Операция "Невозможное" (Лето и осень сорок пятого) - Евгений Белогорский

— Бывших союзников — поправил Антонова Сталин. — Если нанесение главного удара по господам бывшим союзникам ляжет полностью на плечи маршала Рокоссовского, думаю, будет правильнее передать в его распоряжение бронетанковые соединения не только 3-го Белорусского, но и Прибалтийского фронта. И отдать этот приказ следует немедленно.

— Будет сделано товарищ Сталин, — генерал на секунду замолчал и затем предложил. — Учитывая, что в ожидаемом конфликте главное направление будет в полосе 2-го Белорусского фронта, возможно, стоить заменить маршала Рокоссовского, на посту комфронта маршалом Жуковым?

Услышав предложение Антонова, Верховный неторопливо прошелся по кабинету, остановившись у портрета Суворова и произнес.

— Не думаю, что это правильное решение товарищ Антонов. Мы и так уже сильно обидели Константина Константиновича, когда из-за происков Хрущева в сентябре сорок третьего не позволили освободить Киев, а в ноябре сорок четвертого, руководствуясь исключительно политическими мотивами, заменили его маршалом Жуковым на посту командующего 1-го Белорусского фронтом. Мне кажется, что не стоит мешать, нашему советскому Багратиону стать Суворовым.

Глава IV. Начало «Невероятного»

Тиха и прекрасна была июльская ночь вблизи городка Людвигслуста, что расположился на берегу речушки Эльде на севере Германии. Не пылили проселочные дороги, не дрожали от ветра листья придорожных кустов. Темный величественный лес, погруженный в глубокий сон, был полон, свежей прохладой. Легкий белый туман, стелившийся над поверхностью сонных речных вод, обещал пригожий солнечный день, в котором хорошо работать и приятно отдыхать, с кружкой свежесваренного пива.

Все было прекрасно, но эту мирную пастораль безжалостно разрушили громкие людские голоса, внезапно возникшие буквально из небытия. Подобные лаю охотничьих псов и реву боевой трубы, они возвещали застывшим под сенью деревьев безликим солдатским шеренгам.

Вот уже два дня, они безвылазно сидели в густом ельнике Шверинского леса, оживая только по ночам, когда с запада, к ним тайком подходили новые соединения. Солдатам было запрещено разводить костры, ходить по лесу и громко разговаривать. Любой лязг оружия, звон солдатского котелка, вызывал грозное нарекание командиров.

Так продолжалось до ночи со 2 на 3 июля, когда поднятым по тревоге солдатам, при свете походных фонарей было зачитано громкое воззвание к германскому народу его нового фюрера.

— Солдаты великой Германии! Солдаты Восточного фронта! К вам обращается рейхспрезидент Германии, гросс-адмирал Карл Дениц. Несмотря на то, что армии большевиков заняли Берлин и оккупировали восточные земли рейха, а англичане и американцы стоят на Эльбе и в Баварии, германское государство продолжает свое существование. Оно существует, хотя наши доблестные войска были вынуждены сложить оружие и подписать унизительный акт о полной капитуляции.

Существует, несмотря на то что, многие из её граждан, не выдержав ниспосланных нам Судьбой тяжелых испытаний, поспешили принять сторону врага, трусливо отказавшись от наших национальных ценностей и идей. Государственные институты Германии продолжают свою деятельность и мое обращение к вам наглядное тому подтверждение.

Да, наше Отечество живо! Но оно как никогда за всю свою тысячелетнюю историю нуждается в защите от орд русских дикарей, что захватили наши дома, грабят мирных людей, насилуют беззащитных женщин, убивают немощных стариков и детей. Нашей стране, нашему народу, нашему государству угрожает опасность стать большевицким протекторатом и дело каждого патриота защитить фатерлянд от этой ужасной участи.

Я знаю, как сильно потрясло вас известие о мученической смерти рейхсканцлера Адольфа Гитлера, что до самой последней минуты боролся с нашим заклятым врагом, большевиками. После акта капитуляции у многих из вас опустились руки, но испытание, которому подвергла нас Судьба уже позади. Сегодня я могу, открыто сказать вам то, что ещё вчера являлось строгой государственной тайной, и было известно лишь узкому кругу лиц.

Благодаря божественному Проведению мы обрели новых союзников в лице английских и американских войск, вместе с которыми мы начинаем объединенный поход против большевистских орд. Вместе с ними мы изгоним из нашей страны эту азиатскую заразу, очистим наши дома от поселившейся в них скверны, освободим от грязных рук захватчиков наших жен и дочерей, спасем жизни наших стариков и детей.

Обрадованные нашей капитуляцией и уверовав в свою мнимую победу, русские дикари недооценили нашу природную хитрость и прозорливость, стойкость германской нации и несгибаемость тевтонского духа. Именно благодаря этим нашим национальным качествам, мы сможем одержать вверх над врагом который, утратив бдительность, предался беспробудному пьянству, грабежу и насилию. Нанеся внезапный удар, мы сполна оплатим нашим врагам каждую слезинку и каждую каплю крови, что были пролиты нашими отцами, матерями, женами и детьми под их игом.

В сорок первом году мы были в шаге от того, чтобы раз и навсегда разгромить большевиков и полностью стереть Россию с лица земли. Тогда Проведение отвернулось от нас, но теперь все будет по-другому. Сегодня, русские серьезно оторвался от своих природных баз и национальных тылов. Занявшие Германию войска это последнее, что есть в распоряжении Сталина. Полностью истратив свои людские резервы, Россия стала колоссом на глиняных ногах. Достаточно нанести один мощный удар, перерезать их тонкую нить снабжения и враг будет окружен и полностью уничтожен. Мы освободим от врага нашу столицу, отбросим за Одер и выйдем к границам генерал-губернаторства.

Вместе с нами, в новый крестовый поход на Восток, выступят американцы и англичане. Они разгромят и изгонят русские войска из Австрии, Богемии и Моравии. Получив сокрушительный удар объединенных сил Европы и Америки, лишившись своих последних войск, Сталин будет вынужден просить мира у западной цивилизации.

Солдаты Германии, только от вашей решительности и мужества зависит судьба фатерланда, ваших родных и близких. Спасите их от большевицкого рабства и азиатской дикости, избавьте от кровавой тирании и русского кнута. Принесите долгожданный мир и спокойствие на землю Германии. Да поможет нам Бог!

Рейхспрезидент Германии Карл Дениц.

Обращение нового правителя Германии к войскам было изготовлено в одной из типографий Фленсбурга с разрешения британских оккупационных властей. Отпечатанное на серой невзрачной бумаге, оно разительно отличалось от прежних имперских обращений фюрера, что зачитывались войскам перед началом очередной военной кампании.

Рожденные на свет в имперской типографии министерства пропаганды Берлина, они имели благородный белый цвет, приятную плотность и соблазнительно пахнули свежей типографской краской. Такие воззвания было приятно брать в руки и звенящим от торжественного момента голосом, объявлять волю верховного вождя германской нации своим солдатам.

Послание рейхсканцлера Гитлера зачитывали перед строем одетые в парадные мундиры, обильно увешанные крестами и медалями генералы, оберсты и на самый худой конец оберстлейтенанты, за плечами которых была мировая война.

Отточенными за долгие года службы командирскими голосами, громко и зычно призывали они подросшее поколение Германии совершить военный подвиг во славу горячо любимого фюрера и фатерланда. Быстро и решительно изменить историю страны. Смыть с её скрижалей «позор Версаля», могучим плечом, раз и навсегда расширить границу жизненного пространства немецкого народа, на западе, на востоке, на севере и на юге.

Привыкшие с детства повиноваться полученному свыше приказу, молодые немцы послушно шли в поход туда, куда им было указанно, и почти всегда одерживали победу. Твердой поступью своих могучих колонн они вернули в состав Германии отторгнутую у неё ранее Рейнскую область и Мемель. Под громкий треск боевых барабанов, без единого выстрела пала Австрия, Богемия, Моравия и Чехия. Неудержимый натиск солдат вермахта заставил капитулировать Данию, Норвегию, Польшу, Бельгию, Голландию, Францию, Грецию и Югославию.

Слава одержанных Германией побед заставила финнов, венгров, румынов, болгар, словаков, итальянцев, испанцев и далеких японцев, просить для себя статуса союзников рейха. Перед видом боевых знамен империи, в смертельном страхе трепетала Англия вместе со своими многочисленными колониальными сателлитами, разбросанными по всему земному шару. Соединенные Штаты Америки с настороженностью и опаской следили за действиями немецкого фюрера, желая видеть в нем скорее союзника, чем противника. Германия была в шаге от мирового господства, пока летом сорок первого года фюрер не совершил трагическую ошибку, двинув свои армии на Россию.