Отряд; Отряд-2; Отряд-3; Отряд-4 - Алексей Евтушенко

– Так мы выходим или как? – поинтересовался Стихарь.

– Ладно, – принял решение Велга. – Поверим чутью наших… боевых подруг. Все так все. Хотя, подожди, Ань. А как же ребёнок?

– А что ребёнок? – удивилась Аня. – Ребёнок со мной, моим мужем и всеми вами. И значит, в полной безопасности.

Первыми на берег спрыгнули Велга и Дитц. Как и положено командирам. Одёрнули форму, переглянулись и спокойно направились к поджидающей их группе людей и роботов. И лейтенант, и обер–лейтенант, не оглядываясь, знали, что остальные последовали за ними.

Парень и девушка сделали два шага навстречу (это вежливо с их стороны, решил Дитц) и остановились. Александр и Хельмут остановились тоже. За их спинами замер отряд.

В полном молчании люди рассматривали друг друга.

Они вряд ли старше нас, решил Велга. Но выглядят моложе. И держатся уверенно. Как хозяева. Парень чем–то напоминает нашего Валерку Стихаря. Такой же невысокий и ладный. И взгляд с нахалинкой. Только Валера темноволосый и глаза у него темно–синие, а этот светло–русый и глаза голубые. А вот девушка хоть и тоже рыжая, но на Аню не похожа. И рыжина у них разная, и комплекция, и черты лица. И глаза. Но самое главное – есть у меня устойчивое впечатление, что они – русские. И не просто русские, а… москвичи. Интересно, отчего мне так кажется? Знакомая повадка? Так они, вроде, еще ничего не сказали и не сделали. Даже странно. Интересно будет проверить.

– Вы случаем не из Москвы, ребята? – неожиданно для самого себя спросил он и, дружелюбно улыбнувшись, добавил. – Здравствуйте.

Парень и девушка переглянулись.

– Из Москвы, – ухмыльнулся парень. – Здравствуйте. Вы тоже?

– Добро пожаловать на планету Жемчужина. – Девушка улыбнулась.

– И здесь русские, – картинно вздохнул Хельмут. – Нет, это точно судьба, – и глядя прямо в глаза девушке, на низких обволакивающих тонах добавил. – Разрешите представиться. Обер–лейтенант вермахта Хельмут Дитц.

И щёлкнул каблуками.

– Маша, – как завороженная ответила девушка. – Маша Князь. Вы действительно немец, господин Дитц?

– Саксонец, если точнее, – насколько мог обаятельно улыбнулся обер–лейтенант. – И для вас – Хельмут.

О–па, подумал Велга. Кажется, знакомство налаживается.

– Очень хорошо говорите по–русски, – заметил парень.

– Долгая практика, – небрежно ответил Хельмут. – Два года командовал взводом разведки на Восточном фронте, а потом и вовсе с вами, русскими, подружился. С кем поведёшься, от того и наберёшься, как вы говорите.

У парня отпала челюсть.

Немцы и русские необидно засмеялись.

– Всё нормально, – заверила фея Нэла. – Здесь нет сумасшедших. Но предупреждаю, что вы услышите ещё много удивительного.

– К удивительному нам не привыкать, – быстро пришёл в себя парень. – И… меня зовут Женя. Евгений Аничкин. А вас?

– Нэла, – проворковала Нэла. – И мне очень приятно.

Нет, знакомство точно налаживается, решил про себя Велга и сказал:

– Что ж, позвольте представить вам остальных наших боевых товарищей….

– Если в двух словах, кто вы? – осведомилась Маша после того, как все назвали себя. – Не поймите превратно. Мы вас не ждали и…

– Не нужно оправданий, – сказал Дитц. – Мы прекрасно вас понимаем и сами за разумную осторожность. – Он посмотрел на Велгу и спросил. – Саша, кто мы, по–твоему, как думаешь? Если в двух словах.

– Тут и думать нечего, – ответил Велга. – Разведчики и спасатели.

– Точно, – подтвердил Валерка Стихарь, хотя его никто не спрашивал. – Сначала разведываем, а потом, если надо, спасаем.

– Или не спасаем, – добавил Руди Майер. – Это уж как получится. Хотя, как правило, всё–таки спасаем.

– Надо же, какое совпадение, – хмыкнул Аничкин. – Мы занимаемся ровно тем же самым.

– А какими судьбами вас занесло сюда? – светским тоном осведомилась Маша. – И почему на вас форма времён Второй Мировой войны?

– Это долгий разговор, Машенька, – улыбнулся Дитц. – Поверьте. Очень долгий. – Он выразительным взглядом окинул Пирамиду. – Внушительное сооружение. Впечатляет. Ваш домишко?

– Э… в некотором роде. Мы там теперь живём, это точно.

– Может быть, пригласите? – поддержал инициативу друга Велга. – А то здесь, на берегу, неудобно разговаривать.

Маша и Женя неуверенно переглянулись.

И верно, москвичи, подумал Велга и вслух добавил:

– Мы люди хоть и военные, но мирные. А наш транспорт и оружие можем оставить здесь. Так пойдёт?

– Да, вы правы, – сказала Маша. – Без обоюдного доверия нам не обойтись. Мы приглашаем вас к себе. Транспортом можете воспользоваться своим, но оружие перед тем, как войдём в Пирамиду, действительно, придётся оставить.

– Так будет лучше, – добавил Женя. – Для начала.

Не знаю, как выглядит с орбиты Земля, но вид Жемчужины с высоты четырёхсот пятидесяти километров ошеломлял. По нашей просьбе Клёнья сделал совершенно прозрачным изрядный кусок своего тела в районе кают–компании – оказывается, он умел и это – особый способ маскировки! – и теперь мы, что называется, воочию любовались плывущим далеко под нами Южным океаном с разбросанными по нему там и сям островами и грозовым фронтом облаков, наползавшем с запада на материк, который не так давно был окрещён нами Центральным и где располагалась Пирамида – наш нынешний дом.

Пять минут назад мы завершили отработку различных маневров, убедились, что звездолётом способен управлять и десятилетний ребёнок при условии, что Клёнья признает в нём хозяина, и теперь решили проверить, каков вкус у кофе, когда ты находишься в условиях искусственной гравитации на высоте четырёх с половиной сотен километров от поверхности земли. Вкус у кофе оказался неплох.

– Красотища, – прокомментировала Марта. – Прямо дух захватывает. Никогда не видела ничего подобного.

– И никто из нас, – поддержал я. – Теперь я понимаю, отчего космонавты готовы покидать Землю снова и снова. Несмотря на все препятствия и риск.

– Грешно, наверное, говорить, – высказался Никита, – но я почти рад, что нам придётся лететь на выручку Владу, Свему и куркхуркхам. Иначе когда бы я ещё всё это увидел? – Он помедлил и добавил. – И познакомился с таким удивительным существом, как наш Клёнья–Малыш.

– Да, наш Клёнья просто чудо из чудес, – согласился я. – Сам летит. Было бы куда лететь.

– А куда лететь, мы знаем! – весело заключила Марта.

– На связи Пирамида, – бесстрастно сообщил бортовой компьютер.

Я посмотрел на часы. До запланированного сеанса оставалось ещё восемь минут. Хм.

– Соединяй.

Засветился экран, и на нём возникло, чуть искажённое помехами, лицо Оли Ефремовой.

– Как вы там? – осведомилась она.

– Нормально, – сказал я. – Осваиваемся. А вы уже соскучились?

– Не то чтобы очень, но Маша велела связаться с вами и сообщить, что у нас, кажется, скоро будут гости.

И она вкратце сообщила о том, что случилось в наше отсутствие. Проиллюстрировав рассказ соответствующей видеозаписью.

– А где сама Маша? – спросил я. – Отправилась вместе с Аничкиным встречать, как я понимаю?

– Да. Мы не хотели вас беспокоить до тех пор, пока не убедимся, что они и впрямь направляются к нам.

– Действительно, – пробормотал я. – Плывут себе люди вниз по реке и плывут. Мало ли.

Оля промолчала.

– Хорошо, что сообщили, – сказал я и постарался одобрительно улыбнуться. – Мы возвращаемся.

Подробно рассказывать о приключениях отряда лейтенант РККА Александр Велга не стал. Во–первых, потому что не мнил себя хорошим рассказчиком, а во–вторых, не посчитал нужным – в конце концов, эти люди, их в некотором роде потомки, хоть и были здесь хозяевами, но ни сам Велга, ни обер–лейтенант вермахта Хельмут Дитц, ни все остальные ни в коей мере им не подчинялись, а для того, чтобы исполнить долг вежливости и наладить контакт достаточно и кратких сведений. Впрочем, и на это потребовалась не одна минута.

Начал Велга с той июльской ночи тысяча девятьсот сорок третьего года, когда два взвода разведки – советский и немецкий – столкнулись нос к носу в разбитой и сожжённой бомбами и снарядами деревеньке под Курском…

По лицам новых знакомых он видел, что история отряда захватила хозяев Пирамиды – все шестеро, включая искусственное существо по имени Оскар (с подобными отряд встречался на планете–курорте Лона, и поэтому никто особо не удивился знакомству) не отрывали внимательных глаз от лейтенанта, а девушка по имени Оля и вовсе слушала, приоткрыв рот. Что ж, оно и к лучшему, мелькнула мысль. Как–никак, они не просто земляки и потомки, а, возможно, ещё и ближайшие наши союзники и партнёры. В обозримый период времени.

– И вот мы здесь, – заключил Велга, откинулся на спинку кресла, вытащил сигарету и закурил.