госпожи Фортуны, можно было записать линейный крейсер «Аляска». По приказу адмирала Нимитца, этот огромный корабль, мало в чем уступавший линкору, прекратил свое патрулирование в Желтом море и направился к берегам Кюсю. Там он должен был огнем своих корабельных орудий поддержать действия американских десантников в секторе «Бентли», но в результате роковой встречи с субмариной капитана 2 ранга Кобаяси, так и не добрался до Японии.

Двигаясь в сопровождении двух легких крейсеров и пары эсминцев, «Аляска» торопилась как можно скорее подставить плечом своим товарищам по корпусу морской пехоты, но вместо этого получила в борт, два попадания торпед. Капитан Кобаяси мастерски атаковал линейный крейсер во время изменения курса. «Аляска» буквально налетела на вражеские торпеды, не имея ни малейшего шанса уклониться.

Конечно, для того чтобы сразу уничтожить корабль такого класса двух торпед было крайне мало. После атаки, крейсер смог продержаться на воде сорок две минуты. За это время американцы успели спустить шлюпки и спасательные плоты, раздать спасательные жилеты.

Многих моряков были подняты из воды подошедшими к месту трагедии крейсерам и эсминцам, но вот сама «Аляска» была обречена. Несмотря на героическую борьбу экипажа, крейсер затонул в четырехстах милях от берега.