Одинаковые. Том 3. Индокитай - Сергей Насоновский

Подошла его жена Анна, а потом и дочки. Младшая, как всегда, вертелась возле Никиты — будто чувствует каким-то шестым чувством, где он, и не отходит. Лица у нас одинаковые, но тянет её именно к нему. Средние девчонки, по привычке, строили нам глазки, но мы, как и прежде, на малолеток не реагировали. Томских видел всё это и только улыбался.

Основную проблему мы закрыли. Заодно попросили его чаще наведываться на производство и подключаться, если вдруг возникнут сложности. Чтобы у него были все юридические основания для вмешательства, оформили на него полную доверенность сроком на три года. Надеюсь, не ошиблись в человеке — вернёмся в Питер, и всё будет на месте, да ещё и в росте.

Чтобы у Андрея Михайловича был интерес, закрепили за ним пять процентов от чистой прибыли производства. Пусть почаще приглядывает за делами, хотя и Гудков, и Расторгуев уже работают на совесть, спелись товарищи за этот год.

В последнее время и сам Иосиф зачастил на производство. Как-то, между делом, я сказал ему, что неплохо бы начать разбираться в управлении, и лучше всего — с наших автомастерских. Расторгуев с Гудковым идею поддержали, и управляющий взялся за наставничество: водил Иосифа по цехам, показывал все процессы, простые по меркам XIX века, но нужные. Подросток загорелся — каждый раз возвращался домой с горящими глазами и выкладывал всё, что успел узнать за день, задавал море вопросов.

Началась быстрая, но слаженная подготовка к путешествию, старт намечен на 28 мая 1893 года. В мастерских выгребли двадцать пистолетов — в пути могут пригодиться, а заодно и как реклама может сработать, если подвернётся случай. Взяли запас глушителей и запас обтюраторов— конструкция у нас хоть и надёжная, но содрали мы её, по сути, с будущих разработок братьев Митиных, с их знаменитых «БраМит» для наганов разработанных в 1929 году моего прошлого. А на таких после двадцати-тридцати выстрелов резиновые обтюраторы менять обязательно требуется.

Путешествовать будем поездом до столицы Урала и если все пойдет по плану, то этот маршрут мы должны преодолеть примерно до 15 июня 1893 года. Уже отправили большую телеграмму Ефиму, брату Тихона Евстигнеевича Мирова, с которым познакомились в пути в наше прошлое путешествие по Сибири. Ефим тоже оказал нам помощь и теперь мы пытались разузнать, цел ли наш старый фургон, что в прошлый раз мы продали ему в Екатеринбурге перед отъездом. Было бы идеально его обратно выкупить и отправиться в путь на колёсах — дорога дальняя, и всякое может случиться. В фургоне, да ещё вчетвером, ехать куда комфортнее, в этом мы уже имели возможность убедиться, а вот передвигаться на такое огромное расстояние на непойми чем, ей богу не хочется.

Ответ пришёл через три дня. Ефим, у которого мы раньше останавливались по дороге в столицу, сообщил новости. Всё обернулось даже лучше, чем мы думали, когда планировали путешествие. Пока мы обживались в Питере, он получил два новых фургона, так что теперь у него их три. Один новенький готов отдать нам. Анисим, разошёлся на славу — его тарантасы уже вовсю бегают по сибирскому тракту, а другие мастера, насмотревшись на поток заказов, начали клепать свои. Не знаю, лучше у них выходит или хуже, но по дороге думаю будет возможность сравнить, коли наша задумка так пришлась по душе местным дельцам, проводящим значительную часть жизни в переездах.

Значит, план простой — билеты в железнодорожное путешествие снова берём до Екатеринбурга, сначала до Москвы конечно, там пересадка. Увы другого железнодорожного маршрута не существует, или по крайней мере мне о таких не известно. В Москве возможно будет долгая остановка, но надеюсь, что удастся быстро приобрести нужные нам билеты. Экипируемся по минимуму, но тем не менее подготовку снаряжения не надо упускать из виду, и багаж всё равно получается приличный. Всё, что не сможем привезти из Петербурга для комфортного путешествия через полстраны, докупим уже в столице Сибири. И начались сборы в дальнюю дорогу. Собирать снаряжение мы начали с подготовки списка, в целом это был наш стандартный походный комплект, включающий вооружение, боезапас, походную одежду и множество разных мелочей типа фляг для воды, посуды, мыльно-рыльного набора и так далее.

На следующий день встретились с Гудковым. Ещё раз прогнали планы по развитию производства. Накидали несколько улучшений для мотовелосипеда — внедрив которые можно будет запустить версию «Нева-2», но велели ему не браться за это раньше, чем через полгода, пусть сначала рабочие притрутся к необычному для них конвейерному способу производства.

Расторгуев, при поддержке Томских, начал пробивать на испытания пистолетов ПР-92 в ГАУ. Западные оружейники уже проявляют интерес — хотят выкупить лицензию и патенты на узлы. Наши же, как водится, не торопятся. Да и чего им торопиться? Мы же им взяток не несём. Проще ведь закупить что-то импортное и набить себе карманы мздой немалой.

Ситуация с взятками и откатами среди чиновников — это, увы, обычное дело в Российской империи этих лет, а уж в армии и на флоте особенно. Чего только стоит дядюшка Николая Второго, будущего императора, который, курируя флот, спустил такое немыслимое количество казённых денег, что и счёту нет, — и ведь он был далеко не единственным: великих князей хватало, а уж обычные чиновники и вовсе не брезговали примазаться к любому денежному потоку, если подворачивалась возможность. Вот и выходит, чтобы протолкнуть своё изобретение на вооружение армии, нужно пройти семь кругов ада — и мы это прекрасно понимали, потому особо и не торопились. Всё равно положительные отзывы от офицеров, успевших опробовать наш ПР-92, мы уже получили, а дальше вода камень точит — глядишь, и появится у русской армии дельное оружие. Да и сейчас, по правде говоря, даже те заказы, что сыплются из оружейных лавок, можем выполнять только процентов на пятьдесят, не больше. Поэтому скорее всего речь пойдет о продаже лицензии государству.

Я дал Гудкову полную свободу действий: если потребуется, пусть занимается модернизацией, расширяет производство, но только строго по принципу конвейера, чтобы каждая деталь была стандартизирована, и не важно, какой пистолет возьмёшь в руки — детали должны быть взаимозаменяемы. Пусть это скажется на цене, но отходить от этого правила я ему запретил. На развитие производства мы положили на банковский счёт пятьдесят тысяч рублей и дали Гудкову полный доступ; надеемся, что, когда вернёмся, и производство будет стоять крепко, и денег станет больше. Но, увы, времени на подробный контроль уже нет