Операция "Невозможное" (Лето и осень сорок пятого) - Евгений Белогорский

Дозорные кораблей прикрытия, самым внимательным образом всматривались в морскую гладь, пытаясь заметить присутствие подлодок противника. Помня предыдущую схватку, они ожидали, что японцы будут атаковать десантные корабли с севера, со стороны открытого моря, но беда подкралась к ним с северо-запада, со стороны берега. К огромному горю и отчаянию стоявших на мостиках дозорных, когда идущие к берегу десантные баржи, стали внезапно окутываться столбами воды и пламени, и начали тонуть.

Многочисленность и почти одновременность возникших взрывов наводило на мысль, что против американских кораблей действует не одна и не две подлодки противника. Столь широкомасштабная атака вызвало сильное затруднение у капитанов кораблей прикрытия. Застигнутые врасплох, они подарили противнику несколько минут драгоценного времени, что имело пагубные последствия для всей высадки десанта. Пока американцы начали предпринимать нужные контрмеры, многие субмарины успели выбрать себе новую цель и выпустить вторую торпеду.

Результативность этого залпа японских подводников в определенной мере уступала точности предыдущей атаки. Удачно «сняв пенки» за счет внезапности, экипажи субмарин были вынуждены действовать в быстро меняющихся условиях боя. Возникала определенная торопливость в действиях, боязнь промаха, но даже полученные результаты атаки, с лихвой окупали все неудачи и промахи.

Попав под столь неожиданный и быстрый удар, многие капитаны десантных кораблей сильно испугались, в значительной мере переоценив количество вражеских субмарин, напавших на них. Часть из них стали выполнять противолодочные маневры, чтобы затруднить действия противника, други решили развернуть свои корабли от берега, уж слишком сильно бил по глазам вид тонущих десантников. Лишь небольшая часть моряков, несмотря ни на что продолжила движение свое движение прежним курсом и к своему несчастью, угодили прямо в пылкие объятья «драконов удачи».

Малое количество кораблей идущих к берегу, значительно облегчило работу фукурю, редкой цепочкой расположившихся на дне моря. Это был последний резерв японского командования на Кюсю численностью в пятнадцать человек.

На этот раз удача улыбнулась смертникам пожелавшим умереть во славу микадо и своей страны. Одиннадцать раз им удалось коснуться своим смертельным оружием днищ вражеских кораблей. Но не только физическое уничтожение врагов, можно было записать в актив фукурю. Неожиданные взрывы на мелководье, некоторые капитаны кораблей расценили как взрывы мин и решили ретироваться, до полного выяснения обстановки.

Вместе с подводными добровольцами-смертниками, в разгром врага внесли свой вклад и надводные члены тайсинтай. Оседлав верткие и проворные торпедные катера, они атаковали корабли прикрытия десанта.

Не обращая никакого внимания на тугие пулеметные очереди и отчаянные залпы «чикагского пианино», японские моряки упрямо вели на врага свои набитые взрывчаткой корабли. Некоторые из них не смогли исполнить свой священный долг перед императором. Скошенные свинцовой струей и сброшенные за борт, или превращенные в столп пламени попавшим в катер снарядом, они не успели выкрикнуть славный клич самураем «банзай» и нанести ущерб врагу.

Другим повезло больше. Сумев проскочить сквозь смертельный ливень пуль и снарядов, они таранили серые борта американских кораблей. Никто из них не отвернул со своего гибельного пути, с наслаждением наблюдая в свои последние секунды жизни страх столпившихся на палубе врагов.

Для просвещенных американцев подобное поведение солдат противника было непонятной азиатской дикостью. Для прижатых к стенке японцев, это было радостной возможностью проявить свою безграничную любовь к родине, своей преданности её историческим ценностям.

Семь эсминцев и эскортных миноносцев были уничтожены или получили повреждения в результате атаки торпедных катеров противника. Для любого военно-морского флота мира, потеря кораблей такого класса довольно заметная потеря. Однако в этот день, американцы были согласны лишиться ещё четырех миноносцев, лишь бы сохранить в неприкосновенности свои десантные корабли.

Как уже говорилось, с момента обнаружения подлодок противника часть капитанов решил повременить с высадкой до полного выяснения обстановки. Проявляя здоровое благоразумие, они решили отойти под прикрытие кораблей эскорта, но вместо спокойной передышки попали под новый удар вражеских катеров.

Несмотря на яростный огонь со стороны эсминцев и миноносцев, четырем катерам удалось прорваться к десантным баржам и атаковать их. Маленькие и проворные, они буквально проскакивали между разрывами снарядов и пулеметными очередями, на всех парах мчась к желанной цели.

Слишком поздно заметив стремительно летящую к ним смертельную угрозу, экипажи десантных кораблей пытались отбиться от вражеских катеров при помощи собственного автоматического оружия, но сегодня Фортуна смотрела в другую сторону. Четыре тайсинтай протаранили корабли противника, сократив численность американской армии на два танка, одну гаубичную батарею и почти целый батальон морской пехоты, не считая экипажи кораблей.

Но и это были ещё не все потери американского десанта второй волны. Пока японские истребители дрались с самолетами противника, над прибрежными водами Миядзаки, появились бомбардировщики прозванные американцами «Элен».

Переброшенные с территории Маньчжурии, своей тысяче килограммовой нагрузкой они представляли серьезную угрозу, как для сухопутных соединений противника, так и для его морских сил. Единственным недостатком этих машин на данный момент была их численность. Испытывая острейшую нехватку самолетов, японское командование смогло бросить на защиту Кюсю только две эскадрильи «Громовых драконов».

Посчитав, что с передовыми силами противника разберутся танкисты полковника Касая, командование приказало нанести удар по тем, кто уже успел высадиться на пляжи Миядзаки или только готовился это сделать.

Увлеченные схваткой с врагом, американские летчики просмотрели приближение грозных «Элен» и не смогли перехватить их на подходе к побережью. Многие тысячи килограммов бомб обрушились на песчаные пляжи Миядзаки, разнося вдребезги находившихся там людей и технику.

Потом, при отходе, от огня истребителей противника «драконы» потеряли три машины. Ещё одна получила повреждение и на время вышла из строя, но это было слабым утешением для попавших под удар морских пехотинцев. Сотни людей были буквально перемолочены безжалостной силой вместе с землей и разбросанные в разные стороны. Горели танки, самоходки, орудия, охваченные огнем, непрерывно рвались боеприпасы, усиливая и без того огромную неразбериху и панику царившую в этот момент на побережье.

Одна из японских бомб угодила в десантную баржу, с которой только-только сошли десантники. Сила её взрыва была такова, что судно разметало на несколько частей и бросило прямо на людей. Будь атака танкистов Касая и удар бомбардировщиков скоординированы и судьба бы десанта была печальна, однако Бог любит Америку и солдаты полковника Гриссона выстояли.

Свой вклад в победу над врагом внесли канониры линкоров и крейсеров, которые несмотря ни на что открывали огонь из своих орудий по первому требованию, находящихся на берегу корректировщиков. Именно поддержка корабельной артиллерии помогла выстоять пехотинцам во время третьей атаки противника, в которой он задействовал все свои силы. В самый критический момент боя, огонь главных калибров не позволил сухопутному слону столкнуть в воду вылезшего на берег левиафана.

К концу дня, звездно-полосатый флаг продолжал развиваться над американскими позициями в секторе «Бентли», но за это флоту пришлось заплатить дорогую цену. В результате атаки с воздуха получили серьезные повреждения, и вышли из строя два тяжелых крейсера. У «Канберры» «Байка» разворотил корму, тогда как на «Куинси» была разрушена боевая рубка и сбита передняя труба. На обоих крейсерах возник сильный пожар, с которым удалось справиться благодаря мужеству личного состава. Проявляя храбрость и отвагу, моряки сумели не допустить дальнейшее распространение огня, что могло привести к гибели кораблей.

Также на две единицы сократилось число эскортных авианосцев способных продолжить боевые действия. Оба они получили попадание в борта японскими «Фау», что привело к сильному крену палубы и сделало невозможным взлет и посадку самолетов. Из числа ранее взлетевших с них истребителей, двенадцать машин смогли сесть на другие авианосцы, но пятнадцать пилотов были вынуждены бросить свои самолеты и искать спасение при помощи парашюта и надувного жилета.

Примерно по такому же сценарию развивались события и в секторе «Кадиллак», с той лишь разницей, что слон не смог одолеть кита исключительно из собственной самоуверенности. Если бы удар главных сил танковых соединений японцев был направлен на Кусикино, а не на Миядзаки, число бы американских плацдармов на Кюсю сократилось. Однако, посчитав, что дело сделано, японцы бросили на врага лишь два батальона танков.